Черный зонт

Малфой отвел Скорпиуса в комнату, чтобы тот начал одеваться без него, а сам пошел с Гарри в его гардеробную. Большой выбор одежды порадовал, хотя над качеством и стилем Драко бы поработал.

Гарри быстро надел джинсы и свитер под куртку, а также теплые, осенние ботинки. Малфой предпочел брюки и теплый джемпер под длинное пальто и осенние кроссовки. Размер было не трудно подрегулировать под собственное тело, так что при выборе Драко обращал внимание лишь на то, что ему нравится.

— Что ты сказал Грейнджер?

— Ничего. Просил разузнать что-нибудь в министерстве, чтобы понять обстановку вокруг твоей семейки. Нужно понимать с чем имеем дело.

— И она просто решила помочь мне?

— Не тебе, а мне. Но не переживай, я не рассказывал ей твою историю.

— Спасибо.

Через четверть часа все трое стояли на пороге дома Гарри, дожидаясь пока Арчи вынесет им свою любимую тарелку для фрисби, которую они хотели покидать ему в парке. Когда счастливый пес с игрушкой в зубах выбежал, Гарри запер дверь и они все вместе пошли его выгуливать.

Драко зря напрягался. В маггловском мире, как он уже давно понял, о Малфоях и не слыхивали, а если где и прошел слушок, то только об их богатстве и влиянии, так что на него как всегда никто внимания не обращал. Но его больше беспокоило не это, а Гарри. Поттер был мишенью для папарацци в любом мире. В магическом его знали, как спасителя, а в маггловском — как парня за которым бегают разные чудики (те самые магические папарацци). Вот именно этого он и опасался больше всего. Попасть на камеру за компанию Драко не улыбалось, поэтому когда Гарри выпил оборотное зелье перед выходом в люди, он был и благодарен, и счастлив, как слон, но все же предосудительно надел на голову сына и свою собственную осенние шапки, чтобы скрыть примечательную, светлую шевелюру.

Первым делом они разумеется выгуляли Арчи, потому что он просто не дал бы им нормально ходить по магазинам, и отвели его в дом, чтобы пес успел отдохнуть до их прихода. Все же Скорпиус отнимал у собаки колоссальное количество сил. Хоть какая-то отрада с нерадивым хозяином.

Затем пошли по магазинам. Малфой был не особо в восторге, но быстро втянулся, когда понял, что без его вмешательства придется ходить сыну в жутком розовом свитере, который положил в корзинку Гарри, а ему самому достанутся клетчатые рубашки и свитера с оленями (плевать, что еще и близко не Рождество).

Разумеется Гарри его провоцировал. Это оказалось не трудно. Поттер понимал, что Малфой не сдастся и до последнего будет держать марку самодостаточного гордеца. Так что он пошел «ва-банк» сгребая с полок все, что выглядело страшным, странным или неуместным для этого сезона в открытую ругаясь с продавщицей, которая «намекала» на не очень хороший вкус.

Малфой вытерпел ровно три стеллажа, а потом выдер из его рук несчастную корзинку с «мусором» отдал этот самый «мусор» продавщице, что с ужасом смотрела на странного покупателя с гнездом на голове и с сочувствием на блондина, а потом взялся за дело сам.

Через два с половиной часа у Скорпиуса было в наличии три сменных, осенних уличных костюмчика, хорошая обувь, хотя и старая была неплохой, два шарфа, шапочки и рукавички «на случай, если морозы рано ударят» по словам Гарри, который похоже забыл в какой стране живет, ну и несколько сменных пижам, потому что Поттеру слишком уж понравилась та пижама с лебедями, синяя с серебряными звездами, а без зеленой с золотым кантом он вообще отказался уходить из магазина.

Скорпиуса приодели так, что пришлось нанимать машину до дома, ведь и Малфою закупились знатно. Теплое пальто, пара джемперов, кашемировый свитер, джинсы и теплые штаны. А да и обувь! Вот тут даже Драко удивился глядя, как Гарри закупается ему ботинками трех видов, а затем еще и подобными на зиму, также в тройном экземпляре.

На вопросы: «Какого хера?» и «Куда мне столько обуви?» Гарри с чертовски довольной улыбкой неизменно отвечал: «Отвали».

Чтобы избавиться от груза покупок и со свободными руками приступить к затариванию холодильника, Гарри позвонил своей соседке и попросил принять таксиста с вещами, чтобы не пришлось раньше времени ехать домой, сама же троица после знатной работы, пошла перекусить в кафе.

— Значит говоришь, твой счет сложно опустошить?

— Уже появились коварные планы?

Пока Скорпиус уплетал овощной салат с курицей, пытаясь угнаться за маленьким помидором черри убегающим от него по всей тарелке, Гарри с Драко обсуждали покупки и планы на остаток дня. И разумеется после такого забега по магазинам еще до завтрака, у Драко возникли вопросы.

— Откуда деньги? Герою войны полагаются выплаты, но не многовато ли, учитывая только утро...

— Родители оставили наследство, да и сам я не без дела сижу, вот и копится понемногу. А еще Гермиона любит биржи... Как-то так.

— Тогда ясно.

— Я серьезно, Малфой, не переживай насчет денег. Я же не мазохист и точно ничего тебе не должен. Просто хочу помочь. Если бы с деньгами был напряг, я бы помогал иначе.

— Я понял.

— И я вот о чем подумал... Надо бы Скорпи еще игрушек каких прикупить.

— Гарри...

— Да он же сдуреет от скуки у меня. Игрушек Тедди им обоим не хватит, а крестника завтра Андромеда привезет. И в магическом мире ему носить нечего.

— Мы и не пойдем в магический мир, — жестко отрезал Малфой напоминая интонацией школьные годы. Гарри наслаждался этими резкими перепадами от «папочки-наседки» к «мерзкому слизеринскому принцу» и понимая абсурдность этого наслаждения, уже в серьез задумывался о походе к психотерапевту.

— Я сам пойду или Гермиону зашлю. Она лучше в этом разбирается. Прикупит хотя бы по комплекту тебе и ему.

— Зачем, если мы там не собираемся появляться? — снова тем самым «волшебным» тоном сволочи. Нет, ну определенно надо к доктору...

— Когда начнутся суды, придется вернуться в тот мир...

— Какие суды?

Малфой мгновенно побледнел, потом посерел и Гарри опомнившись положил ему руку на предплечье шокированный очередным перепадом только уже от «сволочи» к «папочке-невротику». Ртутные глаза сверлили прямо в душу ища не то убежища, не то предательства.

— Успокойся, ты не понял. Это чтобы Скорпи отсудить!

— Отсудить? — переспросил Малфой путая собственный стакан воды с соком Скорпиуса и опустошая его одним глотком, чтобы промочить пересохшее горло.

— Ты решил я вам просто шмотки куплю, крышу дам над головой и отпущу с Мерлином?

— О чем ты?

— Драко, я не хочу, чтобы ты прятался всю жизнь. Скорпиус этого не заслуживает.

— Ты не знаешь моего отца, — в голосе парня была паника и Гарри чуть усилил нажим на предплечье переживая, что тот реально сейчас сбежит.

— Да нет, знаю. А теперь убедился полностью, что эта гнида не заслуживает дышать свежим воздухом. И потому сделаю все, чтобы у тебя была полноценная опека над сыном, а сам ты мог получить свою часть наследства.

— Это невозможно.

— Возможно, если убрать Люциуса из уравнения.

— Гарри о чем ты вообще? Ты понимаешь, что он мой отец?

— А еще преступник, который должен сидеть в Азкабане, но какого-то хрена детей воспитывает. Не кажется, что это перебор?

Гарри говорил то, что было отчасти приятно Драко. Он уже забыл, когда за него кто-то заступался, вот только голос Гарри его мягко говоря не устраивал. Потусторонняя пустота в глазах, которая поразила Драко еще вчера, сегодня мелькала и в его тоне. Он не угрожал. Не им точнее. Это пугало и совершенно не вязалось со вчерашней истерикой на постели, его беспричинной злостью и улыбками на самые странные вещи. А теперь еще и убийственное безразличие, когда говорил о судьбе Люциуса, Нарциссы да и самого Драко, ведь первые двое влияют и на него, и на его сына!

— Ты сам его освободил. Забыл?

— Ради тебя. А теперь запихну обратно, чтобы и твоей матери было уроком. Я всегда уважал эту женщину, но и она должна понимать, что за каждое действие, как и бездействие, полагается своя плата.

— Не трогай ее, — нотки угрозы прозвучали в голосе и Гарри снова улыбнулся.

— Примерный сын. Не переживай, ее я не трону, просто напугаю, чтобы не посмела претендовать на Скорпиуса. А вот Люциуса больше к нему не подпущу.

На этой тяжелой ноте трапеза закончилась. Драко просто не решился что либо еще говорить. Вариантов свалить не было, вариант остаться — единственный для Скорпи. Да и он сам ощущал себя рядом с Гарри сейчас в безопасности. Хоть эта жесткость и безразличие ко всему окружающему (почти всему), его не отпускали.

Уже через полчаса они ходили по огромному местному супермаркету скупая продукты. Малфой был немного шокирован увидев утром реально пустой холодильник. Вечером он решил, что Гарри просто лень готовить, но видимо тот не шутил. Чем же он питается? Едой на вынос? Для ребенка он такого не потерпит, а потому едва они зашли в магазин, уже не спорил с Поттером и сам начал активно затаривать тележку.

Первым делом нагреб фруктов, овощей и немного зелени, затем нашел отдел с творогом, молоком и маслом. Сыр они решили купить в другом месте. На углу рядом с домом Гарри был фирменный магазин. Раньше Малфой всегда покупал в таком же сыры для сына, чтобы прививать ему хороший вкус. Раньше. Когда средства позволяли. Давненько это было.

Тележка быстро пополнялась продуктами и вскоре была доверху набита всякими яствами, включая и рыбу нескольких видов, мясо, крупы, все необходимое для выпечки. Малфой брал скорее по инерции, выбирая по составу и внешнему виду, но напрочь игнорируя ценники, так что порой его продукты довольно сильно поражали Гарри. То он брал самое дорогое, глядя исключительно на состав, то самое дешевое, но снова таки просматривая производственную этикетку.

Они уже вышли из отдела, когда Гарри просматривая товары в тележке вспомнил кое что ещё, что как правило первым берут родители маленьких детей. Он и сам не исключение в дни, когда Тедди у него гостил.

— Ты не взял никакого сока.

— Ой. Это по привычке. Скорпиус их никогда не пьет. Извини.

— Почему твой ребенок не пьет полезные напитки? — удивился Гарри.

— Пьет, но не соки. Он любит разные виды чая и компоты с кусочками фруктов. А сок называет жидкими фруктами.

— Что?

— Ему не нравится, что из фруктов делают жидкость. Он когда то посмотрел передачу, как давят фрукты, чтобы сделать сок и его переклинило. Теперь либо целые фрукты, либо никакие.

— Не думал, что давление фруктов может так зацепить. Надеюсь Тедди эта передача на глаза не попадет.

После супермаркета с полными пакетами еды, они сели в такси и отправились домой, по дороге заехав таки за сырами. Малфой купил чеддер и сыр с плесенью, который можно порезать кусочками, как закуску. В том же магазине он выбрал бутылку красного вина, свежий батон и багет. А потом вернулся в такси к Гарри и Скорпиусу, которые вовсю обсуждали скорый матч и приезд Тедди. Скорпиус еще не познакомился с мальчиком, но уже горел желанием дружить.

Счастливые и уставшие они забрали вещи, что доставили ранее соседке и завалились домой понимая, что теперь все эти покупки придется очень долго разбирать. Но почему-то Гарри не ощущал привычной усталости. Вид Драко и Скорпиуса, толкающихся в попытке донести пакеты до дивана и кухонного столика вводил в какой-то странный транс.

Он медленно пошел за своими новыми жильцами, после того, как закрыл входную дверь. Шум доносился до него пока он шел через гостиную и это казалось слишком приятным для его размеренной, серой жизни. Атрофированные чувства глотнув свежего воздуха не хотели теперь затыкаться сражаясь за первенство, как новички на спарринг-матчах, а Гарри хотел понять лишь одно — что ему делать со всем этим?

За пять лет, что он провел в подобии жизни после войны, его никто так не цеплял, кроме Тедди. Никто не заставлял улыбаться от противных ухмылок, никто не воскрешал ярость, приятную ярость, когда хочешь защитить, а не уничтожить. Никто не вызывал такого умиления и чувства принадлежности, как Скорпиус. Опять таки, никто кроме Тедди. Он хотел отдать ему все, что у него было, лишь бы этот маленький ангел всегда улыбался, всегда был счастлив. Но какие права у него есть?

Драко... О нем Гарри даже не пытался думать. Слишком много всего этот человек разбудил за какие-то часы, минуты. Слишком много того, чего он не испытывал уже давно. Когда в последний раз Гарри было небезразлично? По настоящему небезразлично что-либо кроме Тедди? Когда в последний раз кофе имел вкус? Когда он в последний раз заходил в кухню с легким чувством трепета внутри, потому что там «они». Такого не было. Последнего точно никогда не было, а всего остального — просто очень давно. Гарри не знал, что с этим делать. Он получил весь мир в свое распоряжение и одновременно понимал, что этот мир может в любую секунду сбежать, не оглядываясь, а он даже попрощаться не успеет. И это невероятно пугало. Впервые за пять лет Гарри был в настоящем, неподдельном ужасе заходя в собственную кухню.