Правила выживания в Юэй

Я не помню, как именно меня забрали органы опеки.

Кажется, приехала женщина в строгом костюме, долго разговаривала с отцом, а потом попросила меня собрать вещи. Отец не помогал. Даже не посмотрел в мою сторону.

Я стоял посреди комнаты и смотрел на свои вещи, пытаясь понять, что из них действительно моё. Постеры героев, школьная форма, старые тетради, несколько игрушек из детства...

Раньше я бы забрал всё.

Теперь мне было всё равно.

Я положил в сумку пару комплектов одежды и ту самую тетрадь, в которой когда-то собирал автографы героев. Автограф Сотриголовы я так и не получил. Наверное, это было даже к лучшему.

Память о том дне теперь казалась насмешкой.

Из дома я вышел молча. Отец не попрощался. Не сказал, что всё будет хорошо. Не сказал, что любит меня. Не сказал вообще ничего.

Дверь закрылась за моей спиной, и я вдруг понял, что больше никогда сюда не вернусь.

----------

Детский дом оказался совсем не таким, каким его показывали в фильмах.

Никто не кричал на меня и не запирал в комнате. Воспитатели были вежливыми, дети - разными. Кто-то пытался со мной заговорить, кто-то просто разглядывал издалека, а кто-то уже слышал обо мне из новостей.

«Это тот самый мальчик со сверхскоростью».

«Это его мама погибла из-за злодея».

«А он вроде был рядом».

Я ненавидел эти шёпоты.

Каждый раз, когда кто-то смотрел на меня, мне казалось, что он видит не меня, а заголовки газет. Не Саки. Не ребёнка, потерявшего мать. Просто мальчика, который не успел.

Первые дни я почти не разговаривал. Старался быть незаметным, не пользоваться причудой и вообще ни с кем не пересекаться.

Когда мне разрешили выйти на прогулку, я долго бесцельно бродил по улице рядом с детским домом. Было пасмурно, но дождь пока не начинался. Я шёл, засунув руки в карманы, и смотрел под ноги.

Раньше я бы за секунду оббежал весь квартал.

Теперь мне было страшно даже ускорить шаг.

А вдруг снова не успею?

Эта мысль возвращалась каждый день.

Я остановился возле небольшого магазина, когда услышал смех.

- Эй, смотри, это же он.

Я медленно поднял голову.

Передо мной стояли трое мальчишек примерно моего возраста. Я раньше видел их возле детского дома, но мы никогда не разговаривали.

- Тот самый быстрый зазнайка? - усмехнулся один из них. - Что-то не очень быстро ходишь.

Я промолчал и попытался пройти мимо.

- Эй, мы с тобой разговариваем.

Один из мальчиков толкнул меня плечом. Я пошатнулся, но удержался на ногах.

- Отстаньте.

Голос прозвучал тихо. Слишком тихо.

- А если не отстанем?

Меня толкнули снова. На этот раз сильнее.
Раньше я бы уже поставил их на место. Увернулся бы от каждого удара, а потом оставил бы их лежать на земле, даже не запыхавшись.
Но сейчас тело будто не слушалось.
Я видел, как один из них замахнулся, но не увернулся. Мне было всё равно. Пусть ударит. Может, тогда внутри станет хоть немного тише.
Удар пришёлся в плечо. Я отступил и споткнулся о бордюр.

- Жалкий, - бросил кто-то. - А я думал, ты крутой.

Слово больно кольнуло.

Крутой.

Когда-то я сам так о себе думал. Считал, что моя скорость делает меня особенным. Что я лучше других. Что со мной ничего не случится.
А теперь я не мог даже защититься от троих обычных задир.

- Хватит, - прошептал я.

- Что? Не слышно.

Меня схватили за воротник. В глазах тут же защипало, но я изо всех сил пытался не заплакать.

Нельзя плакать.

Если заплачешь, они поймут, какой ты слабый.

- Отпустите...

Моя причуда сама собой вспыхнула. Воздух вокруг задрожал, но я не успел сделать и шага.

Серые ленты молнией обвили руки нападавшего и резко дёрнули его в сторону. Мальчик рухнул на землю. Двое остальных замерли, а через секунду один из них оказался прижат к стене, а второй - связан лентой вместе с его приятелем.

- Исчезните, - холодно произнёс знакомый голос. - Пока я не решил вызвать полицию.

Я застыл.

Чёрные растрёпанные волосы, уставший взгляд, серый шарф и красные глаза, в которых мерцала причуда.

Сотриголова.

Он снова спас меня.

Только на этот раз я не почувствовал ни восторга, ни радости. Не было ни трепета, ни желания попросить автограф. Я даже не смог нормально посмотреть ему в глаза.

Айзава быстро проверил, не получили ли мальчишки серьёзных травм, а затем повернулся ко мне.

- Ты цел?

Я кивнул.

- Посмотри на меня.

Я не поднял головы.

- Я цел, - прошептал я.

- Что ты здесь делаешь один?

- Гуляю.

- В детском доме разрешают гулять без сопровождения?

Я пожал плечами.

Он нахмурился. Кажется, узнал меня, но не сразу. А потом его взгляд задержался на моём лице.

- Погоди... Ты ведь Фудзивара Саки?

Я вздрогнул.

- Не называйте меня так.

- Почему?

Я сжал пальцы в кулаки. Хотел ответить дерзко, как раньше. Хотел сказать, что это моё имя и ему не следует задавать глупые вопросы.

Но вместо этого губы задрожали.

- Потому что это имя бесполезного человека.

Айзава несколько секунд молчал.

Я отвернулся, но было поздно. Слёзы уже покатились по щекам.

- Простите... - выдохнул я, торопливо вытирая лицо рукавом. - Я сейчас уйду. Не обращайте внимания.

- Я не собираюсь делать вид, что ничего не заметил.

- Со мной всё нормально.

- Не похоже.

- Я сказал, что всё нормально!

Голос сорвался. Я резко замолчал, потому что понял: кричать больше не получалось. В груди стало тесно, а дыхание сбилось.

Айзава не стал давить. Не начал утешать и не попытался прикоснуться ко мне. Просто стоял рядом, пока я беззвучно плакал, отвернувшись к стене.

Это было даже хуже.

Я привык, что люди либо жалели меня, либо отступали. А он просто оставался рядом, словно не боялся увидеть, насколько я сломан.

- Ты должен вернуться в детский дом, - наконец произнёс он.

Я кивнул.

Мы пошли молча. Айзава двигался рядом, не слишком близко, но и не отставая. Иногда он бросал на меня короткие взгляды, будто пытался убедиться, что я не исчезну по дороге.

Мне хотелось сказать ему, что я больше не тот мальчик.

Не тот, который восторженно кричал о героях. Не тот, кто верил, что однажды станет самым сильным. Не тот, кто думал, будто способен спасти всех.

Но я не сказал ничего.

У входа в детский дом я остановился.

- Спасибо, Сотриголова-сан.

Он посмотрел на меня внимательнее.

- Ты можешь звать меня Айзавой.

Я промолчал.

- Саки.

От звука собственного имени внутри всё болезненно сжалось.

- Что?

- Ты не виноват в том, что случилось с твоей матерью.

Я отвёл взгляд.

- Все так говорят.

- Потому что это правда.

- Вы ничего не знаете.

- Возможно, - спокойно ответил он. - Но я знаю, что ребёнок не обязан спасать всех вокруг. Даже если у него сильная причуда.

Я усмехнулся. Получилось жалко.

- А какой тогда смысл в моей причуде?

Айзава не ответил сразу.

- Это ты должен понять сам.

Он развернулся и уже собирался уйти, но я окликнул его:

- Айзава-сан...

- Да?

- Я правда раньше был таким противным?

Он едва заметно нахмурился.

- Ты был шумным.

- И самоуверенным.

- Очень.

Я опустил голову.

- Понятно.

- Но это не значит, что ты заслужил всё, что с тобой произошло.

Я ничего не ответил.

Айзава ушёл, а я ещё долго смотрел ему вслед. Впервые за несколько недель мне захотелось поверить чужим словам.

Но страх всё равно оказался сильнее.

----------

- Ты опять задержался.

Айзава вошёл в квартиру ближе к полуночи, снял обувь и устало бросил шарф на спинку стула.

- Ты обещал вернуться раньше, - раздался голос из гостиной. - Или хотя бы написать.

Ямада Хазаши сидел на диване, закинув ноги на журнальный столик. В отличие от Айзавы, он всё ещё был в костюме героя, только волосы собраны в пучок, без своей фирменной укладки и очков.

- Было дело, - пробормотал Айзава.

- «Было дело»? Шота, ты выглядишь так, будто неделю не спал.

- Почти угадал.

Хизаши прищурился.

- Что случилось?

Айзава молча прошёл на кухню, открыл холодильник, но не нашёл там ничего, что хотел бы съесть.

- Сегодня встретил одного ребёнка.

- Одного ребёнка?

- Того самого мальчика.

Хизаши убрал ноги со стола.

- Какого?

Айзава помолчал. Но затем полез в шкаф за очередным пакетиком желе.

- Фудзивара Саки. Мальчик со сверхскоростью. Он попал в новости несколько недель назад.

- Тот, чья мама погибла во время нападения злодея?

Айзава кивнул.

- Я видел его раньше. Тогда он был шумным, самоуверенным фанатиком, который попросил у меня автограф. Сегодня я нашёл его на улице. На него напали трое подростков.

- Он ранен?

- Нет. Физически - почти нет.

- А психологически?

Айзава промолчал.

Этого оказалось достаточно.

Хизаши поднялся с дивана и подошёл ближе.

- Что с ним?

- Он в детском доме.

- В детском доме? Почему?

- Отец отказался от него.

Хизаши нахмурился.

- Отказался?

- Сказал, что больше не может. Мать погибла, отец решил, что ребёнок стал проблемой.

На кухне повисла тяжёлая тишина.

- И ты просто отвёл его обратно?

- Это не моя работа - забирать домой каждого ребёнка, которого я встречаю.

- Шота...

- Я знаю.

- Ты говорил с ним?

- Немного.

- И?

Айзава отвёл взгляд.

- Он считает себя бесполезным. Говорит, что его причуда ничего не стоит.

Хизаши устало провёл рукой по волосам.

- Ты понимаешь, что не можешь сделать вид, будто не слышал этого?

- Понимаю.

- Тогда нужно сказать остальным.

- Нет.

- Да.

- Хизаши.

- Шота, ты сам рассказываешь, как важно замечать тех, кому нужна помощь. А сейчас хочешь отвернуться?

Айзава сжал челюсть.

- Я не могу стать его опекуном.

- Тебя никто об этом не просит.

- Но ты уже мысленно решил, что мы должны его забрать.

- Я мысленно решил, что ребёнок не должен оставаться один.

На следующий день о Саки узнали остальные преподаватели Юэй.

Полночь первой отреагировала резко:

- И вы хотите сказать, что этот мальчик теперь живёт в детском доме, хотя его причуда идеально подходит для обучения в академии?

- Он ещё несовершеннолетний, - заметил Айзава.
- И у него нет опекуна.

- Значит, нужно найти решение, - вмешался Сущий Мик. - Ты же не можешь просто оставить маленького слушателя там после того, как встретил его дважды!

- Я встретил его случайно.

- Иногда случайность - это просто судьба в нелепом плаще, - заявил Ямада.

Айзава устало прикрыл глаза.

- Не драматизируй.

- Я драматизирую профессионально.

Полночь скрестила руки на груди.

- А что говорит директор?

Все взгляды повернулись к Незу.

Директор сидел за своим столом и внимательно перелистывал документы, которые успел запросить у органов опеки. Его улыбка была спокойной, почти доброй, но в глазах уже мелькал знакомый блеск. Хитрый крысеныш кажется уже что-то задумал.

- Фудзивара Саки, пятнадцать лет, причуда «Сверхскорость», отсутствие родителей, выраженное чувство вины, признаки социальной изоляции и потеря интереса к собственным способностям... - вслух перечислил он. - Интересный случай.

- Он не случай, - сухо сказал Айзава.

- Разумеется, нет. Он ребёнок.

Незу положил папку на стол.

- Но прежде чем мы начнём спорить о юридических формулировках, необходимо понять, действительно ли он хочет стать героем. Не из-за славы, не из-за желания доказать что-либо отцу и не из-за чувства вины.

- Он мечтал об этом ещё до трагедии, - сказал Айзава.

- Мечты детей часто меняются после подобных событий.

- Он не обязан поступать в Юэй, - добавил Ямада. - Но ему нужен шанс.

Незу задумчиво постучал пальцами по столу.

- В таком случае школа может оформить временную опеку через соответствующие органы, предоставить ему жильё и обучение... если он докажет, что способен принять эту возможность.

Айзава резко поднял взгляд.

- Вы серьёзно?

- Более чем.

- Он сломан.

- Поэтому ему и нужна не жалость, а помощь.

Директор встал и подошёл к окну. За стеклом виднелись тренировочные площадки академии.

- Мы не можем вернуть ему мать. Не можем заставить отца раскаяться и не можем стереть из его памяти чувство вины. Но мы можем дать ему место, где он не будет никому обузой.

Он повернулся к преподавателям, и его улыбка стала чуть шире.

- Если Фудзивара Саки действительно хочет стать героем, Юэй возьмёт его под опеку.

-----

Вот и новая глава^-^
Как вам этот Супер поворот?)
Почти 2000 слов, кто молодец? Я молодец!
И ура, да здравствует Эрейзермик!