Детдомовская

«Я сделаю всё, чтобы избавиться от тебя! Ты никогда не будешь моей сестрой!»

Слова Сенди висели в воздухе машины, острые и ядовитые, как осколки стекла. Кейт сжалась на заднем сиденье, глядя в тёмное окно, за которым мелькали чужие огни. Она чувствовала себя незваной, случайной попутчицей в собственном возвращении домой.

«Но Сенди, я же ничего тебе плохого не сделала!» — её голос прозвучал тихо, почти без надежды.

«Я всё тебе сказала. Убирайся обратно в свой детский дом, там тебе и место!» — отрезала Сенди, не оборачиваясь. Её пальцы вцепились в ремень безопасности так, что побелели суставы.

Сэм, сидевшая на пассажирском сиденье, обернулась, и в её глазах была не только усталость, но и что-то, похожее на отчаяние. «Девочки, пора прекратить!» — её голос дрогнул, но прозвучал властно. Она уловила взгляд Рика в зеркало заднего вида — молчаливый приказ замолчать.

Оставшийся путь до роскошного двухэтажного дома в тихом районе прошёл в гробовом молчании. Когда Кейт ступила на порог, её охватило странное чувство. Всё было слишком идеально: паркет без царапин, запах дорогого кофе и свежей краски, семейные фото на стенах, где сияла улыбающаяся Сенди. Здесь не было ни одного следа её, Кейт. Ни одной щели для чужой, неудобной дочери.

Перед тем как разойтись по комнатам (Кейт выделили гостевую, «временно», как осторожно пояснила Сэм), Сенди прошипела ей на ухо: «Не вздумай жаловаться. Иначе будет только хуже».

Утром искусственный мир дал трещину. Сэм, пытаясь натянуть маску нормальности, бодро разбудила их. За завтраком она сказала, глядя на тарелку: «Сенди, теперь у тебя есть сестра. Надеюсь, вы подружитесь».

Сенди подняла глаза. На её лице расцвела ослепительная, вымученная улыбка. «Конечно, мам! Я безумно рада!» — её голос звучал так сладко, что у Кейт зашевелились волосы на затылке.

«Тогда, может, отвезёшь Кейт в школу?» — предложила Сэм с надеждой.

«Да, конечно!» — согласилась Сенди, ещё шире улыбаясь.

За углом дома, скрытые от глаз родителей, маска упала. «Ха, ты что, реально думала, что я тебя повезу? Мечтай, — холодно бросила Сенди, садясь в свой мини-купер. — Маме можно сыграть в хорошую дочку. А тебе повторяю: твоё место — в прошлом». Машина рванула с места, оставив Кейт одну на пустынном тротуаре.

Пришлось идти пешком. Ветер срывал с деревьев последние листья, и это как-то созвучно отражалось в её душе. И тут, как свет в конце туннеля — знакомый автомобиль, притормозивший рядом.

«О, Кейт! Привет! Садись, подвезу», — Зак выглянул из окна, и его улыбка была единственным искренним и тёплым пятном в этом странном утре.

Они ехали, и Кейт, захлёбываясь от смеси страха и облегчения, выпалила ему всё. Про родителей, про Сенди, про угрозы.

Зак слушал, и его брови всё больше сдвигались. «Сенди? Избавиться? Не верю. Она не такая…» — но в его голосе зазвучали первые нотки сомнения. Он знал Кейт. Она не врала. Никогда.

Их увидела Сенди, подъезжавшая к школе. Увидела, как Кейт смеётся в машине её парня. Как Зак смотрит на неё с тем же участием, что и много лет назад в детдоме. В её груди что-то ёкнуло, холодное и чёрное. Не просто злость. Паника. Она теряла контроль. Сначала родители, теперь Зак.

На уроках мысли троих кружились в одном вихре, но с разных сторон.

· Зак: «Сенди моя девушка… но Кейт не станет врать. Боже, кого мне выбрать? Девушку, которую я полюбил здесь, или подругу детства, которую… которую я когда-то предал, уехав?»

· Сенди: «Она забрала родителей. Теперь хочет забрать Зака. Так не пойдёт. Нужно действовать жёстче. Окончательно.»

· Кейт: «Почему мне всегда не везёт? Даже когда семья нашлась — я лишняя. Как будто я приношу несчастье всем, кто рядом со мной.»

В это же время в слишком тихом, слишком чистым доме Рик и Сэм вели свой, взрослый и гораздо более страшный разговор.

«Рик, а что, если девочки узнают? Про… прошлое?» — Сэм говорила шёпотом, будто стены могли слышать.

«Они не должны узнать. Никогда, — голос Рика был твёрд, как сталь. — С появлением Кейт риск вырос в геометрической прогрессии. Сенди задаст вопросы. Детдом может иметь старые записи, свидетельства. Мы должны стереть всё. Все доказательства той жизни.»

В его глазах не было родительской теплоты. Был холодный расчёт человека, привыкшего зачищать территорию. Семья была его новой, самой ценной операцией, и он не позволит ничему из прошлого её разрушить.

Сенди, тем временем, придумала новый ход. Грубая сила не сработала. Нужна была хитрость. Она нашла Кейт на перемене, и на её лице снова была та самая, сладкая и фальшивая, улыбка.

«Кейт, слушай… я хочу извиниться. Я вела себя ужасно. Ты же моя сестра. И ты столько пережила… Давай начнём заново. Друзья?»

Кейт, изголодавшаяся по простой человеческой доброте, поверила. Или очень хотела поверить. «Я только рада, Сенди!»

«Отлично! Тогда встретимся после уроков? На набережной, поговорим по-девичьи».

Кейт согласилась, и в её сердце вспыхнул робкий огонёк.

Зак, беспокоясь, подошёл проверить. «Всё хорошо? Она не угрожала?»

«Всё отлично! Она хочет дружить!» — сияла Кейт.

«Ну вот… я же говорил, что она хорошая», — Зак вздохнул с облегчением, но тень сомнения в глазах не исчезла.

После уроков Сенди повела «подругу» за школу, к ожидавшим её подружкам. Приветствие было ледяным.

«Нам сказали, ты многое о себе возомнила. Мы тут таких не любим».

Кейт отступила на шаг, сердце уходя в пятки. «Что? Но я…»

«Ты что, правда поверила, что я изменилась? — голос Сенди потерял всю сладость, став хриплым от ненависти. — Я сделаю всё, чтобы ты сама захотела сбежать из моего дома!»

«Зачем?!» — вырвалось у Кейт, больше мольба, чем вопрос.

«Чтобы завтра тебя не было в этом городе!» — прошипела Сенди, делая шаг вперёд.

И в этот миг из-за угла вышел Зак. Его лицо было белым от гнева и разочарования.

«Что? Сенди?.. Всё это… всё было ложью?»

Сенди задрожала. Её глаза метнулись от Зака к подругам, к Кейт. Паника. «А, Зак! Это… это шутка! Мы просто шутили! Кейт, скажи же, что это шутка!»

Но было слишком поздно. Правда, уродливая и очевидная, висела между ними.

«Я всегда считал тебя хорошей. Но ошибался. Мы расстаёмся, — тихо, но чётко сказал Зак. Он взял Кейт за локоть. — Пошли.»

«Нет, Зак, подожди! Это не так!» — крикнула ему вслед Сенди, но её голос сорвался в истерику.

Она вломилась в свою машину, слёзы заливали всё лицо, смешиваясь с тушью. Мир рухнул. Родители, парень, статус — всё украла эта серая мышь из детдома! Она давила на газ, не видя дороги сквозь слёзы ярости и отчаяния. Поворот. Резкий визг тормозов встречной машины. Удар.

Холодный, всепоглощающий удар. Затем — тишина, и вода, тёмная и бездонная, хлынувшая внутрь, утягивая машину и Сенди в ледяные объятия реки. Последнее, что она успела осознать — это не страх. Это была всепоглощающая, белая ярость. На неё. На Кейт. На весь мир.