Связанные

Джисон смерил пачку купюр на столе недовольным взглядом, а затем с вызовом посмотрел прямо в темные eyes Минхо. Румянец на его пухлых щеках вспыхнул с новой силой, но сдаваться без боя официант явно не собирался.
- Да иди ты нафиг! - выпалил Джисон, гордо вздернув подбородок. - Надумал тут у них заяц, что может просто прийти, бросить деньги и забрать меня! Я не продаюсь, понятно? Спрячь свои бумажки и иди отсюда!
Минхо лишь тихо хмыкнул, качая головой. Упрямство парня его вовсе не разозлило - скорее, позабавило. В глазах альфы мелькнули искры темного, уверенного превосходства.
- Повезло же тебе, что я не Хёнджин, - спокойно, с легкой иронией произнес Минхо, шаг за шагом наступая на омегу и прижимая его к стойке. - Будь на моем месте мой брат, ты бы уже сидел в запертой машине с синяком на щеке и отходняком от шока. Я же стараюсь действовать деликатно.
- Деликатно?! - возмутился Джисон, попытавшись оттолкнуть его руками в грудь. - Да ты...
Договорить он не успел. Минхо ловким и выверенным движением перехватил его левую руку, не давая сжать пальцы. Второстепенной рукой альфа достал из внутреннего кармана пальто элегантную коробочку и извлек из нее изящное кольцо из белого золота с мелким, искрящимся на свету драгоценным камнем.
- Эй, ствой! Что ты... - задергался Джисон, но хватка Минхо оказалась железной.
Альфа без лишних слов уверенно натянул кольцо на безымянный палец Джисона. Украшение село идеально, будто его отливали точно по мерке.
Прежде чем юноша успел выкрикнуть новое ругательство, Минхо достал из другого кармана небольшой стеклянный флакон тяжелых духов от известного нишевого бренда. Дорогой, глубокий аромат благородной древесины и хвои мгновенно смешался с естественным запахом орехового пралине, исходившим от Джисона. Пара быстрых нажатий - и облако парфюма накрыло официанта, перебивая все посторонние запахи кафе и оставляя на нем четкую, ощутимую метку присутствия альфы.
Джисон замер, шокированно глядя то на сверкающее кольцо на своем пальце, то на флакон в руках Минхо, поводя носом от дорогого, опьяняющего аромата.
- Теперь все знают, чье ты пралине, - тихо шепнул Минхо ему на ушко, слегка коснувшись губами чувствительной кожи у виска. - А теперь снимай фартук. Мы уезжаем.