Эскизы для Адель

Утро пятого дня отстранения. Инесса просыпается от голода. Она идёт на кухню, чтобы выпить воды, и замечает под дверью пакет.

Инесса замерла. Пакет был белым, бумажным, с логотипом дорогого супермаркета. Она открыла дверь и выглянула в коридор — никого. Только тишина и запах утренней свежести.

Она затащила пакет в квартиру и развернула его дрожащими руками. Внутри лежали: хлеб, молоко, яйца, масло, фрукты, йогурты, пачка печенья и... конверт. Инесса открыла конверт. Внутри оказались два билета на выставку современного искусства, которая проходила завтра вечером. Без записки. Без подписи.

Инесса села на пол, прижимая пакет к груди. Слёзы навернулись на глаза. Она не знала, что чувствовать. Злость? Благодарность? Унижение? Смесь всего.

— Зачем ты это делаешь? — прошептала она в пустоту. — Ты же меня ненавидишь...

Она взяла телефон. В чате офиса было тихо. Она открыла диалог с Адель. Пальцы зависли над экраном. Написать? Поблагодарить? Или спросить, зачем она это сделала?

Но что-то остановило её. Гордость. Или страх, что Адель просто посмеётся над ней. Инесса отложила телефон и уставилась в потолок.

Она решила: Я не буду зависеть от её жалости. Я найду работу сама.

Через час она вышла из дома. Денег почти не осталось, но она обошла несколько магазинов и кафе. Везде отказывали. Только в маленькой пекарне через дорогу ей сказали: «Можешь выходить завтра, нужно помогать с выпечкой с утра, платим почасово». Инесса согласилась. Это были копейки, но лучше, чем ничего.

Вечером она вернулась домой, уставшая, с запахом дрожжей в волосах. Она упала на диван и закрыла глаза. Телефон снова завибрировал.

Зачем я вообще это написала.. какая же я дура
---

Инесса стоит у входа в выставочный центр. Она нервничает, теребит край платья. Вдруг она видит Адель — та идёт по лестнице в чёрном костюме, короткие кудри убраны за уши, на губах лёгкая усмешка.

— Ты пришла, — сказала Адель, подходя ближе. — Я думала, ты не придёшь.

— Я тоже думала, — честно ответила Инесса. — Но билеты дорогие, жалко пропадать.

Адель усмехнулась и протянула руку. Инесса замешкалась, но взяла её. Они вошли в зал.

Выставка была потрясающей. Огромные полотна, инсталляции, неоновые огни. Они бродили между экспонатами, и Адель иногда комментировала работы — резко, но метко. Инесса слушала и удивлялась, насколько Адель разбирается в искусстве.

Потом они остановились у одной картины — абстрактной, яркой, хаотичной. Адель посмотрела на неё и сказала:

— Знаешь... тот твой эскиз, который я положила на совещании...  не всё в нём было плохо.

Инесса обернулась, удивлённо глядя на неё.

— Что?

— Там была энергия, — продолжила Адель, не глядя на неё. — Злость. Страсть. Я видела, что ты вложила в него душу. Но на совещании... я должна была быть объективной. Я не могла сказать, что он мне нравится, потому что все бы подумали, что я тебя выделяю. Я ошиблась. Ты должна была услышать это от меня, а не от них.

Инесса стояла молча. В груди разливалось странное тепло. Она не знала, что сказать. Адель наконец посмотрела на неё, и в её взгляде не было привычной колючести. Только усталость и... что-то похожее на извинение.

В этот момент к ним подошла высокая брюнетка в красном платье.

— Адель! — воскликнула она, обнимая Адель за плечи. — Какая встреча! Я и не знала, что ты будешь здесь.

Карина. Инесса сразу поняла это. Она выглядела как супермодель: длинные волосы, идеальный макияж, уверенная улыбка. Она обняла Адель, и та не отстранилась.

— Твоя новая подопечная? — спросила Карина, переводя взгляд на Инессу с лёгкой насмешкой. — Миленькая. Сколько ей? Шестнадцать?

— пятнадцать , — ответила Инесса холодно.

— О, уже взрослая, — усмехнулась Карина. — Я вижу, у тебя хороший вкус, Адель.

Адель напряглась. Она посмотрела на Карину, и в её взгляде мелькнуло раздражение.

— Карина, не сейчас.

— А когда? — Карина взяла её под руку. — Ты пропала на две недели, не отвечаешь на звонки... а тут с какой-то малышкой. Я тебя провожу.

Адель посмотрела на Инессу. В её глазах была мольба: «Прости, я не могу сейчас». Но она ничего не сказала. Она просто дала Карине увести себя.

Инесса осталась одна. Она стояла перед картиной и смотрела, как Адель уходит с другой женщиной. Внутри всё сжалось. Она чувствовала себя пустотой. Ничтожеством.

Она развернулась и пошла к выходу.