Подача против правил

За панорамными окнами университетского спорткомплекса Торонто бушевала настоящая январская буря. Ледяной ветер с озера Онтарио швырял пригоршни колючего снега в стёкла, но внутри огромного зала было жарко от сотен кричащих голосов. Финал зимнего межфакультетского кубка по волейболу подходил к кульминации. Счёт шёл на секунды, и воздух, казалось, был пропитан чистым адреналином.

На трибунах первого ряда, прямо у самой площадки, сидела тесная компания подруг. Аделина Хаким, Амина Саид и Фейза Карими кутались в тёплые оверсайз-худи. Их изящные, аккуратно повязанные зимние хиджабы резко выделялись на фоне пёстрой студенческой толпы. Чуть поодаль устроились Сальма Насри и блондинка Марина Соколова. Марина, единственная из них, кто не носил платок, то и дело поправляла распущенные волосы, упрямо высматривая кого-то на скамейке запасных.

- Давай, Леон! Ну же, подавай! Выиграй этот мяч! - Амина практически перевешивалась через перила, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Её глаза, полные преданного, почти фанатичного восторга, были прикованы к паркету.

Аделина картинно закатила свои пронзительные карие глаза под темно-зелёным шёлковым платком и демонстративно вздохнула:
- Амина, ради всего святого, если ты будешь кричать ещё громче, его богатый отец выкупит этот стадион просто ради того, чтобы поставить здесь звукоизоляцию. У меня от тебя голова раскалывается.

Марина, которая в этот момент наконец поймала мимолётный взгляд Теомана Челика, сидевшего на замене, тихо прыснула в кулак. Фейза Карими мягко, успокаивающе улыбнулась Аделине, а Сальма Насри лишь покачала головой, прекрасно зная колючий характер своей подруги детства.

Аделина перевела взгляд на площадку, стараясь выглядеть максимально равнодушной. Но внутри неё всё напряглось. На линии подачи стоял Леон Аверин. Двадцать лет, второй курс, капитан команды и безоговорочный «главный краш» всего университета. Сын мультимиллионера, парень, который мог купить этот кампус вместе с потрохами, но при этом оставался удивительно простым, жизнерадостным и добрым. Светлые волосы Леона слегка промокли от пота, а на губах играла та самая дерзкая, уверенная улыбка, которая сводила с ума половину девчонок в Торонто. Его белоснежные зубы - живая реклама элитной стоматологической клиники его мамы Дианы - буквально слепили под светом прожекторов.

Леон подбросил мяч, сделал стремительный разбег и мощно взлетел над паркетом с лёгкостью хищника. Хлёсткий, идеальный по технике удар - и мяч на бешеной скорости вонзился в самый угол площадки соперников, прямо под заднюю линию.

Финальный свисток. Трибуны взорвались оглушительным рёвом. Победа!

Пока команда бросилась обнимать Леона, парень победно вскинул руки, а затем обернулся к трибунам. Его серые глаза полностью проигнорировали машущую ему Амину и безошибочно, снайперски отыскали в толпе Аделину.

Аделина, которая сама с детства обожала волейбол, играла в него и знала цену каждому движению на площадке, внутренне признала: подача была гениальной. Но внешне её лицо не выразило ничего, кроме скуки. Встретившись с Леоном взглядом, она медленно подняла руку и демонстративно опустила большой палец вниз.

Леон не обиделся. Напротив, его глаза озорно блеснули, а улыбка стала ещё шире. Перемахнув через ограждение площадки на ходу набрасывая на плечи спортивную куртку, он направился прямо к их сектору. От него веяло жаром, победой и дорогим парфюмом. Амина судорожно выпрямилась, спешно поправляя складки одежды, но Леон остановился прямо напротив Аделины, опёршись локтями о перила.

- Что, Хаким, опять недовольна траекторией полёта? - весело спросил он, заглядывая ей под капюшон худи.
- Твой замах слишком затянут, Аверин. Тебе просто повезло, что блок соперников сегодня спал, как после снотворного, - дерзко ответила Аделина, наклоняясь вперёд и сужая глаза. - Твоя подача была неплохой... для первоклассника.
- Боишься признать, что я хорош? - Леон склонил голову набок, и в его взгляде заплясали чертята. - Проверим один на один, когда зал освободится? Кто проиграет - покупает горячий кофе. На улице мороз, тебе полезно согреться.
- Боюсь, твоё раздутое эго не переживет проигрыша девчонке в хиджабе, - отрезала она.

Она говорила твёрдо, но внутри неё, где-то глубоко под рёбрами, что-то сладко и пугающе екнуло. За этой привычной маской колкости и безразличия Аделина впервые тайно поймала себя на мысли, что его хриплый смех согревает её лучше любого чая. Она упрямо гнала от себя эти мысли. Он - богатый атеист, любимец публики. Она - мусульманка, чья жизнь за пределами университета напоминала минное поле.

Рядом с ними Амина Саид молча сжимала кулаки под тканью куртки. Её лицо на секунду исказила тень такой яростной, чёрной зависти, что Фейза, заметив это, испуганно отстранилась. Амина знала всё о миллионах отца Леона, мечтала оказаться на его закрытых вечеринках, и то, что этот парень замечал только «колючую» Аделину, выжигало её изнутри. Аделина даже не догадывалась, что Амина уже несколько недель за её спиной распускает среди студентов грязные, мерзкие сплетни, пытаясь уничтожить её репутацию.

- Договорились, Хаким. Ловлю тебя на слове, завтра в это же время, - Леон озорно подмигнул ей и пошёл обратно к Марку Беккеру, который уже махал ему из дверей раздевалки.

Аделина проводила его взглядом, чувствуя, как предательски быстро колотится сердце. Напряжение было таким сильным, что руки начали слегка подрагивать. Ей срочно нужно было проверить сахар. Диабет второго типа, развившийся на фоне бесконечного стресса, не прощал таких эмоциональных скачков. Она открыла сумочку, проверяя, на месте ли чехол с глюкометром и тест-полосками.

В этот момент телефон в её руке завибрировал. Сообщение от старшего брата Адама: «После пар сразу домой. На дорогах гололёд, не задерживайся ни на минуту. Нужно помочь маме собраться в больницу к Исе. И проверь сахар».

Имя младшего брата подействовало как ушат ледяной воды. Реальность мгновенно вернулась, вытесняя лёгкий университетский флирт. Иса. Третья стадия рака. Химиотерапия. Изнурительный контроль строгого Адама, который держал всю семью в ежовых рукавицах, пока сам тайно сходил с ума по переписке от Малики - девушки-врача из Испании.

Весь дерзкий запал Аделины исчез в одну секунду, сменившись взрослой, тяжёлой грустью. Она поправила зимний платок и застегнула пальто до самого подбородка.

- Девочки, мне пора. Нужно ехать домой, - тихо, потерянно произнесла Аделина.

Она быстро пошла к выходу, стараясь не смотреть на площадку, где Леон Аверин всё ещё праздновал победу. На заснеженной улице её ждал ледяной ветер, долгая дорога на автобусе и дом, пропитанный запахом лекарств и страхом потери. Но в кармане её пальто лежала маленькая шоколадка на стевии, и мысль о завтрашней игре один на один почему-то заставляла её дышать дальше.