Космос мое все/ бригада

Они заехали за алкоголем. Света молча выбрала бутылку вина, Космос взял пиво, и они снова сели в машину. Ночь была тихой и тёплой, город уже почти спал, и только редкие фонари освещали пустые улицы.

Космос вёл машину молча, сосредоточенно глядя на дорогу. Света сидела рядом, сжимая бутылку вина в руках, и чувствовала, как внутри нарастает напряжение. Она знала, что должна сказать ему. И знала, что если не сделает этого сейчас, то потом будет уже поздно.

Они выехали на трассу, и за окном снова поплыли тёмные поля и редкие огоньки деревень. В салоне играла тихая музыка, но Света её почти не слышала. Мысли были заняты одним.

— Космос, — тихо произнесла она, чувствуя, как голос дрожит.

— М? — отозвался он, не поворачивая головы.

— Мне нужно кое-что тебе сказать.

Космос бросил на неё короткий взгляд, заметил, как она сжимает бутылку, и чуть сбавил скорость.

— Что-то случилось? — спросил он, и в голосе его послышалась тревога.

— Нет, — быстро ответила Света. — То есть... да. Но не плохое. Я просто... я должна тебе кое-что сказать. Давно должна была.

Космос промолчал, но она чувствовала, что он весь обратился в слух.

Света глубоко вдохнула и начала.

— Я не знаю, как это сказать... — произнесла она, чувствуя, как слова застревают в горле.

Как вдруг вдалеке показались фары, и через мгновение рядом с ними остановилась милицейская машина. Света замерла, сердце ухнуло в пятки.

— Ну всё, приехали, — произнёс Космос, тормозя и выключая двигатель.

Из милицейской машины вышел Витя. Он быстро подошёл к их автомобилю, и Света увидела, какое у него лицо — бледное, встревоженное, с каким-то отчаянием в глазах.

— Космос, твою мать! — выпалил Витя, чуть ли не крича. — Где вас черт носит?!

Света и Космос вышли из машины. Ночь вдруг стала холодной, воздух словно сгустился вокруг них.

— Что случилось? — произнесла Света, чувствуя, как внутри нарастает ледяной страх.

Витя перевёл дух, глядя на неё с болью.

— Сюда быстрее! — сказал он, хватая Свету за руку. — Сашка ранен! Облава мусоров кругом! Мы еле выбрались!

Света почувствовала, как земля уходит из-под ног, а в груди всё сжалось от холода и ужаса. Она не стала задавать лишних вопросов. Просто подбежала к милицейской машине, открыла дверцу, за которой сидел Сашка, и присела рядом.

— Братик, ты чего... — произнесла Света, и голос её дрожал.

Она увидела его лицо — бледное, с капельками пота на лбу, и руку, прижатую к боку. Сквозь пальцы сочилась кровь. Сашка попытался улыбнуться, но улыбка вышла слабой и болезненной.

— Света... — выдохнул он. — Всё нормально. Не бойся.

— Какое нормально?! — воскликнула она, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — У тебя бок прострелен!

Она оглянулась и увидела Фила, который стоял рядом с Линкольном.

— Фил, давай его в Линкольн! — крикнула Света, стараясь говорить твёрдо. — И аптечку захвати!

Фил тут же подбежал и аккуратно перенёс Сашу на заднее сиденье чёрного Линкольна. Света вскочила следом, открыла аптечку, которую Фил передал ей, и начала перевязывать рану. Руки её дрожали, но она старалась не показывать страха.

— Держись, Саш, — говорила она, накладывая бинт на рану. — Только держись, слышишь?

— Я держусь, — ответил он, стиснув зубы.

А снаружи Космос и Витя уже разбирались с ментовской машиной. Света видела, как Космос что-то резко сказал милиционеру, как Витя стоял рядом, прикрывая их. Через пару минут они оба подбежали к Линкольну и запрыгнули внутрь.

— Погнали! — крикнул Космос, садясь за руль. — Держись, Света!

Машина рванула с места, оставляя позади милицейскую машину и облаву. В салоне было тихо, только слышно было тяжёлое дыхание Сашки и всхлипы Светы, которую Космос держал за руку, не отпуская ни на секунду.

Света сидела рядом с братом, одной рукой прижимая бинт к его ране, а другой сжимая ладонь Космоса.

— Мы спасём тебя, — прошептала она Сашке. — Мы обязательно спасём.

А впереди уже начал заниматься рассвет, разгоняя ночную тьму и окрашивая небо в нежные розовые и золотистые оттенки.

Они приехали на их место. Света снова перевязала рану брата, уже немного успокоившись, хотя руки всё ещё дрожали. Все вышли на улицу. Уже был рассвет. Серое небо постепенно светлело, где-то вдалеке запели птицы, и первые лучи солнца робко касались крыш домов и деревьев.

Ночь закончилась. Начинался новый день.

Ребята стояли вокруг, каждый думал о своём. Космос закурил, Витя нервно вертел в руках зажигалку, Фил молчал, глядя на горизонт, а Света сидела на крыльце рядом с Сашкой, держа его за руку.

Тишину нарушил голос Сашки. Он говорил тихо, но твёрдо, и в его словах слышалась какая-то странная торжественность.

— Спасибо вам, — произнёс Сашка, обводя их взглядом. — Я вас никогда не забуду. Вы мои друзья. Вы моя семья.

— Ты чё, Саня? — усмехнулся Космос, но в голосе его слышалась дрожь. — Опять философствуешь?

— Нет, — покачал головой Сашка. — Я просто хочу, чтобы вы знали. Клянусь, что никого из вас никогда не оставлю в беде. Клянусь, что никогда не пожалею о том, в чём сейчас клянусь.

Он поднял руку, и все замерли, глядя на него. Он говорил тихо, но каждое слово было тяжелее кирпича.

— Клянусь, — первым отозвался Фил. Его голос прозвучал ровно и серьёзно.

— Клянусь, — следом за другом произнёс Витя, и в его глазах блеснули искры.

— Клянусь, — чуть ли не плача, произнесла Света, сжимая руку брата. Она чувствовала, как слёзы текут по щекам, но не вытирала их.

— Клянусь, — произнёс Космос.

Он сделал шаг к ним и тоже поднял руку. Их руки встретились над головой Сашки, и в этот момент в утренней тишине родилось что-то большее, чем дружба. Это была клятва. Настоящая. Крепкая, как сталь.

— Мы вместе, — сказал Космос.

— Всегда, — добавила Света.

— Всегда, — повторили Фил и Витя.

Они стояли так, обнявшись, глядя на восходящее солнце, которое разгоняло последние тени ночи. Птицы пели всё громче, и в воздухе пахло утром, свежестью и надеждой.

В эту минуту все страхи отступили. Осталось только одно: они есть друг у друга. И этого достаточно.