Небывалый случай в городке Джиосе

Вот что произошло в лунапорту ладунцев в то памятное для нас утро. Мы можем рассказать об этом достаточно подробно, так как сами были всему свидетелями (надо заметить, мы оказались единственными свидетелями, несмотря на то, что мы были единственными, кого ни мистер Крадке – так звали чужестранца с Колхоторо, - ни кто-либо иной из людей, находившихся в тот час возле лунапорта и в нём самом, не заметил).
Колхоторец – молодой джентльмен среднего роста, худощавого телосложения, одетый в серый пиджак и синие джинсы – стоял напротив широкой, облачённой в махровую, бордового цвета материю спины сидящего перед длинным массивным столом за каким-то, по-видимому, не совсем обычным занятием, и периодически бросающего на него в зеркало кратковременный, дикий взгляд хозяина лунапорта, и говорил в его кабинет:
- Без четверти восемь, мистер - самое время для лунатизма, - он смешался, поняв, что не к месту употребил вольное выражение, - то есть так в шутку мы называем прогулку по луне... а билет не купить. Как мне сказали, с некоторых пор полёты на луну отменены, но какая может быть причина на то, чтобы не продать билет по галактическому удостоверению, дающему право на временное пользование любым сверхскоростным кораблём? Можете ли вы, мистер, назвать мне её?
Всё чаще хозяин лунапорта метал свой странный взгляд в стоящего на пороге и что-то говорящего ему пришельца, который, вне всякого сомнения, замечал это, но, вместе с тем, даже мысленно на это не реагировал. После того, как колхоторец закончил вопрос, этот взгляд, казалось, стал ещё более пристальным и подозрительным. Но затем большого, резко сужающегося к подбородку, щетинистого лица коснулось подобие улыбки, или, возможно, это и была улыбка? Обычный человек едва ли бы догадался, что она означает. А означала она вот что: «Мальчик для битья, - подумал ладунец, - давно, однако же, таких не били… если появляются, то прячутся, как собаки, в подворотнях… но уж если высовываются, так точно для потехи!» «Но у него галактическое удостоверение?..» - высказал замечание его второй голос: - «Насколько нам известно, кому попало их не выдают». «Да ещё и удостоверение у них при себе окажется… а отчего бы ему не оказаться, коль воровать пади тоже умеют. А этот ещё и настойчив, хоть и идиот!»
- Всё очень просто, - сдержанно отвечал хозяин лунапорта в зеркало, - наш лунапорт больше не служит безумным лунатикам! Все полёты - исключительно с целью добычи полезных ископаемых.
Затем он сузил своё лицо так, что оно удлинилось на целый дюйм и приняло глубокомысленное выражение, и добавил – вкрадчиво, но уже с нотой нетерпения, которое в любой момент могло перерасти в негодование:
- А билет по удостоверению вам не продают по ещё более простой причине: у вас очень неестественное, так сказать, беззаботное (это слово он выделил) выражение лица!
Колхоторец задумался.
- Значит, вы полагаете, что всё дело в этом? Всё дело в моём лице?.. Но ведь ваша билетерша, мистер, даже не взглянула на меня…
«Вот уж точно идиот!» - воскликнул про себя хозяин лунапорта. Эта мысль, несмотря на то, что уже приходила к нему ранее, в буквальном смысле шокировала его. Почему же не привела в восторг?.. Внутренний голос – на этот раз уже не с осторожностью, а скорее с сарказмом – прояснил её суть: «И теперь, что он будет делать, если не издеваться над тобой?..»
Некоторое время ладунец напряжённо молчал. И пока он молчал лицо его приобрело чрезвычайно болезненный вид: глаза стали влажными, покраснели и округлились, зрачки забегали, взгляд зафиксировался на отдалённом участке пола, лоб покрылся испариной. Колхоторец не имел ни малейшего представления о том, что происходит, но выражение глаз и лица хозяина лунапорта вызвали и в нём нешуточное беспокойство. Он хотел было спросить, всё ли у того в порядке, но успел лишь издать звук…
Ладунец встал с кресла… но по какой-то причине не повернулся лицом к чужестранцу, а только повернул, насколько мог, к нему голову, после чего заревел, что было мочи:
- Убирайся к чёрту, проклятый идиот, не то я проломлю твою тупую голову вот этим!!!
В правой руке у него был зажат увесистый, до блеска отшлифованный металлический предмет странной органической формы, относительно назначения которого мы могли лишь гадать. Возникло чувство, что момент полон страшной решимости. И колхоторец невольно попятился к двери. При этом выражение его лица несколько изменилось. Однако, поднятая над головой правая рука мистера ладунца прекратила дальнейшее движение (как оказалось, против его собственной воли…)
В результате того, что произошло (мы пока ещё не знали, что именно), ладунец превратился в изваяние самого себя. И его неподвижное тело с живым исступлённым взором вместо недавнего опасения внушало мысль, что металлическая штуковина – предмет его необузданной страсти.
- Что вы сделали со мной? – раздался в наступившей тишине на удивление негромкий и почти спокойный голос хозяина лунапорта. – Что вы сделали? Я не могу пошевелиться…
- Это произошло помимо моей воли, мистер… но я лишь изменил выражение своего лица, как вы того и хотели…
- Я ничего не просил тебя изменять, ты, проклятый идиот! – вновь зазвучало негодование.
В ответ колхоторец промолчал.
- Чёрт тебя дери, сделай же что-нибудь!
Пока мистер Крадке пребывал в раздумьях, хозяин лунапорта чувствовал себя как рыба, очутившаяся на суше в жаркий полдень. Несколько крупных капель пота стекли по его лицу. Наконец он услышал голос колхоторца (при этом ему показалось, что он доносится до него впервые и как будто издалека):
- Видите ли, мистер, всё дело в том … всё дело в моём лице. Я прилетел к вам из Колхоторо, где, как известно, идёт добыча полезных ископаемых особого рода, в частности вещества, называемого фиктором… Вы, вероятно, что-нибудь да слышали о фикторном облучении. На станции, где происходит гашение фиктора для последующего его применения в химической промышленности, случилась небольшая утечка первородного вещества. Я и несколько моих собратьев, которые работали в то время на станции, были облучены, поскольку об утечке стало известно не сразу. К счастью, фикторное излучение оказывает паралитическое действие лишь в том случае, если биополе, оказавшееся в радиусе досягаемости, имеет серьёзные нарушения. Естественно, лицо, подвергшееся облучению, - в виду отсутствия в нём каких-либо нарушений, совершенно безопасному для него, - может облучить другого, если возбудить частицы вещества, имеющиеся в нём. Но сделать это не так-то просто, хотя… вам, мистер, это, безусловно, удалось…
- Что, что, чёрт подери, ты сказал об этом био-чёртовом поле?! – вновь начинал закипать ладунец.
Но колхоторец не обратил внимания на его вопрос.
- Извините, мистер, я не подумал о том, чтобы предупредить вас. Я совершенно забыл о фикторном облучении – это случилось так давно…
- Так вот, значит, кто я по-твоему! – злобно прошипел хозяин лунапорта. Последовала пауза, во время которой взгляд его потупился. Сфокусировав его затем, он продолжил страшной скороговоркой: – Ну, погоди же ты, червяк, скоро все узнают, как колхоторцы благодарят нас за всё, что мы для них сделали! И ты, и твои собратья, все вы, мерзкие создания, будете тонуть в собственной крови!!!
Он собрался с силами… стремясь вырваться из невидимых оков и одновременно выражая отчаянную безысходность такой попытки, воскликнул:
- Ты слышишь меня, мерзавец!!!
А потом резко перешёл на шёпот:
- Я сам лично доберусь до тебя и раздушу, как неугомонное насекомое, если ты и дальше будешь так стоять, и пялиться на меня!
Вдруг он испугался, подумав, что последние его слова могут быть неверно поняты, и добавил – громко и властно, - поясняя их смысл:
- Сделай же что-нибудь!
Чем дольше тянулась пауза, тем больший страх испытывал ладунец, тогда как колхоторец, который ещё только что выглядел взволнованным, напротив, обретал прежнее спокойствие и уверенность. Он смотрел на хозяина лунапорта, но словно бы не видел его перед собой, как будто уже был не здесь. Казалось, сейчас он развернётся и покинет кабинет, не сказав ни слова. Однако же он сказал:
- Должен вам признаться, мистер, что сделать здесь что-либо не в моих силах. Единственно верное решение – это оставить вас в покое.
- Возможно, - повернувшись, добавил он напоследок, - паралитическое действие фиктора ослабнет, если в течение длительного срока – сколь длительного, мне неизвестно – вам удастся сохранять спокойствие.
Но голос его не обнадёживал. Сомневался ли он в том, что это возможно? Вряд ли… скорей наоборот.
Колхоторец вышел и тихо прикрыл за собой дверь.
- Стой, проклятый идиот!!! – взревел хозяин лунапорта. – Мерзааавец!!! Думаешь, пока сознательные граждане будут трудиться в поте лица, такие тунеядцы, как ты, будут прохлаждаться?! Подобно паразитам пользоваться благами созданной ими цивилизации?! Жить, так сказать, себе в удовольствие?! НЕ БЫВАТЬ ЭТОМУ!!! Думаешь, пока все отдыхают после тяжёлого трудового дня, ты и твои собратья будут разгуливать по нашим улицам?! НЕ БЫВАТЬ БОЛЬШЕ ЭТОМУ!!! А-а-а!!! Так ты не забыл!!! Ты не забыл!!! Ты специально принёс сюда это вещество!!! Хотел поиздеваться над нами!!! А-а-а!!! Так пусть же это положит начало войне – кровавой и беспощадной!!!
Неожиданный прилив энергии на миг прогнал страх и разуверил в реальности происходящего. Привести механизмы своего тела в движение – как это может быть невозможно без видимой на то причины?! И, сделав невероятное усилие, ладунец решил, что ему удалось… даже не столько перебороть действие фиктора, сколько иллюзию, насланную на него колхоторцем. Удивительно, но он и вправду смог пошевелиться.
До определённого момента мы не видели, что находилось за его широкой спиной. А там посередине стола лежали медикаменты, прибор для измерения давления, была ещё распечатанная упаковка шприцов, капсула с коричневым раствором, клок ваты и многое другое в этом же роде. Велика вероятность, что хозяин лунапорта был не вполне здоров. Он упал замертво, едва закончив свою речь.
К тому времени, как молодой джентльмен в чёрной фетровой шляпе, сером пиджаке и синих джинсах во второй раз вышел из белоснежного здания, весь персонал лунапорта был уже зафикторован (сила и радиус действия этого уникального вещества имели несколько большие значения, чем мы предполагали).
Беспрепятственно пройдя на одну из взлётных площадок, мистер Крадке без малейших колебаний поднялся на борт корабля и занял в нём место пилота. Не прошло и минуты, как до нас донёсся нарастающий гул двигателя…
Стоит заметить, для того, кто впервые столкнулся с подобной разновидностью сверхскоростных кораблей, этот молодой колхоторец освоился очень быстро (даже нам, имеющим о ней неплохое представление, потребовалось бы немного больше времени).
Система была приведена в готовность к полёту, и неожиданный пилот не замедлил дать старт к Луне.

Эпилог
Большинству колхоторцев свойственна забывчивость (в настоящий момент у нас нет более подходящего слова). Мистер Крадке, насколько мы могли судить, не был исключением. Если это так, то ещё до того, как подняться на борт корабля, он забыл о происшествии. Исходя из этого мы думаем, что вышеназванным качеством и должны обладать путешественники, ведь подчас оно им просто необходимо…