Хроники нарнии:Где кончается Англия

Весь день прошёл спокойно: Мириам общалась с девочками, парни сражались на мечах. Вечером, когда небо было уже синим, Мириам посмотрела на схватку Эдмунда с Каспианом. И когда Каспиан победил, Мириам хихикнула, но всё же оба парня услышали и обернулись на неё.

Эдмунд фыркнул:

— Сама меч в руках никогда не держала, а ещё и смеётся.

— Я научу тебя, идём, — сказал Каспиан.

Мириам встала, подошла к Каспиану. Тот протянул ей лёгкий тренировочный клинок — не настоящий, но достаточно увесистый, чтобы почувствовать сталь.

— Держи крепче, — тихо сказал он, поправляя её пальцы на рукояти. — Не бойся его. Бойся того, что будет, если выпустишь.

Мириам сжала эфес так, что побелели костяшки. Металл холодил ладонь, а в груди всё сжималось от странного, колючего волнения — будто сама судьба сейчас лежала у неё в руке.

— Нападай, — кивнул Каспиан, отступая на шаг и поднимая свой меч в расслабленной, но готовой к защите стойке.

Она вздрогнула от этих слов, но тут же подавила дрожь. Глубокий вдох — и она рванулась вперёд, вкладывая в выпад всю свою неуверенность, превращая её в силу. Клинок свистнул в воздухе, тяжёлый и непослушный, словно сопротивлялся её воле.

Каспиан легко ушёл в сторону, едва заметно качнув корпусом, и её удар ушёл в пустоту. Мириам едва не потеряла равновесие, но успела отступить, прежде чем он контратаковал. Его клинок мелькнул перед её глазами — быстрый, как молния, и остановился в считаных сантиметрах от её плеча.

— Слишком прямолинейно, — спокойно заметил он. — Ты думаешь не о противнике, а о том, как страшно промахнуться.

С каждым новым выпадом сталь в руке Мириам будто становилась послушнее, а страх — тише. То, что сперва казалось тяжёлым, непокорным грузом, теперь отзывалось в её движениях: клинок будто сам подсказывал, куда вести, как повернуть запястье, когда шагнуть вперёд, а когда отступить.

Каспиан больше не подсказывал на каждом шагу — теперь он лишь коротко кивал или едва заметно приподнимал бровь, отмечая удачный манёвр. Его удары становились чуть резче, чуть быстрее, будто он уже не сдерживался, проверяя, насколько далеко она способна зайти.

Мириам скользнула в сторону, уходя от стремительного удара, и тут же, не теряя мгновения, сделала короткий, точный выпад — не в полную силу, но так, чтобы клинок замер у самого бока Каспиана.

Он замер на долю секунды, а потом медленно опустил меч и чуть склонил голову; в глазах мелькнуло искреннее уважение.

Каспиан посмотрел на неё, потом перевёл взгляд на Эдмунда и сказал:

— Учись. Она впервые держит меч в руках, а нападает лучше тебя.

Мириам опустила клинок, чувствуя, как дрожат от напряжения руки, но на лице появилась самодовольная ухмылка. Она повернулась к Каспиану и Эдмунду и, посмотрев на Эдмунда, ухмыльнулась.

«Ну вот, видишь, а ведь я только начала», — подумала самодовольно Мириам.

Она вручила клинок обратно Каспиану и снова ушла беседовать с девочками.