Голоса, которых нет

Представьте: ваша дочь или сестра решила сходить в кино. Она фанатка — до скрежета в зубах. С горящими глазами. Она ждала этот фильм месяцами.

В кинотеатре продаются футболки. Казалось бы — один и тот же товар. Что такого?

Футболка для мальчика: Бэтмен. Чёрная. Плащ. Серьёзное лицо. Воин.

Кофта для девочки: Харли Квинн. Шорты, которые неудобно носить. Майка, которая едва прикрывает грудь. Почти голая.

Что почувствует девочка, когда увидит на кофте женщину, раздетую почти догола?

Что она подумает? «Вот как должна выглядеть героиня»? «Вот что значит быть красивой»? «Вот что продаётся»?

И кто это решил?

Вот что говорят об этом люди, которые знают индустрию изнутри.

Гейл Симон, сценаристка Batgirl и Wonder Woman: «Если ты не можешь представить персонажа в той же позе, но без латекса — это не персонаж. Это украшение».

Келли Сью Деконник, автор Captain Marvel: «Когда мужчина полуголый — он воин. Когда женщина полуголая — она объект. Потому что мы привыкли смотреть на женщин чужими глазами. Даже женщины привыкли».

Грант Моррисон, один из главных сценаристов DC: «Диана — амазонка. Её костюм должен быть доспехом, а не рекламой нижнего белья».

Они говорят это вслух. Но индустрия не меняется. Почему?

Может, не надо вообще их прятать? Разве суть не в том, чтобы восхищаться ими? Или это воплощение похотливых фантазий?

Может, это влияние патриархата, от которого мы не можем отказаться. Но грань стирается. Мы обвиняем мужчин — и при этом закрываем глаза на того же Аквамена. На Тора. Их полуобнажённые торсы сводили миллионы женщин с ума.

Разве это не двуличие?

Что было бы, если бы женщины не были так сексуализированы? Продавалось бы это? Или тогда потерялся бы спрос?

Кто устанавливает правила? Художник-мужчина? Студия? Рынок?

Если подумать — был бы такой же огромный спрос, если бы сексуализировали мужчин? Не обвалился бы рынок ровно к чёрту?

Где-то на форуме обычная фанатка написала: «Мне нравится Харли. Но я не могу носить её футболку. Потому что на ней женщина в шортах, которые впиваются в тело. А я хочу просто любить героиню, без чувства, что я — часть чьего-то фетиша».

Может быть, поэтому Оливия смотрит не на обложки. Она смотрит глубже. Туда, где под латексом и позами — настоящая Диана. Воительница. Защитница. Та, кого не надо раздевать, чтобы заметить.