«Твой бархатный голос». « Mia Bambina с двойным соусом »

После того разговора в кафе Лаяль весь вечер не могла перестать думать о словах Сантино.

«Я расскажу тебе».

Всего три слова.

Но почему-то они крутились у неё в голове снова и снова.

Она сидела на кровати, держа в руках ту самую старую фотографию.

На ней они были детьми.

Два человека, которые даже представить не могли, что через столько лет снова встретятся.

Лаяль провела пальцем по фотографии.

- Что же с тобой произошло после того дня?

Она сама не знала, почему ей так хотелось услышать ответ.

Наверное, потому что она наконец поняла:

Сантино помнил её всё это время.

Но она почти ничего не знала о его жизни.

***

На следующий день он ждал её возле университета.

Когда Лаяль подошла, он сразу понял по её лицу:

она не забыла.

- Привет.

- Привет.

- Ты готов?

Он улыбнулся.

- Скорее, ты готова?

- Я ждала этого разговора весь вечер.

- Тогда пойдём.

Они отошли подальше от шумного входа.

Несколько секунд Сантино молчал.

- После того как я уехал, первые дни я почти не разговаривал.

Лаяль внимательно слушала.

- Родители старались меня поддержать. Но я постоянно думал о школе.

- Обо мне?

Он посмотрел на неё.

- Да.

Она слегка улыбнулась.

- Я помнила только отдельные моменты.

- Я помнил почти всё.

- Даже шаурму?

Сантино рассмеялся.

- Особенно шаурму.

- Я так и знала.

- Ты действительно могла есть её каждый день.

- Это было важное время моей жизни.

- Я заметил.

Они оба засмеялись.

Но потом Сантино снова стал серьёзным.

- Однако со временем я начал понимать, что не хочу оставаться тем человеком, которым был тогда.

Лаяль внимательно посмотрела на него.

- Почему?

- Потому что я боялся слишком многого.

Он ненадолго опустил взгляд.

- Я боялся говорить. Боялся людей. Боялся ошибок. Мне казалось, что если я буду отличаться от остальных, то меня обязательно отвергнут.

Лаяль тихо сказала:

- Ты был ребёнком.

- Знаю.

- Ты не обязан был быть сильным тогда.

- Но я хотел стать сильнее.

Она кивнула.

- И стал.

- Не сразу.

***

После переезда Сантино начал заниматься спортом.

Сначала просто для себя.

Потом серьёзнее.

Он стал тренироваться почти каждый день.

Научился контролировать дыхание.

Работал над речью.

Читал.

Много читал.

Сначала книги о людях.

Потом книги по истории.

Потом о разных религиях.

Он хотел понять мир.

И понять самого себя.

- А потом я начал задавать вопросы, - продолжил Сантино.

- Какие?

- О Боге.

Лаяль ничего не сказала.

Он продолжил:

- Я никогда раньше не относился к этому серьёзно. Мне казалось, что вера - это просто часть жизни других людей.

- А потом?

- Потом я начал искать ответы.

Он посмотрел на неё.

- Я читал о христианстве. О иудаизме. Об исламе. Сравнивал. Спрашивал. Сомневался.

Лаяль слушала очень внимательно.

- И что тебя привело к исламу?

Сантино улыбнулся.

- Не ты.

Она удивлённо подняла брови.

- Я ещё ничего не сказала.

- Но ты сейчас именно об этом подумала.

Лаяль замолчала.

Он оказался прав.

- Да.

Сантино спокойно продолжил:

- Ты была причиной того, что я впервые захотел узнать больше о твоём мире.

- Но не причиной того, что ты принял ислам?

- Нет.

Он покачал головой.

- Я не хотел принимать религию ради человека.

Лаяль молчала.

- Если бы я сделал это ради тебя, это было бы нечестно.

Она улыбнулась.

- Почему?

- Потому что вера должна быть между человеком и Аллахом.

Лаяль опустила взгляд.

- Ты действительно так думаешь?

- Да.

Он ненадолго замолчал.

- Я долго искал ответы. Иногда ошибался. Иногда снова сомневался. Но постепенно пришёл к тому, что ислам для меня стал не просто религией человека, которого я когда-то знал.

Он посмотрел на небо.

- Это стало моим выбором.

Лаяль тихо произнесла:

- Альхамдулиллях.

Сантино улыбнулся.

- Альхамдулиллях.

***

Некоторое время они шли молча.

Потом Лаяль спросила:

- А когда ты начал учить арабские слова?

Сантино задумался.

- Очень рано.

- Например?

- Бисмиллях.

- Это я уже слышала.

- ИншаАллах.

- Тоже.

- Альхамдулиллях.

- Тоже.

Он улыбнулся.

- СубханАллах.

Лаяль засмеялась.

- Ты уже знаешь больше слов, чем некоторые мои знакомые.

- Я старался.

- А почему?

- Потому что хотел понимать то, что читаю.

Лаяль посмотрела на него.

- Ты читаешь Коран?

- Да.

Она немного удивилась.

- На арабском?

- Учусь.

- И понимаешь?

- Не всё.

- Это нормально.

- Знаю.

Он улыбнулся.

- Поэтому изучаю дальше.

***

Они дошли до небольшого парка возле университета.

Сели на скамейку.

Лаяль некоторое время молчала.

Потом сказала:

- Знаешь...

- Что?

- Мне приятно слышать, что ты пришёл к этому сам.

- Почему?

- Потому что если бы ты сделал это только ради меня...

Она замолчала.

- Ты бы потом мог пожалеть.

Сантино кивнул.

- Именно.

- А теперь?

Он посмотрел на неё.

- Теперь я не жалею.

Лаяль улыбнулась.

- Хорошо.

Несколько секунд они просто сидели.

Потом Лаяль вдруг сказала:

- Но есть одна вещь, которую я не понимаю.

- Какая?

- Почему ты не рассказал мне сразу?

Сантино задумался.

- Потому что боялся.

- Чего?

- Что ты снова увидишь во мне того мальчика.

Лаяль удивилась.

- Но ты и был тем мальчиком.

- Да.

- И это не плохо.

- Теперь я это понимаю.

Она улыбнулась.

- Я тоже.

***

В этот момент рядом с ними появился Ислам.

- Ассаляму алейкум.

- Ва алейкум ассалам, - ответили они одновременно.

Ислам посмотрел на них.

- Я не помешал?

Лаяль покачала головой.

- Нет.

Ислам посмотрел на Сантино.

- Ты рассказал?

Сантино кивнул.

- Да.

Ислам улыбнулся.

- Хорошо.

Лаяль посмотрела на них.

- Вы что-то знаете, чего не знаю я?

Ислам замер.

Сантино тоже.

- Нет.

Лаяль прищурилась.

- Почему вы оба так странно ответили?

- Потому что ты слишком подозрительная, - сказал Ислам.

- А ты слишком много знаешь.

- Это моя работа.

- Какая ещё работа?

- Быть другом Сантино.

Лаяль рассмеялась.

- Понятно.

***

Через несколько минут подошла Алия.

- Я вас нашла!

Ислам посмотрел на неё.

- Как?

- По геолокации.

Он поднял бровь.

- Ты следишь за нами?

- Нет.

- Тогда откуда знаешь?

- Лаяль отправила мне сообщение.

Лаяль удивлённо посмотрела на неё.

- Когда?

Алия достала телефон.

- Вот.

Лаяль посмотрела.

Она действительно отправила сообщение.

Но не помнила этого.

- О.

Ислам засмеялся.

- У тебя даже телефон делает то, что хочет.

- Очень смешно.

- Спасибо.

Алия посмотрела на Сантино.

- Так что тут происходит?

Лаяль улыбнулась.

- Он наконец рассказал.

Алия посмотрела на Сантино.

- Всё?

- Не совсем.

- Почему?

Сантино вздохнул.

- Потому что есть ещё одна вещь.

Лаяль сразу насторожилась.

- Какая?

Он посмотрел на неё.

- Та самая, о которой ты спрашивала.

- Что именно ты хотел сказать мне в последний день?

Сантино замолчал.

Ислам посмотрел в сторону.

Алия тоже вдруг перестала улыбаться.

Лаяль поняла:

все знали.

Все, кроме неё.

- Так.

Она скрестила руки.

- Теперь я точно хочу знать.

Сантино улыбнулся.

- Хорошо.

Он достал из кармана небольшой конверт.

Лаяль посмотрела на него.

- Что это?

- Это письмо.

- От кого?

- От меня.

- Когда ты его написал?

- В тот самый день.

Лаяль замерла.

- Ты всё это время хранил его?

- Да.

Она осторожно взяла конверт.

На нём было написано:

«Для Лаяль. Если мы когда-нибудь снова встретимся».

У неё перехватило дыхание.

- Сантино...

- Открой.

Она посмотрела на него.

- Ты уверен?

- Да.

Лаяль медленно открыла конверт.

Достала лист.

Развернула.

И прочитала первые строки.

Её глаза расширились.

Потому что письмо начиналось совсем не с прощания.

Оно начиналось с вопроса.

Одного-единственного вопроса, который маленький Сантино написал много лет назад.

Лаяль прочитала его ещё раз.

И прошептала:

- «Если мы снова встретимся... ты всё ещё будешь помнить меня?»

Она подняла глаза.

Сантино смотрел на неё.

И впервые за всё время не улыбался.

- Теперь ты знаешь, чего я боялся услышать.

Лаяль посмотрела на письмо.

Потом на него.

И тихо ответила:

- Но я вспомнила.

Сантино улыбнулся.

- Да.

Алия украдкой посмотрела на Ислама.

Ислам прошептал:

- Наконец-то.

Алия кивнула.

- Наконец-то.

Но никто из них не заметил одну деталь.

На обратной стороне письма была ещё одна строчка.

Которую Лаяль пока не прочитала.

И именно там находился настоящий ответ на вопрос, который Сантино носил в сердце много лет.