Там, где запихли города

Утро встретило их относительной прохладой. Кислотный дождь прекратился, оставив после себя едкий, белесый туман, который лениво стелился между стволами серых деревьев.

Избушка внутри остыла, но Илай этого почти не заметил. Он проснулся от того, что его пальцы все еще были крепко запутаны в густой, жесткой шерсти Яна. Волк спал чутко, его уши периодически подергивались, ловя каждый шорох увядающего леса.

Едва Илай шевельнулся, огромные янтарные глаза Яна мгновенно открылись. Волк поднял голову, тихо зевнул, обнажая острые клыки, и мягко ткнулся носом в плечо парня, проверяя, все ли с ним в порядке.

Ил:Я в норме, большой пес, — хриплым со сна голосом улыбнулся Илай, аккуратно выбираясь из его теплых объятий.— Нужно осмотреться.

Туман вроде редеет, надо проверить, сколько нам осталось до Колыбели.Ян глухо рыкнул в знак согласия и поднялся на лапы, потягиваясь всем телом. Его раненое предплечье, скрытое под шерстью, все еще побаливало, но узы транслировали лишь легкий дискомфорт, а не ту острую боль, что была вчера.

Илай шагнул к выходу, толкнул хлипкую дверь и зажмурился от резкого света. Магия внутри него, согретая ночным теплом Яна, отозвалась мгновенно. Короткая фиолетовая вспышка — и вместо человека на деревянный порог избушки опустился крупный угольно-черный ворон. Птица взмахнула мощными крыльями и с тихим, сухим шелестом взмыла вверх, прорезая остатки ядовитого тумана.

Ян остался внизу. Он сел у порога, задрав голову к небу, и привычно настроился на ментальную волну напарника, приготовившись принять картинку сверху.Илай поднимался все выше, оставляя под собой верхушки перекрученных мертвых сосен. Ветер бил в перья, принося долгожданную свежесть.

Ворон сделал широкий круг над лесом, выравнивая полет, и устремил взгляд на восток — туда, где на их старой, затрепанной до дыр карте значилась «Колыбель». Зеленый оазис, скрытый среди скал, где земля была чиста, а магия стабильна. Их единственная надежда на спасение.

В ту же секунду через ментальную связь Ян получил такой мощный удар чужого, первобытного ужаса, что волк непроизвольно припал к земле, издав жалобный скулеж.

«Ян… О боже, Ян, посмотри…» — мысленный голос Илая в голове сорвался на панический крик.

Волк с трудом сфокусировался и перехватил зрение Ворона. На мгновение его сознание заполнила панорама бескрайнего горизонта. Но там, далеко впереди, где должны были выситься спасительные зеленые холмы, неба не было видно. Весь горизонт полыхал страшным, неестественным багровым заревом. Огромные столбы жирного черного дыма поднимались к облакам, окрашивая их в цвет спекшейся крови. Даже отсюда, за много километров, Илай своим чутким птичьим зрением видел, как над горящими скалами Колыбели роятся тысячи черных точек — это были не просто птицы. Это были полчища летающих мутантов, кружащих над пепелищем.Их цель, их финальная точка пути, их единственный дом — все было уничтожено.

Илай камнем бросился вниз, не в силах больше смотреть на этот кошмар. Он на полной скорости влетел в избушку, на лету возвращая себе человеческий облик, и буквально рухнул на руки Яну, который уже успел перекинуться обратно в человека. Илая трясло так сильно, что зубы стучали. Ян крепко перехватил его за плечи, прижимая к себе, хотя у самого внутри все похолодело от увиденного.

Ил:Колыбели больше нет, — прошептал Илай, утыкаясь лбом в плечо Волка. Его голос ломался от отчаяния.— Куда нам теперь идти, Ян? Куда? Мы шли в никуда…

Ян молчал, глядя в полумрак хижины через открытую дверь, за которой на востоке медленно разгоралось багровое небо. Возвращаться назад — значит умереть в пасти Искаженных. Стоять на месте — дождаться, пока огонь и твари доберутся до этого леса.Он сильнее сжал пальцы на спине Илая, чувствуя, как его собственная волчья ярость медленно вытесняет страх.

Ян:Мы пойдем туда, — тихо, но до ужаса твердо ответил Ян, заставляя Илая поднять на него заплаканные глаза.— Если там остались выжившие, мы им поможем. Если там только твари — мы прогрызем себе путь сквозь них. Но мы не сдадимся. Не после всего, что прошли.

Илай долго смотрел в его решительные серые глаза, чувствуя, как через ментальные узы вместе с яростью Яна к нему возвращается способность дышать. Ворон медленно кивнул, вытирая слезы рукавом.