The Imprints of love (Прощальный альбом)

В пелене твоего взгляда Ты sweet girl! Локоны, мелирование, для трепания пряди, Я наглатываюсь опытом в пелене твоего взгляда. Твои наклонности под моей снисходительной наклонной. На черте с природным лоно Мы развеселились обманом не устроенных интеллектуально, Наше ромбовое искажение у шкафа от шампанского хрустального. Всегда заканчиваются успехом в ванной за тобой мои подглядывания, И я снова в твоём глубоком опыте, В пелене твоего взгляда. Ты как sweet girl вылазишь с заднего сиденья, На каблуках стоишь после трассы, Я преподношу себя на блюдце на съедение Твоим лакам, коленям, психотипу по команде Фас. Отпечатки любви Плюю в старинности имитированной слюной, Свою кристальную мне жалко, как и кровь мою с чистейшей белизной. Реки и мосты как флюгер гололёда, Как сон опостылевшего грода без града. Вхожу я в реку как в закат последний, По дну которого отметилась ты липким следом, Который для меня как вечный ясный флюгер Дует ветром вслед за мной хранимым светлым кругом. Мир не сошёл с ума благодаря тебе И невесомому, тобою пройдëнному пейзажу, Я и прощаю вновь твою конечную пропажу. Сегодня время не для слёзных лирик, друзей старинных эпохи старых символистов, Время бéрега вновь покидает берег мира И забывает проблески неповернувшихся артистов. Я смогу ещё раз осенью увидеть нашу реку С твоими отпечатками в чистейшей белизне, Услышать крики счастья непошатнувшегося века, Слюною захлебнувшегося в моей любовной тишине. Ты размахивала лондонскими часами Ты грозилась размахивать лондонскими часами на папиной работе, Ты никогда не разбивала мажорную машину господина "Н", Ты понимала, что проживаешь не свою любовь до первых искр между нами, Я подаривший яркость чувств твой самый умный мэн. Фиолетовый лак ты наносишь на пальчики только ради кайфулей И чтобы покричать, поверхность орошая благовонческими маслами, Фатой и ватой примечательны горячие сосули, любовные игрули Под лондонскими подарочными раритетными часами. Вода пейзажей Журчание кафетерия и стеклянность бариста, Мне ближе кто прошёл баптистов, Чем глупые пустые кофеманки. Мы врятли проходили тысячи мостов, И никогда бы мы их с тобой не одолели И наплевать бы захотели на непройдëнные тоннели. Неустойчивая речь не у филологов. Моря и реки водой отстойною журчат И отмирают под городской и блюзовый мой взгляд. Моя выговоренность навязчивей пластинок виниловых, Ванильнее запахов от поцелуев трёх влюблённых, Мечтательнее тысячи Маниловых. О, подари мне силу кофеиновую! Но не такую, чтобы идти от стресса По жизни, смеясь, в платьюшке малиновом Под глупости скрипучей прессы. Ветер над городом включает миллионы фонарей, Время пейзажей журчит над отбеленной сажей, За водой я вижу воду, где мир во истину белей, И лодка спасена в любви проснувшихся пейзажей. Cartoons/Конченые половинки Ненастоящие сварщики как фотографические эмоции пододвинутые, Шоколадные восторги другие городские под рукоплескания нутовые. Наше публичное приключение как культ Макаревича Андрея Вадимовича, В постели подо мною ты беспрекословная нескандальная bitch. Относительно моих хотений мне поскулить не западло, Я залезу при любом раскладе под твой подол, О, милая, see you! Vезде! Но не залипаю подло. Я заходил в кафе, я заходил в кафе, На повторе я пусто заходил в кафе, Работал реверс на отражениях фото респектабельной Англии. Димедрол пробивается в качестве голоса культового, The imprints of love, Rелизовые обложки, пластинки, Новые западные сексуальные взрослые Мультики, Мы избалованные сладкоежки, превращённые в конченые половинки. Компромисс возврата Ночь за окном закончилась навсегда, Не светит Луна в компромисс, Меня воспламеняет трусиковый блис. Не думаю, что я как Альфа Стал серьёзным в силу лет, Просто промежуточно не балуюсь эльфами И храню планеты Девы в тебе сильнее, чем главный секрет, Которого нет. Настроение вернётся с твоей подачи бу́бновое и бу́совое И будем гореть мы разноцветными вкусами. Мир пойдёт на наш сосательный прогулочный, трогательный эгоистичный концерт, от нашего нового периода мир колышется, Я такой же ориентированный романтично лакательный, Мы спишемся снова и беспардонно услышимся, Оближем друг с друга наш постельный десерт. Two lovers walk through an art gallery Ниточка визитов вновь к галереям потянется, Ты в бусах опять и любишь как прежде, Одежда на теле твоём изящном обтянется, Ложась на скреплённый фундамент надежды. Настал этот час, каждый из нас глубоко одинок, На перекрёстках целуемся, в неотвратимости веря, Мы движемся в сторону наших новых дорог И снова влюблёнными ходим по галереям.