Озвучивание не поддерживается в этом браузере
4
Чонгук не верил, что всё же получилось. Да, непросто. Придётся хорошо порыскать по загробным мирам в поисках души какой-то псины, но... срок ещё не истёк, а невеста уже есть.
Не самая удачная, конечно. Не такая красивая, как Адея... Адею не стыдно было выводить «в свет», брать с собой на приёмы, представлять Клану. Хотя... если немного поработать с внешностью и манерами Лисы, то...
Чонгук злился. Он просто никак не мог смириться со смертью невесты, а обстоятельства вынуждали уже искать новую.
Демоны не умеют скорбеть, но... Адею было жаль. Она не заслужила такой участи. Она хотела остаться в Межмирье... хотела создать здесь семью. Если не с Чонгуком, то... дать шанс другому демону.
Девушка доверчиво оголила шею. При виде бьющейся жилки на ней – Чонгук непроизвольно сглотнул. Он уже и забыл, какая на вкус человеческая кровь. Не то чтобы сильно хотелось, но... клыки удлинились сами.
Он осторожно приобнял Лису, склонился к ней, вдохнул запах гладкой кожи.
«Вкусно...» – удовлетворённо заурчал внутренний голос.
«Он собирается кусать или так и будет носом по шее водить? Щекотно же... – мысленно ворчала человечка. – Кусь и всё. Как девственница, ей богу...»
Девственница, значит?
Чонгук резко погрузил клыки в податливую плоть до самого основания. В рот хлынула солоноватая горячая кровь. Перед глазами замелькали образы. Воспоминания, принадлежащие человеку...
Лиса дёрнулась, с её губ сорвался тихий протестующий стон, но очень быстро она расслабилась, обмякла в его руках.
Подсознание услужливо напомнило о том, как это было с Адеей. Девушка билась и дрожала подобно листку на осеннем ветру. Норовила вырваться. Плакала...
Тогда Чонгук испытал раздражение и поспешил прекратить мучения несчастной. Двух глотков для проникновения яда демона в организм человека – вполне достаточно. Связь всё равно образуется.
Но тут... один глоток. Второй. Третий... Пятый. Пил жадно. Так же жадно вжимая хрупкое тело девушки в своё.
«Ещё Ещё!» – вопил демон.
Не выпускать. Брать. Вжимать. И пить постоянно...
Только огромным усилием воли Чонгук смог оторваться от шеи новоиспечённой невесты. Слизал с бархатистой кожи капельки крови... следы от укуса моментально затянулись.
«Невыносимо вкусная...» – подумал с неким сожалением. Держаться будет трудно.
Веки девушки опустились, запрокинулась голова. Дыхание выровнялось, замедлилось сердцебиение...
Чонгук подхватил её на руки и, не тратя времени, переместился в комнату бывшей невесты. Устроил Лису на шёлковые красные простыни, потянулся к молнии на её джинсах...
– А, впрочем, пусть так спит... – предусмотрительно убрал руки, накрыл девушку покрывалом и стремительно вышел.
В коридоре щёлкнул пальцами. Из воздуха материализовался Вилмар. Низший демон низко поклонился, в полумраке сверкнули почти чёрные глаза.
– Да, мой Повелитель.
– Стереги девчонку, смотри, чтобы никто не проник к ней в комнату, выстави у Дома своих людей, – ощущая внезапную тревогу, скомандовал Чонгук. – Мефиса и его демонов даже близко не подпускай.
– Я понял, господин, – произнёс слуга и вновь растаял в воздухе серой дымкой.
Чонгук вздохнул и переместился к двери, ведущей в мир людей. Нужно было забрать пса...
Выкопав собаку из земли, он перенёс её в своё логово. Свой мрачный холодный склеп, свою обитель. Здесь он набирался сил, здесь он был в безопасности.
Нет, в Доме тоже демоны набирались сил, залечивали смертельные раны, но логово всё же есть логово. Сюда Чонгук не приводил даже Адею, а уж ей-то он доверял в полной мере. И вот сейчас принёс собаку. Пусть мёртвую, но всё же чужую.
Развернул простыню и уложил тело пса на дно мраморной пустой купели. Достал из воздуха тонкий из горного хрусталя стилет и полоснул лезвием ладонь. Тёмная, почти чёрная кровь, будто неохотно выступила, медленно потекла.
Чонгук приложил её к собаке и произнёс слова древнего заклинания. Оно остановит процессы разложения и трупного окоченения, напитает плоть силой, чтобы, когда пёс воскреснет, не болел и жил долго на радость своей безумной хозяйке.
Пойти на сделку с демоном ради собаки... это же надо...
Чонгук выпрямился, рана на его руке тут же затянулась. Развернулся и вышел из купальни. Теперь можно отдохнуть, а уже завтра представить Верховному Совету свою... невесту.
Комментарии