Между нами буря

До благотворительного вечера оставалось два дня. Милана уже третий раз открывала шкаф.
— Нет... Это слишком официально.
Она сняла черное платье.
— Это слишком простое.
София, наблюдавшая за всем этим уже двадцать минут, обреченно вздохнула.
— Милан.
— Что?
— Ты идешь на благотворительный вечер. Не на «Оскар».
— А если все будут красиво одеты?
— Тогда ты тоже будешь красиво одета.
— А если...
— Хватит.
София подошла к шкафу. Достала темно-синее платье. Длиной чуть ниже колена. Без блесток. Без лишних деталей. Очень элегантное.
— Вот.
— Думаешь?
— Я уверена.
Милана посмотрела на себя в зеркало. И впервые за вечер улыбнулась.
— Спасибо.

В это же время у Ламина дома царил настоящий хаос.
— Нет.
Сказал Марк.
— Этот пиджак делает тебя похожим на банкира.
— А этот?
— На преподавателя экономики.
Парень устало потер переносицу.
— Может, вообще в спортивном костюме?
— Нет.
Одновременно ответили Марк и Фермин.
— Тогда молчите.
В итоге выбор остановился на темно-сером классическом костюме. Фермин удовлетворенно кивнул.
— Вот теперь нормально.
Ламин посмотрел в зеркало.
— Надеюсь.
— Не надейся.
Усмехнулся Марк.
— Милана все равно скажет, что ты красивый.
Ламин моментально поднял голову.
— Она такого никогда не говорила.
Фермин хитро улыбнулся.
— Пока не говорила.

Вечер наступил быстро. У входа в большой отель уже собрались журналисты. Фотографы. Гости. Вспышки камер освещали красную дорожку. Милана нервно поправила волосы.
— Мне страшно.
Тихо сказала она. София обняла ее за плечи.
— Ты справишься. Иди.

Черный автомобиль остановился у входа. Первым вышел Ламин. Он сразу заметил Милану. И... на несколько секунд просто замер. Темно-синее платье идеально подчеркивало ее фигуру. Волосы были уложены мягкими волнами. На лице — почти незаметный макияж. Она выглядела невероятно красивой. Милана тоже посмотрела на него. И поняла, что он тоже сегодня выглядит совсем по-другому. Спокойный. Уверенный. Очень красивый. Они одновременно улыбнулись. Ламин подошел ближе.
— Привет.
— Привет.
Он несколько секунд молчал. Потом тихо сказал:
— Ты... Очень красивая сегодня.
Щеки Миланы мгновенно порозовели. Она улыбнулась.
— Спасибо. Ты тоже... Очень красивый.
Ламин негромко рассмеялся.
— Марк сейчас где-то счастлив.
— Почему?
— Потому что он сказал, что именно это ты мне и скажешь.
Она засмеялась.
— Значит... Он оказался прав.

— Готовы? Спросил организатор.
Они переглянулись.
— Кажется, да.
Ламин слегка согнул руку.
— Позволишь?
Милана посмотрела на него. Потом осторожно взяла его под руку.
— Позволю.
И они вместе пошли по красной дорожке. Вспышки камер ослепляли. Со всех сторон слышались голоса.
— Ламин!
— Милана!
— Посмотрите сюда!
— Еще один кадр!
Милана невольно растерялась. Ламин тихо наклонился к ней.
— Смотри на меня.
— Что?
— Не на камеры. На меня. Сразу станет легче.
Она подняла на него глаза. И действительно... Шум словно стал тише. Она перестала замечать фотографов. Потому что рядом был человек, которому она доверяла.

— Можно вопрос?
Окликнула их журналистка. Они остановились.
— После интервью вас называют самой красивой парой вечера. Что вы чувствуете?
Ламин улыбнулся.
— Нам очень приятно.
— Но... Вы по-прежнему утверждаете, что не встречаетесь?
Милана тихо рассмеялась.
— По-прежнему.
Журналистка хитро улыбнулась.
— Тогда почему вы смотрите друг на друга именно так?
Наступила тишина. Ламин посмотрел на Милану. Она — на него. Первой ответила именно она.
— Потому что... Некоторые люди становятся очень важными. Еще до того, как отношения получают какое-то название.
Журналистка улыбнулась.
— Красивый ответ.
Ламин тихо добавил:
— И абсолютно честный.

Когда официальная часть закончилась, они вошли в большой зал. Заиграла живая музыка. Гости общались между собой. Официанты разносили напитки. Милана облегченно выдохнула.
— Всё. Самое страшное позади.
— Не совсем.
Она удивленно посмотрела на него.
— Почему?
Ламин кивнул в сторону сцены. Ведущий объявил:
— А сейчас... По традиции нашего вечера... Первый танец исполнят самые обсуждаемые гости сегодняшнего вечера.
Весь зал дружно повернулся в их сторону. Милана тихо прошептала:
— Только не это...
Парень посмотрел на нее. Потом улыбнулся. И протянул руку.
— Доверишься мне еще раз?
Она посмотрела на его ладонь. Потом — ему в глаза. И, не раздумывая, вложила свою руку в его.
— Всегда.
Когда ведущий произнес их имена, в зале раздались аплодисменты. Милана тихо выдохнула.
— Мне кажется, я сейчас сбегу.
Ламин улыбнулся.
— Не успеешь.
— Почему?
— Потому что я тебя не отпущу.
Он сказал это спокойно. Совсем без пафоса. Но почему-то именно эти слова заставили Милану улыбнуться.
— Тогда... Веди.

Они вышли в центр зала. Заиграла медленная музыка. Вокруг — десятки людей. Камеры. Телефоны. Фотографы. Ламин осторожно положил ладонь ей на талию.
— Всё хорошо?
— Да.
Соврала она. Он тихо усмехнулся.
— Не верю.
— Почему?
— Потому что у тебя холодные руки.
Она удивленно посмотрела на него.
— Ты заметил?
— Я всегда замечаю.
Эта фраза прозвучала настолько искренне, что Милана перестала смотреть по сторонам.

Музыка становилась все тише. Они медленно двигались по залу. Не идеально. Иногда чуть сбивались. Иногда одновременно улыбались из-за этого.
— Знаешь...
Тихо сказала Милана.
— Что?
— Если бы год назад мне сказали, что однажды я буду танцевать с тобой перед сотней человек... Я бы рассмеялась.
Парень улыбнулся.
— А я бы не поверил, что ты вообще согласишься со мной танцевать.
— Почему?
— Потому что в нашу первую встречу ты смотрела на меня так...
Он сделал паузу.
— Будто хотела ударить.
Милана звонко рассмеялась.
— Не преувеличивай.
— Совсем чуть-чуть?
— Совсем чуть-чуть.

За соседним столиком Фермин тихо наклонился к Марку.
— Посмотри.
— Смотрю.
— Они вообще понимают, что вокруг люди?
Марк покачал головой.
— Уже нет. И это хороший знак.
Музыка продолжалась. Ламин вдруг стал серьезнее.
— Милан...
— М?
— Помнишь тот вечер на смотровой площадке?
Она сразу поняла, о чем он.
— Помню.
— Ты тогда попросила меня немного подождать.
— Да.
— Спасибо.
Она удивилась.
— За что?
— За то, что не дала мне сказать это слишком рано.
Она внимательно посмотрела на него.
— Почему?
— Потому что...
Он улыбнулся.
— Сейчас я понимаю, что тогда это были бы просто слова. А сегодня... Они уже имеют смысл.
У Миланы перехватило дыхание. Музыка закончилась. Зал зааплодировал. Они отступили друг от друга. Но продолжали смотреть в глаза. Будто забыли, где находятся. Именно в этот момент ведущий снова подошел к ним с микрофоном.
— Простите. Еще один вопрос.
Зал одобрительно загудел.
— За последний месяц вас несколько раз спрашивали, встречаетесь ли вы. И каждый раз вы отвечали одинаково. Но сейчас... После этого танца... Вы бы ответили так же?
Милана почувствовала, как сердце начинает колотиться. Ламин посмотрел сначала на ведущего. Потом... На нее. Он не стал отвечать сразу. Вместо этого очень спокойно спросил:
— Можно?
— Конечно.
Ламин повернулся к Милане. Не к журналистам. Не к гостям. Только к ней.
— Я хочу ответить честно. Но только если ты не против.
Она смотрела на него, почти не дыша. Потом едва заметно кивнула.
— Не против.
Он взял ее за руку. Совсем легко. И только после этого повернулся к ведущему.
— Нет. Мы пока не встречаемся.
По залу пробежал удивленный шепот. Но футболист продолжил.
— Потому что... Я еще не успел пригласить Милану стать моей девушкой.
В зале воцарилась абсолютная тишина. Милана широко раскрыла глаза. Она явно не ожидала услышать именно это. Ламин снова посмотрел только на нее. Его голос стал совсем тихим.
— И я не хочу делать это здесь. Перед камерами. Перед журналистами. Перед всеми.
Она чувствовала, как по щекам медленно разливается румянец. Он улыбнулся.
— Такая просьба должна звучать только для одного человека. И только тогда... Когда мы останемся вдвоем.
Несколько секунд никто не произносил ни слова. А потом весь зал взорвался аплодисментами. Фермин вскочил с места первым.
— Вот это мужчина!
Марк только закрыл лицо ладонью и рассмеялся.
— Наконец-то...

Позже, когда они уже выходили из отеля, на улице было прохладно. Ламин снял с себя пиджак и молча накинул его Милане на плечи.
— Спасибо.
Она подняла на него глаза.
— Ты ведь специально это сказал?
— Что именно?
— Что пригласишь меня... Не при всех.
Он кивнул.
— Конечно.
— Почему?
Он остановился. Несколько секунд молчал. А потом ответил так искренне, что у Миланы защемило сердце.
— Потому что момент, в котором ты станешь моей девушкой... Я хочу помнить всю жизнь. И хочу, чтобы в этом воспоминании были только ты... И я.
Она ничего не ответила. Только сделала шаг вперед. И впервые сама обняла его. Совсем ненадолго. Но этого короткого объятия оказалось достаточно, чтобы парень понял: Он выбрал правильный момент. И теперь оставалось сделать последний шаг.