Отблеск Созвездия

- Астер, признаёшься ли ты в своих злодеяниях?
Круглый зал находился под бескрайном небом, на котором пестрились мириады звёзд. Пространство вокруг Астера напоминало суд, а на троне восседал самый могущественный бог - Примиур. За спиной Верховного бога возвышалось множество созвездий. Ни один отблеск не походил на другой.
Высшие боги один за другим воплощались на своих местах. Перед молодым божеством предстали как человекоподобные существа, так и создания в самых разных оболочках.
Мгновенно осмотревшись, Астер повернулся к Верховному богу:
- О чём ты говоришь? Отец, какие злодеяния? Я ничего такого не совершал!
- Правда? - раздался гулкий голос Верховного бога. - Кто внушил королю Эйдора мысль о войне?
Астер ничего не сказал. Примиур продолжил:
- Кто наблюдал, как горят города, и называл это развлечением?
Астер молчал. Впервые за многие века он захотел провалиться сквозь землю. Слова застряли в горле, а взгляд отца давил сильнее любых оков. Серебристые волосы обрамляли суровое лицо Примиура, а глаза горели ярким голубым огнём.
- И это не всё, что ты натворил.
Он ждал ответа.
- Я виноват... - начал юный бог и, подняв взгляд, робко спросил. - Но разве я единственный, кто так делает?
Для него люди жили слишком мало. Смертные рождались и умирали быстрее, чем сменялись созвездия. Разве могло считаться преступлением то, что для богов выглядело мимолётной искрой?
В зале воцарилась тишина. Богиня справедливости Дикея стояла возле Примиура и оценивала то Астера, то Верховного бога, то остальных присутствующих. Высшие божества переглядывались.
Вдруг раздался женский смех.
- Однако, не находите, что вопрос заслуживает внимания? - поправляя золотистые волосы, заметила богиня знаний, - Чем действия бога войны отличаются от действий этого юного бога?
- Цинта, ты забываешься. - тут же ответил бог войны. - Война не возникает по моей прихоти. Я лишь направляю то, что уже зародилось в сердцах смертных.
Слова мужчины прозвучали чётко и уверенно. Цинта разочарованно выдохнула, а высокий широкоплечий бог продолжал стоять с невозмутимым видом.
- Пожалуй, я немного увлеклась. Строт, в твоих словах есть зерно истины, - отступила богиня.
Всё это время Верховный бог не сводил с сына тяжёлого взгляда
- Это абсолютно неважно, - холодно произнёс он, - К Астеру это не относится. Строт направляет уже существующие желания смертных. Астер же создал их сам.
- Почему? Люди сами мечтали о войне. Я лишь подтолкнул их к этому. Они приняли решение!
- Он виновен! - произнесла богиня жизни.
- Он всего лишь поступил так, как поступают многие из нас, - возразил бог войны.
- Именно поэтому мы здесь, - холодно ответила Дикея.
Когда Примиур поднялся с трона, созвездия за его спиной дрогнули. Никто из богов не произнёс ни слова.
- Я повторю: к Астеру это не относится. Он - не бог войны.
- Но я же... нечто большее. - произнёс Астер, когда аргументов больше не осталось, - Иметь такую силу, как у меня и не пользоваться ей - это злодеяние. И с ней я могу превзойти любого бога войны...
Юноша сразу понял, что не стоило ему говорить подобное. Тем более, он почувствовал зловещую ауру. Нетрудно было догадаться от кого. При внешней невозмутимости Главный бог войны едва сдерживал гнев.
- Теперь я вижу, что сила для тебя не более, чем развлечение, - Примиур потёр переносицу и, собравшись с мыслями, продолжил, - Можно ли после твоих слов считать тебя настоящим богом?
- Отец, я не это имел в виду.
- Довольно. Ты уже много чего наговорил!
Астер поджал губы и не осмелился перечить отцу.
- Суд уже вынес решение. Сейчас требуется лишь твоё признание. - провозгласил Примиур, и добавил: - Если ты не согласен, то тебя ждёт заточение.
На лице Дикеи впервые мелькнуло сомнение. Боги шептались и переглядывались.
- А если соглашусь? - тихо уточнил Астер.
- Тогда ты будешь устранён с Созвездия и отправишься в мир смертных, чтобы исправить тот беспорядок, который ты создал.
На мгновение Астеру показалось, что в глазах отца мелькнуло сожаление. Словно причина его изгнания была иной. Судорожно сжав край белого одеяния, Астер невольно процедил:
- Я... Отец, Верховный бог Примиур, я согласен. Я признаюсь, что именно я виноват в причинённом хаосе!
Суд был окончен, и воплощения богов начали исчезать одно за другим. Астер с отцом оказались вдвоём. Но звёздное небо оставалось прежним. Бог принял его слова, однако они не принесли ему ни утешения, ни радости. Лишь тяжёлый вздох нарушил его невозмутимость. Напоследок он сказал:
- Только учти, ты лишишься божественной сути и будешь жить как обычный человек. Столкнёшься с чувством голода, усталости и боли. И если ты умрёшь, то навсегда.
- Что? Но чем я такое заслужил? - вырвалось у юноши, - Это лучше, чем пребывать в заточении, но... не слишком ли жестоко. Почему ты отправляешь меня к смертным?
- Потому что ты их не понимаешь.
- И это повод лишать меня сил?
- Пока ты был богом, их жизни ничего для тебя не значили. Теперь проживи одну из них сам.
Верховный бог сощурился. Вместо того, чтобы что-то сказать, он протянул сыну сияющую сферу. Тот взял её, и она повисла над его ладонями.
- Что это? - машинально поинтересовался он.
- Это отблеск твоей звезды. Ты лишился своей божественной сути.
- На время?
- Навсегда, если не справишься. Пока ты был богом, ты смотрел на смертных сверху вниз. Теперь стань одним из них.
- Отец, как я узнаю, что справился? И что мне делать?
- Ты узнаешь. Исправь ошибки, которые ты совершил, и познай человеческую жизнь. Сфера подскажет.
Маленькая искра дрожала в ладонях Астера. Всё, что осталось от его божественной сущности. Астер поднял голубые глаза на Примиура. В них читалось недоумение и ужас. От подобного Верховный бог отвёл взгляд.
- Перед отправлением в мир смертных хочешь что-нибудь сказать?
- Я докажу, что смогу справиться.
- Да будет так, - вынес приговор Примиур.
Пол залился ослепительным светом, но через секунду раскололся под ногами Астера. Мир перевернулся. Созвездия начали удаляться. Он увидел светло-голубую звезду, которая начинала трескаться. Последнее, что он запомнил, - разноцветная вспышка и ощущение хаотичного движения. А потом наступила темнота.