Избранная для Малфоя

Вечером в гостиной Слизерина было почти пусто. Большинство уже ушли на ужин — слышно было только, как в камине потрескивает огонь, да вода за окнами тихо плещется о стёкла. Мила шла к выходу с Тео, болтая о том, что сегодня на ужин, наверное, будет что-то мясное, потому что в среду всегда подают мясное, и Тео усмехался и качал головой.

— Ты думаешь только о еде, — сказал он.

— А что мне ещё делать? — фыркнула Мила.

Они уже почти дошли до выхода, когда из мужской спальни вышел Драко. Он поправлял мантию на ходу, явно собираясь на ужин, и не сразу заметил их. А когда заметил — на секунду замер, и его лицо стало непроницаемым.

— Драко, — сказала Мила, и голос её прозвучал твёрже, чем она ожидала.

Она повернулась к Тео и тихо сказала:

— Иди, я догоню.

Тео перевёл взгляд с неё на Драко, понимающе кивнул и вышел из гостиной, оставляя их вдвоём.

Драко уже открыл рот, чтобы что-то сказать — наверняка что-то вроде «я спешу» или «мы поговорим позже», — но Мила не дала ему и слова вымолвить. Она подошла к нему и заговорила быстро, напористо, как будто боялась, что если остановится, то не сможет сказать ничего.

— Я не получала твоих писем всё лето. Я не получала писем ни от кого. Я думала, что вы все отвернулись от меня. Я писала тебе каждую неделю, но ответа не было. А потом, в июле, ко мне пришёл эльф. Он сказал, что в Хогвартсе опасно и что я должна остаться дома. Он перехватывал все письма. И те, что я отправляла, и те, что шли ко мне. Я пыталась отобрать их, но он исчез. И когда ты в Косом переулке набросился на меня... я хотела всё объяснить, но ты не дал мне сказать ни слова. Ты развернулся и ушёл.

Драко смотрел на неё, не перебивая. Его лицо было напряжённым, но в глазах мелькнуло что-то — не то удивление, не то облегчение.

— Я скучала по тебе, — сказала Мила, и голос её чуть дрогнул. — Я скучала по Тео и Блейзу, да, но по тебе — особенно. А ты думал, что я тебя игнорирую. Но это не так.

Она замолчала, переводя дыхание. В гостиной было тихо — только огонь в камине и вода за окнами.

Драко смотрел на неё, и в его взгляде больше не было холода. Только растерянность.

— Я знаю, — сказал он наконец, и голос его звучал глухо. — Тео и Блейз мне рассказали. Они сказали, что эльф перехватывал письма. Я просто... не знал, как подойти к тебе после всего.

— Ты мог бы просто подойти и сказать, — ответила Мила. — Я не кусаюсь.

Драко усмехнулся — криво, неловко.

— Я был идиотом, — сказал он. — Я знаю.

Он помолчал, а затем, глядя ей прямо в глаза, сказал:

— Прости.

Мила смотрела на него. В его голосе не было прежней холодности, только искренность, которую он так редко позволял себе показывать.

— Прощаю, — сказала она, и на её губах появилась лёгкая улыбка.

А потом Драко шагнул вперёд и обнял её. Крепко, почти по-родственному, как будто боялся, что если отпустит, то она снова исчезнет.

Мила замерла на мгновение, а потом обняла его в ответ.

— Если ты ещё раз так сделаешь, — сказала она в его плечо, — я тебя убью.

— Я запомню, — ответил он, и в голосе его слышалась улыбка.

Они вышли из гостиной и направились к Большому залу. Коридоры были почти пусты — только редкие ученики уже возвращались с ужина. Мила и Драко шли молча, но молчание было тёплым, а не напряжённым.

И вдруг Мила услышала голос.

Он был тихим, шипящим, будто шёл из самих стен.

«...чувствую кровь... убить...»

Она остановилась, прислушиваясь.

— Ты чего? — спросил Драко, оборачиваясь.

— Ты слышал? — спросила она, и голос её дрогнул.

— Что?

— Голос — Мила оглянулась по сторонам, но коридор был пуст.

Драко нахмурился. Он посмотрел на неё с беспокойством.

— Я ничего не слышал, — сказал он. — Мила, может быть, ты просто устала? День был тяжёлый, да и...

— Нет, — перебила она, и голос её стал твёрже. — Я слышала. Точно.

Голос раздался снова, громче, ближе.

«...убить... время пришло...»

— Он идёт отсюда, — сказала Мила и, не дожидаясь ответа, пошла в сторону звука.

— Мила, стой! — крикнул Драко, но она уже почти бежала по коридору. Он чертыхнулся и побежал за ней.

Она свернула за угол, потом ещё раз, и вдруг остановилась.

Перед ними, в тусклом свете факелов, стояли Гарри, Рон и Гермиона. Они застыли у стены, глядя на неё с ужасом. А на стене, прямо над их головами, алела надпись, нанесённая чем-то тёмным и липким — кровью.

«Тайная комната открыта. Враги наследника, берегитесь».

А чуть ниже, на факеле, висела миссис Норрис. Она не двигалась. Её глаза были стеклянными, а тело казалось неестественно жёстким.

— Боже... — прошептала Мила, чувствуя, как её сердце ухнуло в пятки.

Драко остановился рядом с ней. Он смотрел на надпись, на кошку, на Гарри и его друзей, и его лицо побелело.

— Что здесь произошло? — выдохнул он, но никто не ответил.

В этот момент из-за поворота послышались голоса. Ученики, которые возвращались с ужина, начали собираться в коридоре. Кто-то ахнул, кто-то вскрикнул, и через мгновение над их голосами раздался пронзительный вопль:

— МИССИС НОРРИС! МОЯ КОШКА!

Филч появился из толпы, пробиваясь сквозь учеников. Его лицо было перекошено от ярости. Он подбежал к кошке, протянул к ней руки, но не дотронулся. Вместо этого он обернулся и уставился на Гарри и Милу.

— Ты! — закричал он, тыча пальцем в Гарри. — И ты! — он перевёл взгляд на Милу. — Это вы! Это вы сделали! Вы убили её!

— Мы не убивали! — выпалил Гарри, но Филч его уже не слушал.

Он схватил их обоих за мантии, потянул к себе, его лицо было красным от злости.

— Я сам убью вас за это! Своими руками! Вы ответите!

— Аргус, — раздался спокойный голос, и Филч замер.

Дамблдор стоял в дверях, за ним — МакГонагалл, Снейп и Локхарт. Его лицо было серьёзным, но голос звучал ровно и властно.

— Отпустите их, — сказал он. — Миссис Норрис не мертва.

— Что? — Филч обернулся к нему. — Но она же...

— Она окаменела, — сказал Дамблдор, подходя ближе. — Скорее всего, это магия. Она жива.

Филч отпустил Гарри и Милу и отступил назад, его лицо всё ещё было искажено от гнева и боли.

В этот момент Снейп шагнул вперёд. Его взгляд прошёлся по Гарри, Рону и Гермионе, потом остановился на Миле и Драко.

— Мистер Поттер, мисс Грейнджер и мистер Уизли, — медленно сказал он, — вы, я полагаю, можете объяснить, почему вы оказались здесь?

Гарри открыл рот, но не успел сказать ни слова.

— Поттер отбывал наказание у меня, — раздался голос Локхарта, который, как всегда, лучился самодовольством. — Он помогал мне с ответами на письма. Задержался дольше, чем планировалось. Я подписывал каждое письмо своей фотографией, вы знаете, это занимает немало времени...

Снейп перевёл взгляд на Милу.

— А вы, мисс Брейн? — спросил он, и в его голосе не было злости — только холодное любопытство.

— Мы с Драко заговорились в гостиной, — сказала Мила, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Мы вышли позже всех. И когда шли на ужин, услышали шум. Мы просто оказались здесь.

Снейп посмотрел на неё долгим взглядом, а затем перевёл взгляд на Дамблдора.

— Они не были на ужине, — сказал он. — Но у всех есть объяснения.

— И более чем убедительные, — кивнул Дамблдор. — Я думаю, мы можем отпустить их.

Филч хотел что-то сказать, но Дамблдор остановил его жестом.

— Мы разберёмся с этим, Аргус. Я обещаю.

Гарри и Мила переглянулись. В их взглядах было одно и то же — страх, растерянность и вопрос, который они не могли задать вслух.

«Что это было?»

Ученики начали расходиться, возвращаясь в свои гостиные. Мила стояла рядом с Драко, глядя, как учителя подходят к кошке.

— Это ужасно, — тихо сказал Драко. — Кто мог такое сделать?

Мила покачала головой, не зная, что ответить.

В её голове всё ещё звучал голос. Шипящий, холодный, полный ненависти.

«...убить... чувствую кровь...»

Она посмотрела на свою левую ладонь. Шрам не болел, но на неё вдруг нахлынула странная тяжесть, будто что-то внутри неё знало ответ.

Но она не знала, что это.

Они пошли вниз, к подземельям. Драко молчал, но Мила чувствовала, что он тоже взволнован.

— Ты в порядке? — спросил он, когда они уже подходили к гостиной.

— Нет, — честно ответила Мила. — Но я справлюсь.

Драко хотел что-то сказать, но промолчал. Когда они уже почти зашли в гостиную, он остановился и сказал:

— Мила... ты слышала что-то? В коридоре?

Она посмотрела на него, и в её глазах был ответ.

— Голос, — сказала она. — Я слышала голос. И он сказал, что хочет убивать.

Драко смотрел на неё, и в его взгляде было что-то, чего она не видела раньше — не холод, не высокомерие, а беспокойство.

— Если тебе что-то понадобится, — сказал он, — ты.. ну, в общем, общайся ко мне.

Мила кивнула, и на её губах появилась слабая улыбка.

— Знаю.

Они разошлись по спальням, и Мила легла в кровать, глядя в потолок.

Голос не возвращался.

Но она знала, что это ещё не конец.