За твоим сердцем.|| For your heart

Я лежала на кровати. Слезы текли без остановки.

Его выдать я не смогла. И не смогу наверное.

Наблюдать как он сидит под дождем, в одной футболке с цветами, лишь бы я открыла дверь, было мучением.

Сердце колотилось где-то в горле.

Я вышла на кухню, что выпить успокоительное, как делала всегда.

Но в этот раз эффекта не было.

Чёрт.

Я снова посмотрела в окно он сидел там. Он не поднимал головы.

Его сгорбленная фигура казалась совсем беспомощной под проливным ливнем. Промокшая насквозь футболка липла к телу, а намокшие букетные стебли лилий сжались в его кулаке. Он замерзал прямо у меня на глазах, но жестоко отказывался уходить.
И наказать его за всё, что он сделал, я тоже была не в силах. Внутри меня шёл страшный бой между долгом офицера и разрывающим грудь чувством к человеку, который стал для меня всем.
Я схватила со стула тёплый плед и спустилась вниз, едва дыша от душащих слёз.
Когда тяжелая подъездная дверь отворилась, Хёнджин вздрогнул и медленно поднял голову. В его глазах, темных от усталости и холодного дождя, вспыхнула слабая, отчаянная надежда. Он попытался подняться на ноги, но дрожащие от холода колени едва не подвели его.

- Элизабет... - тихий, осипший голос потонул в шуме капель.

Я подошла ближе, чувствуя, как ледяной ветер пробирает до костей, и накинула плед на его широкие, дрожащие плечи. Мои руки невольно коснулись его мокрого лица, и он тут же прижался щекой к моей ладони, зажмурившись с тихим, болезненным стоном.

- Зачем ты это делаешь? - с болью и отчаянием шепнула я, глотая слёзы. - Зачем ты мучаешь и себя, и меня? Ты же знаешь, что я не могу просто всё забыть...

- Я не прошу тебя забыть, ангел, - он перехватил мою руку и прижал её к своим губам, обжигая горячим дыханием. - И не прошу прощать прямо сейчас. Но я не уеду. Я буду рядом, даже если ты будешь презирать меня каждыми секундами своей жизни. Только не прогоняй меня окончательно.

Я смотрела в его искренние, полные муки глаза и понимала: как бы сильно я ни пыталась возненавидеть Хван Хёнджина, моё сердце всё равно принадлежало ему.

- идём... Ты замёрз. - я встала, голова дала кульбит.

Я замерла на полпути, и он это заметил.
Земля под ногами качнулась, а перед глазами на секунду вспыхнули тёмные круги. Я схватилась пальцами за холодную стену подъезда, чтобы удержать равновесие и не пошатнуться. Сознание я не потеряла, но от стресса, слез и ледяного ветра ноги стали абсолютно ватными.

Хёнджин среагировал мгновенно.
Забыв про собственную дрожь и онемевшие от холода конечности, он за секунду оказался рядом. В его движениях не было ни капли колебания: он подхватил меня под ноги и спину, легко и бережно поднимая на руки, как хрупкую драгоценность. Плед, который я принесла, он укутал вокруг моих плеч, защищая от проливного дождя.

- Хён, я сама... Я могу идти, - слабо прошептала я, уткнувшись носом в его ледяную, промокшую насквозь шею.

- Тихо, ангел, - его голос звучал низко, с глубокой, трепетной нежностью. - Ты еле держишься на ногах. Я занесу тебя наверх.

Он уверенно шагнул в тёплый подъезд, крепко прижимая меня к своей груди. Я слышала, как бешено и часто стучит его сердце - так же неровно, как и моё. Несмотря на весь ужас откровений и пропасть, возникшую между нами, в его руках я всё ещё ощущала себя в абсолютной безопасности.

Хёнджин поднялся по лестнице на наш этаж, не произнося больше ни слова, будто боялся разрушить этот хрупкий миг. У двери квартиры он дождался, пока я достану из кармана ключи и неслушающимися пальцами поверну замочную скважину.

Втолкнув дверь плечом, он занес меня в тёплую прихожую и осторожно опустил на мягкий пуф, тут же опустившись передо мной на колени, чтобы расстегнуть мои мокрые ботинки.
- я пошла спать, а ты можешь лечь на диване.

Я все ещё не до конца не простила его. Я не могла видеть его у себя на кровати. Просто не могла. Без всяких веских причин.

- хорошо.
Он не стал спорить, дождался пока я уйду и лег на диван.

***
Утром, проснувшись, я не увидела его. Возможно он ушел.
На кухне, стоял завтрак, панкейки и капучино. Я больше не пила экспрессо и он это прекрасно знал.
И записка.

"Даже если ты меня не простила. Я буду рядом."

Эта записка заставила меня улыбнуться.

Вдруг стук...