Клан Паков: Будни убойного отдела.

Минхо с уважением посмотрел на блондинку и солидно кивнул:
— Уважаю. Настоящая королева нашего клана.

— Еще бы, — подхватил Чонгук, откидываясь на спинку стула и довольно потирая сытый желудок. — Её в стародавние времена даже некоторые короли до смерти боялись. Да они вообще, сколько я их помню, всегда были той самой тройкой, перед которой трепетали целые земли. Но при этом их безумно уважали. Помните, как Розе постоянно грабила зажравшихся феодалов и раздавала серебро голодающим беднякам? Чистый Робин Гуд, только с клыками.

Розе лишь весело отмахнулась от хвалебных од парней, хотя в её глазах промелькнула приятная ностальгия:
— Ладно вам, засыпали комплиментами. Серебро беднякам — это было весело, да и золото у королей было чересчур тяжёлым для моих карманов. А теперь — марш спать, «детишки». Завтра у всех тяжёлый день.

____________________________

Минхо, Тэхён и Чонгук дружно улыбнулись, хором сказали сестре «спасибо!» за шикарный ужин и сытыми, довольными котами побрели к своим комнатам.

На опустевшей кухне остались только тройняшки Паки. Юнги и Чимин сидели молча, но их взгляды, устремлённые на Розе, были красноречивее любых слов. Блондинка посмотрела на братьев, понимающе усмехнулась и скрестила руки на груди:
— Так, ну если я вас верно понимаю, то вы хотите, как в старые добрые времена, поспать все вместе? Не вопрос, мальчики, вообще не вопрос. Только марш к себе — помойтесь хорошенько после тяжёлого дня, а потом приходите ко мне в комнату.

Братья буквально просияли. Спустя полчаса, чистые и переодевшиеся в домашнюю одежду, они тихо скользнули в спальню к сестре. Втроём они улеглись на большую кровать. Розе, как и положено старшей, оказалась в самом центре, а близнецы уютно устроились по бокам, собственнически обняв её.

В комнате воцарился полумрак. Вскоре размеренное дыхание Розе подсказало, что она крепко уснула. Но Юнги и Чимину не спалось. Они лежали, бережно, едва касаясь, перебирая пальцами её идеально прямые шелковистые светлые волосы, и тихо, едва слышным шёпотом вели свой ночной разговор.

— Как же нам всё-таки повезло, Чим, — едва различимо прошептал Юнги, глядя на умиротворённое лицо сестры. — Сколько веков прошло, сколько империй рухнуло, а она остаётся всё такой же. Нашей Розе.
— Ага, — так же тихо отозвался Чимин, бережно поправляя одеяло на её плече. — Я иногда думаю... если бы не она, мы бы с тобой точно одичали и превратились в безжалостных монстров ещё тысячу лет назад. Она — наш якорь. Столько заботы в ней, столько тепла... Она ведь и готовит на весь этот сумасшедший отдел, и за наши косяки перед начальством отдувается, и таблетки эти вечно нам суёт, как маленьким.
— И при этом, если надо, за нас любого в порошок сотрёт, — слабо улыбнулся Юнги, вспоминая Средневековье. — Самая лучшая старшая сестра в мире. Человечество и близко не понимает, какое сокровище работает с ними в одном здании.

Чимин тихонько хмыкнул, утыкаясь носом в плечо сестры, и закрыл глаза:
— Пусть только попробует эта новенькая завтра снова вякнуть что-то против неё. Я ей устрою такую весёлую жизнь, что она сама из полиции за секунду уволится...

Убаюканные тихим шёпотом и родным запахом, братья наконец уснули, охраняя покой своей любимой сестры до самого рассвета.