Обджектеальная месть (Альтернативный лор/АУ)

❗Предупреждение: убираем родителей от экрана, резня и гейская параша в наличии, не в подробностях, но всё же❗

Скоро, очень скоро должно начаться исключение. Все ходили по окрестностям поляны и искали Кнайфа. Краткий и Ёшка стояли посреди неё возле доски с результатами и болтали так увлечённо и отстранённо от реальности, будто происходящее их никак не касается.

«Ну вот где ты мог её просрать?!» время от времени повторял Краткий, после этой фразы Ёшка сначала делал виноватую моську, а потом и ему надоело возвращаться этой теме, тогда он ответил: «Если бы я знал, этого вопроса было бы!». Кнайф, которого повсюду искали, тем временем, сидел всё в тех же кустах, с помощью магии сделав себя невидимым и ждал подходящего момента. По его задумке нужно было схватить И Краткого по отдельности, но он даже не думал отлепляться от сиреневого. Обджекты скрылись далеко за пределы видимости. Со-хост (не забываем, что это теперь Малиновка) сел на пол с угрюмой миной - он очень переживал из-за пропажи палочки. Собеседник, чтобы приободрить, чмокнул его сбоку, а, когда тот смущённо повернулся, затянул в долгий поцелуй. Не кайфовал в этот момент только Кнайф, еле сдерживая рвотные позывы от увиденного, ведь надо терпеливо ждать, и случайно раскачал ветки, так одна из них ещё и громко хрустнула. Малиновый подорвался проверять источник шума и отошёл от друга на другой край поляны. Вот шанс для Кнайфа, а он уже тут как тут. Один взмах палочки - и буква схвачен, второй - и он за миллионы километров от того, с кем только что страстно сосался, на другой планете, а может и в соседней вселенной, в просторном и тёмном, хоть глаз выколи, каком-то неизвестном месте. Краткий заорал, мол это что за беспредел, но никто, кроме ножа, его не услышал. Попытки вырваться тоже были безуспешны, он чувствовал, что связан и решил не использовать последние капли оставшейся магии, ведь даже пошевелиться было трудновато. Букве стало страшно, даже не из-за того, что только что произошло, а из-за первобытного страха неизвестности, полной дизориентированности, он замолчал, уставившись в одну точку и ждал, пока глаза привыкнут к темноте.

Ёшка на поляне сначала сидел с минуту в растерянности, потом произнёс в пространство: «Ты что, обиделся?», никто не ответил. Участники в скором времени собрались там же и ждали только объявления испытания.

.....

— Что тут, чёрт возьми, происходит? - тихо спросил Краткий, ещё больше съёживаясь от страха.

Из темноты рядом донёсся голос

— Что, Малиновка, допрыгался?

Страх мгновенно исчез

— Кнайф, ТЫ?! И как это понимать?

Предмет, прикидывая, как бы дополнительно обезопасить себя, наколдовал болгарку, спрятал за спиной, и начал «Есть разговор к тебе». Его перебили:

— С отбросами не разговариваю. - и симболар растянулся в горделивой улыбочке.

— Ты хоть понимаешь, в каком сейчас положении?! Или мозги в другой временной линии остались? Я не на чай тебя позвал, так что либо ты выполняешь мои требования либо...

— Либо что? Заплачешь?

Нож выхватил из-за спины болгарку и приставил к "телу" заложника.

— Итак, приступим. Для начала воскреси всех исключённых

— Как? Магии-то нет почти!

Тринадцатого не покидало чувство, что его пытаются обвести вокруг пальца.

— А много и не надо, хватит того, что осталось у тебя. - парировал тот и включил болгарку.

Перед обоими появились Пикчер, Клеви, Нансенсу и Курасан, а точнее их тела. Безжизненные предметы. Он СУКА ВСЁ РАВНО продолжает издеваться!

— Я сказал «воскреси»

— Они живее всех живых и, кстати, прекрасно слышат твои беспомощные причитания))). Ехидная ухмылка ни на секунду не спадала с лица.

Кнайф полоснул инструментом по чёрточке для йотирования, мягкие ткани послушно разошлись под лезвием, словно масло. Троллфейс Краткого задрожал.

Пора бы уже побояться Бога, а тот сморозил: «Ой, папочка зоооол~~~~~»

Это нисколько не задело Кнайфа, ведь эти высеры - единственное, чем

сейчас может насолить ему враг, наконец-то он может покромсать его, не преследуя никакой цели, просто из мести. Когда над "головой" плоско-глазого практически ничего не осталось, а всё остальное смутно напоминало мясную нарезку нож заметил, что тот не просто не орёт и корчится от боли, а вообще застыл в одной позе, устремив немигающий взгляд в темноту. Неужели сдох?

«Блеск, теперь он впал в анабиоз, как, когда Стёрка собрала всех за столом, чтобы предложить свой ультиматум, и, естественно, не чувствует боли», подумал Кнайф. Дальнейшее насилие, ранее единственный рычаг давления, было бесполезно! Незримый медный таз медленно и неминуемо опускался над его "грандиозным" планом.

Тем временем на Арматуре уже провели исключение, которому подверглась Чашечка, по-прежнему не досчитались Кнайфа и решили смириться с этой "великой" потерей и начать уже испытание. Ёшка долго мялся и понятия не имел, что делать, жизнь его к такому не готовила.

— Сегодняшнее испытание будет... будет... сегодняшнее испытание будет найти Кнайфа! И быстро-быстро протараторил: «Команда, которая первым найдёт его, победит и будет освобождена от исключения, три, два, один, поехали!» и изобразил на своём лице на грани того, чтоб зарыдать, настолько жизнерадостную, но натянутую улыбку, что остальные без слов поняли, что какие-либо вопросы сейчас излишни и разошлись. В тех же кустах появился Кнайф, он недавно надоумился вытянуть из малиновой палочки всю магию, но на всякий случай прихватил её с собой. Осталось проделать то же самое сиреневой палочкой Ёшки. Он очень не хотел этого делать, но придётся втягивать в свои распри и его в качестве пресловутого рычага давления. Подойдя к букве, серый заметил желаемое.

Нужно просто приложить руку и.... Палочка засветилась яркой вспышкой и отбросила обоих в разные стороны. Не теряя времени, Кнайф подбежал, приложил руку к ней и

лиловые, еле видные струйки потекли по руке. Процесс успел закончиться в последнюю секунду, когда подбежал владелец данного орудия и поднял его с земли. Теперь это и правда «просто пластмассовая безделушка». Но просто взять и заставить этого солнечного мальчика повторить судьбу Краткого было бы аморально, нужно хотя бы поговорить сначала. Кнайф залетел за кусты, сделался видимым и вышел из-за них, как будто ничего и не было. Ё сразу заметил его и собирался что-то сказать, но был остановлен приложенным к его рту пальцем.

— Не зови никого пожалуйста, надо поговорить - серьёзно произнёс Кнайф.

Под ними появились фиолетовые в звёздочках пуфики, угадайте чьи, и Ё с интересом спросил:

— Что случилось?

— Нога с тапком разлучилась Да вот хотел задать пару очень волнующих меня воросов... После шестого испытания ты пытался лечить Лампчку?

— Да, пытался найти материалы по этому поводу...

— Где найти?

— Ой, да не важно, всё равно ни книги про обджектов не нашлось. Удивительно, что такой интересной темой занимается только Краткий!

— Хорошо. Раз уж ты теперь хост, не думаешь, что делать тело обджекта его тюрьмой на долгие месяцы в качестве исключения как-то жестоко? Может стоит смягчить это правило?

— Боюсь, что нет! Понимаю, что вы всегда хотите большего, дорогуша, но это я изменить не в силах!

— Что?! Почему?

— Ещё вопросы?

Атмосфера в противовес пуфикам, в котором конечности ножа утопали, становилась всё напряжённее. Скрывая раздражение, тот с трудом встал

— То есть ты не знаешь, как вылечить Лампчку и природу её болезни?

— Понятия не имею!

Тринадцатый дал ему шанс на мирное сотрудничество, который использован не был, значит переходим к плану Б. Он щёлкнул пальцами и переместил обоих туда, где подыхал Краткий.

— Ну всё сука, теперь ты у меня заговоришь! - Обратился Кнайф к Малиновке, а потом заметил, что на том не осталось и следа от недавней резни, как новенький просто! Эта хитрость окончательно взбесила Кнайфа, он включил пресловутую болгарку и занёс над Ёшкой. Тот благодаря паре махинаций серого не мог ни говорить, ни пошевелиться, только беззвучно плакал.

Краткий заорал: «ПРЕКРАТИ БЫСТРО, ТЫ У МЕНЯ ЩАС НЕ ОПИЛКИ, А БЕНЗИН С КИШКАМИ СОБСТВЕННЫМИ ЖРАТЬ БУДЕШЬ!!!», но кто его, собственно, спрашивал.

«Так и знал, что это сработает!» - усмехнулся предмет

— Твои требования?

— Всё те же, шоумэн хренов, исключённых в первозданном виде и Лампчку живую-здоровую сюда рядом со мной и я подумаю.

Первое было сразу выполнено, ребята открыли глаза и удивлённо озирались по сторонам. Затем перед ними появилась Лампчка

Й сказал: «Сделай дыру в стекле на ней.» серый аккуратно вырезал небольшую пробоину, а симболар продолжил:

«Эн, вылези на секунду пожалуйста, позарез надо!», а в ответ услышал:

— Пошёл нахер

— Я тебе ещё раз объясняю, что тут ппц происходит, если ты щас не вылезешь, нам обоим крышка!

Вдруг Лампчка перестала извиваться а конвульсиях и обездвиженно упала, в следующее мгновение преспокойно поднялась и сказала не своим голосом:

— А я тебе ещё раз объясняю, что не собираюсь отдавать своё новое тело, только что контроль нормальный получил.

Ноги Кнайфа подкосились, в глазах потемнело, он зашатался

Й: — раз уж ты здесь, распутай меня пожалуйста, тут надо кое-кому его законное место показать

Н: — И как это тебя, сверх-существо, угораздило оказаться в таком унизительном положении! Я сильно разочарован в тебе, покойся здесь с миром. В каком мы кстати сейчас измерении?

Ёшку Эн не заметил.

Пока шёл этот пафосный(нет) диалог, Кнайф собрался с духом и пальнул из руки в создание в теле Лампчки, оно увернулось и пропало.

Доведённый до психоза нож выстрелил в Ёшку рукой, порвав ему одну диерезицу, потом второй раз, задев бок, тонкие руки дрожали, да и он уже не разбирал, куда стрелять.

Прода кароче вышла