Когда музыка молчит

В какой‑то момент толпа зашумела — концерт наконец начался. Ан не отличалась особой открытостью и не любила танцевать на публике, поэтому её движения были сдержанными и минимальными, в отличие от раскрепощённой Софии. Та двигалась свободно — возможно, из‑за пары коктейлей, а может, просто по натуре была такой. Ан снимала на телефон отдельные песни и иногда — Софию, которая этого требовала.

Перед финальной песней прозвучала новинка — та самая, текст которой Ан уже знала практически наизусть. Группа играла её под «минус»: они не успели как следует отрепетировать, потому что песня вышла уже во время тура. Вокалист пел, а музыканты просто сидели, глядя в зал; кто‑то из публики подпевал.

Ан вдруг почувствовала на себе чей‑то взгляд и не сразу поняла, что он идёт со сцены. Она посмотрела на гитариста Илью — и действительно, он смотрел в зал и иногда щурился, будто всматриваясь. Но она не страдала синдромом главного героя и прекрасно понимала, что со сцены в свете софитов зал практически не видно, поэтому не придала этому особого значения. Илья что‑то записал на столике, где стоял ноутбук.

«Откуда у него там ручка и зачем? — подумала Ан. — Хотя, может, поймал вдохновение в моменте и решил что‑то записать. Наверное, все музыканты так делают».

Пока она размышляла, Илья подозвал к себе контентщика, который всё это время бегал то по сцене, то по залу, снимая видео. Тот подошёл, получил от Ильи какую‑то бумагу и инструкции на ухо, после чего снова ушёл снимать.

Ан стояла возле стены и в этот момент отвлеклась на Софию. Когда она повернулась обратно к сцене, перед ней возник силуэт мужчины. Он протянул ей руку, в которой была записка.

Ан удивлённо посмотрела на него:

— Это мне?

Её голос прозвучал слишком тихо, и мужчина не расслышал. Он наклонился к её уху и отчётливо произнёс:

— Это от Ильи.

После этого он ушёл дальше снимать видео.

Ан несколько секунд стояла, не решаясь открыть записку. Она посмотрела на Илью удивлёнными глазами и даже указала на себя пальцем, словно уточняя, точно ли он хотел передать послание ей. Она не была уверена, что он ответит: всё ещё казалось, что музыканты со сцены не видят зал. К её ещё большему удивлению, Илья кивнул, подтверждая, что записка предназначена именно ей.

София не заметила всей этой сцены: она обняла Ан сзади и прошептала на ухо, что они с Александром ненадолго отойдут. Ан проводила их взглядом, пока они не скрылись из виду, а затем открыла записку. В ней было написано: «Подожди меня у заднего входа клуба». Она медленно кивнула в сторону сцены, показывая, что согласна. Илья не улыбнулся, но ей показалось, что тоже кивнул в ответ.

После концерта за Ан должны были заехать друзья, но она написала подруге о сложившейся ситуации и попросила не приезжать. Подруга удивилась и немного забеспокоилась, но согласилась.

Группа закончила выступление и, попрощавшись, ушла со сцены. Новые знакомые Ан направились к выходу, и она пошла за ними. София хотела прогуляться по парку рядом, и Александр не стал возражать. У выхода они попрощались.

— За мной скоро приедут друзья, — соврала Ан, чтобы не идти с ними.

— Их двое? Муж с женой? А ты как к ним? Тройничок? Одобряю! Тогда пока, — пошутила София, которая уже тяжело формулировала мысли из-за алкоголя.

— Увидимся на следующем концерте, — сказал Александр, и они ушли в сторону парка.

Ан свернула за угол клуба и оказалась на небольшой парковке. Она не знала точно, где находится задний вход в клуб, поэтому просто немного прошлась и остановилась возле микроавтобуса — рядом как раз была дверь. Ждать пришлось недолго — всего минут пять. Почти все люди уже разошлись, но вдруг послышались восторженные крики. Ан предположила, что группа вышла с другой стороны и она неправильно определила, где именно находится «задний вход».

Она шагнула в сторону криков, но в этот момент дверь распахнулась, и из неё вышли солист и два гитариста. Илья остановился рядом с Ан будто она всегда ждала его в этом месте после концертов — в её мыслях на миг мелькнула эта странная, почти нереальная мысль.

— Так ты всё же пришла, — сказал он спокойным голосом. Остальные участники группы прошли к микроавтобусу, не обращая на них внимания.

— А я не должна была? — на секунду Ан засомневалась и даже подумала, что над ней просто пошутили.

— Мало ли, вдруг испугаешься, — ответил Илья и отдал сумки помощнику, который занимался погрузкой.

В этот момент к микроавтобусу подошёл барабанщик, который вышел через главный вход под восторженные крики публики.

— О, Илюх, тебя что, тут фанатка поджидала? — засмеялся он.

— Я сам её позвал, — огрызнулся Илья.

— Красивая, — оценивающе посмотрел на Ан барабанщик.

— Извините, я, наверное, вас задерживаю, — смущённо сказала Ан под его пристальным взглядом.

— Вежливая, — снова прокомментировал барабанщик, передавая сумки помощнику.

Тут Ярик кинул Илье ключи от машины:

— Мы уезжаем через три часа. Будь у входа в гостиницу через два.

Он строго посмотрел на Илью и сел в автобус.

— А где находится гостиница? — спросила Ан у барабанщика, провожая взглядом солиста.

— «Мариотт» знаешь? — ответил тот, а потом, будто спохватившись, уточнил: — А зачем тебе?

— «Мариотт»… Отсюда ехать минут 20–30, сейчас нет пробок. Значит, у меня всего полтора часа, а не два, — рассуждала вслух Ан, машинально прикидывая маршруты и тайминги, словно уже вела невидимый тур‑график.

— И заботливая! — барабанщик хмыкнул и, слегка понизив голос, будто делился с Ильей секретом, добавил с ироничной ухмылкой: — Если возьмёшь её в жёны, она тебе не просто помощницей станет — будет твоим личным организатором: сама всё рассчитает, проследит, чтобы нигде не опоздали, ещё и кофе по дороге купит.

— Вы слишком плохо меня знаете и делаете поверхностные выводы, — улыбнулась она барабанщику.

— О! И скромная! Уверен, в ней есть искорка. Мне нравится! — одобрительно хмыкнул он.

— А я и не для тебя выбирал. Вали уже, — рыкнул на него Илья. Всё это время он не сводил глаз с Ан.

Группа села в автобус и уехала. Илья и Ан остались за клубом.

— Как тебя зовут? — уточнил Илья, чуть наклоняясь к ней.

— Ан, — произнесла она еле слышно, будто её имя было секретом.

Илья наклонился к ней ещё ниже:

— Как? Я после концерта плохо слышу или ты действительно так шепчешь?

— Ан, — повторила она чуть громче, но сделала шаг назад.

Илья выпрямился:

— Интересное имя. Короткое, но какое-то особенное. Или это сокращение от чего-то более эпического?

— Можно и так сказать, — улыбнулась она. — Но давайте без эпика. Просто Ан.

— А я Илья. Можно просто Илья, без всяких там «великий господин гитарист» и прочего.

— А кто вас так называет? — заинтересованно спросила она.

— Да так, пошутил. Хотя знаете, некоторые фанаты реально пытаются. Особенно когда просят автограф. А если настаивают, то просто подписываюсь «С уважением, господин Гитарист». Они потом такие серьёзные фото в инсту выкладывают, а я потом в комментах ржу.

Илья вдруг спросил:

— Слушай, а ты вообще откуда? В смысле, откуда ты так хорошо знаешь наш материал?

— Из интернета, — просто ответила она. — Слушаю иногда.

— Иногда? — усмехнулся он. — Да у тебя, похоже, все наши треки в плейлисте.

— Ну... может быть, — призналась она. — Но я не фанатка, правда. Просто нравится музыка. Да и откуда вы знаете? Со сцены же не видно, каждому ли треку я подпевала.

— Видно. Тебя было видно из всей толпы. Просто стояла, слушала. Не кричала, не пыталась дотронуться. А ещё... — он замялся, будто решая, стоит ли говорить.

— Что? — настороженно спросила она.

— Твой кулон. Он так красиво переливался в свете софитов. Я не мог не заметить.

Ан машинально потрогала украшение на шее:

— Просто камень. Ничего особенного.

Илья решил разрядить обстановку ироничным замечанием:

— Конечно. Тебя же не слепил этот камень полконцерта, как самый яркий прожектор.

Ан смутилась и закрыла кулон рубашкой, скрестив руки на груди:

— Извините, я не знала...

— Расслабься. Я шучу. Где тут хороший ресторан? Куда поедем?

— Обязательно прямо в ресторан? — смутилась Ан. — Может, просто погуляем где‑нибудь — в парке или на набережной, с кофе? — Она тут же одёрнула себя и поспешила оправдаться: — Хотя… какой парк? Вас, наверное, узнают, спокойно не поговоришь. Да и после концерта, скорее всего, сил ни на что не останется.

— Без солиста не так часто узнают, как тебе кажется. И я не устал: концерт мы играли сидя. Но я думал, девушки любят рестораны, а не парки, — удивился он.

— В ресторанах обычно слишком пафосная атмосфера. Мне нравится там бывать, но только когда настроение подходящее. Да и музыка там обычно такая, что толком не поговоришь, — вздохнула Ан, мысленно перебирая другие варианты поблизости.

— Хорошо, поедем туда, куда скажешь. Всё‑таки это твой город, — Илья подошёл на шаг ближе, чуть сократив дистанцию. Ан смутилась и невольно отступила на шаг.

— Думаю, набережная подойдёт. Там не слишком ярко, и это недалеко от центра, где находится ваша гостиница.

— Боишься меня? — он резко сократил расстояние между ними до минимума. Ан не успела среагировать и застыла, смущённо опустив глаза. Ее руки опустились вниз, рубашка раскрылась обнажая декольте топа.

— Нет, но я не понимаю, почему из всех Вы выбрали меня для вечерней прогулки.

Илья мягко взял её за подбородок и приподнял лицо, чтобы она смотрела на него:

— Ты особенная, это сразу видно.

— Я все еще не понимаю… В свете софитов зал со сцены — как тёмное пятно, ничего не разобрать. Как тогда можно было что‑то рассмотреть? — она отвела взгляд, но не стала сбрасывать его руку.

— Есть у тебя одна деталь, которую видно откуда угодно, — он чуть опустил взгляд. Ан проследила за его взглядом, мгновенно осознала, о чём речь, убрала его руку, отступила на шаг и смущённо поправила рубашку, прикрывая глубокое декольте.

— Но они же не светятся, как фонарь… — пробормотала она.

— Я же про кулон на твоей шее. Забыла? Камень отражал свет, притягивал взгляд — ты ведь стояла прямо напротив меня, — он улыбнулся.  На самом деле не только кулон привлекал его взгляд, но и то, как она вписывалась в пространство – её движения, манера держаться, естественность.

«Эта девушка, она словно светится изнутри, теплый, совсем родной свет» –подумал парень.

— Пойдём. Если нас заметят, быстро уехать не получится.

Он взял её за руку и уверенно повёл к машине. Бесшумно снял с сигнализации, открыл ей дверь, затем сел сам — и всё это до того, как оставшиеся у входа люди успели его разглядеть и сомкнуть ряды.  Он тронулся с парковки, когда фанаты его узнали. Лишь вслед донеслось: «Ты лучший!»