Ты знаешь достаточно.

Я шла в тишине, ожидая непонятно чего. Так и не разобралась, в какую аудиторию должна была идти, но если этот мужчина — преподаватель, значит, я тоже в его группе? Вау... вот это везение.

Мужчина быстро дернул ручку двери, и мы попали в просторный кабинет с возвышающимися рядами. Он прошёл к своему месту, легонько показав рукой, что я могу выбрать любое и сесть — и сделать это поскорее. Судя по его раздражённому виду, медлить не стоило.

Я тут же уловила взглядом торчащую голову Мэтта, который вовсю начал кивать на свободное место рядом с ним. Что ж, всё более-менее нормально. Пару студентов, конечно, пробежались по мне скучающим взглядом, но ничего страшного в этом не было — уж точно не так, как это часто показывают в фильмах и сериалах.

Я аккуратно прошла на место, и мужчина-преподаватель — так я его пока называю, поскольку не знаю имени — начал лекцию.

— Повезло, что ты попала сюда, конечно. И знаешь... а я рад, — прошептал Мэтт.
— Не поверишь, но я тоже рада.

Мэтт улыбнулся и уже собирался продолжить, но нас окликнул басистый, низкий голос:

— Я вам не мешаю?

Собираясь что-то ещё сказать, Мэтта перебил преподаватель. Парень невнятно принёс извинения, и, кажется, этим только разозлил его ещё больше.

Стукнув огромной лапищей по столу, он поправил часы и вскинул голову, продолжая:

— Эванс, если ты и дальше собираешься маяться от безделья и сбивать с толку новенькую, то вы оба можете отправляться прямиком за дверь и продолжать там свои разговоры.

Я тут же опустила взгляд и повернулась к Мэтту. Парень стушевался, потянулся к ручке и начал что-то быстро чиркать в тетради, нервно подёргивая ногой.

Видимо, он его боится. У них были какие-то неприятные случаи? Хотя даже сейчас ясно: и без этого преподаватель внушает страх любому, кто его увидит. Он невероятно серьёзен и строг — что, конечно, хорошо. Учителя должны быть такими... но в пределах разумного.

Спустя некоторое время наши с Мэттом тетради были исписаны. Руки побаливали, но мы продолжали писать и слушать каждое слово из уст мистера Картера — кажется, так его называл Мэтт.

Преподаватель не унимался, диктуя всё новые и новые предложения, а основное переносил на огромную доску. И я вдруг поймала себя на том, что невольно залюбовалась им.

А что? Красивый, статный мужчина. Умён, богат — судя по одежде и часам. И что он делает в университете? По виду я бы скорее подумала, что он какой-нибудь бизнесмен...

В голове тут же начали возникать мысли о его жизни. Я представляла его дома: как бы он выглядел в обычной одежде, не в строгом костюме, сидя, например, на диване у камина... или на свидании с девушкой. С ней он, мне кажется, был бы нежен, улыбался бы ей... Наверное у него очень красивая девушка. Или, может даже жена?

Кольца на его пальце я не заметила.

И после этого резко одёрнула себя.

Совсем поехала? Рассматриваю собственного преподавателя и представляю его личную жизнь...

В ту же секунду пара чёрных глаз уставилась прямо на меня. Я стыдливо отвела взгляд, делая вид, что полностью погружена в тетрадь, записывая невероятно важную информацию. Щёки на мгновение покрылись румянцем — так и хотелось прижать к ним ладони.

Мэтт же в это время пинал свою ногу, перебирая пальцами страницы тетради, думая, наверное, о чём-то своём и больше не рискуя отвлекаться.