В объятиях теней: эхо чужих грехов

После разговора с Рэйном Лия долго не могла уснуть. Она лежала на кровати, смотрела в потолок и снова прокручивала в голове его слова. Пять ступеней. Эмоции. Эмоциональный отпечаток. Будущее. Прошлое. Грехи. Раньше каждое новое проявление способности приходило как удар. Она боялась его, сопротивлялась, пыталась понять, почему с ней происходит именно это. Теперь же Рэйн впервые дал ей объяснение, которое хотя бы отчасти связывало всё воедино.

Но одно она так и не могла забыть. Его слова: «Пятый этап — завершающий». Лия закрыла глаза. Перед ней снова возникло лицо Рэйна в тот момент, когда она коснулась его. Она не просто почувствовала его. Она увидела что-то глубже. То, что он скрывал даже от самого себя. И теперь, когда она знала, что способность изменилась, в груди росло неприятное ощущение, точно она должна ждать следующего удара.

Несколько минут ничего не происходило. Потом ещё несколько. Лия уже почти провалилась в сон, когда по коже пробежало что-то резкое, как царапина от сухой ветки. Она резко открыла глаза. Ощущение было едва заметным, но настойчивым — словно невидимая нить цеплялась за кожу, не желая отпускать. Лия подняла руку. Ничего. Только кожа, тонкие линии вен и слабый серебристый свет, пробивающийся сквозь занавески.

Она нахмурилась, провела ладонью по запястью, как если бы  пыталась содрать с себя чужую неловкость. Ощущение исчезло, но не до конца — остался лёгкий зуд, как от колючей ткани. Лия снова легла. Через несколько минут оно вернулось, на этот раз сильнее, показалось кто-то провёл по коже шершавой стороной наждачной бумаги. Лия села. Внутри поднялось знакомое напряжение, но оно было другим. Не эмоцией. Не чужим страхом, который когда-то накрывал её в городе. Это было что-то чужое, что пыталось остаться внутри неё.

Лия сжала ладонь в кулак.

— Нет.

Ощущение не исчезло. Она провела ладонью по руке, потом по плечу, надеясь что действительно может стереть с себя невидимую грязь. Ничего. За окном прошелестел ветер, и ветка царапнула по стеклу — короткий, неприятный звук, от которого Лия вздрогнула. Где-то в стене тихо щёлкнули трубы. Она прислушалась к этим звукам, цепляясь за них, как за якоря. Дом не молчал. Он жил своей жизнью: гудел холодильник, где-то капала вода, скрипела старая половица. Но ощущение осталось.

И тогда Лия впервые подумала: оно больше не ждёт, когда я его почувствую. Оно само приходит ко мне.

⸻

Утро оказалось тихим, но не пустым. После ночной бури небо очистилось, и солнечный свет заливал остров так ярко, словно вчерашнего дождя вовсе не существовало. Лия спустилась вниз. На кухне никого не было. Она налила себе чай и остановилась у окна. Море было спокойным. Слишком спокойным, казалось застыло в ожидании. Лия машинально коснулась запястья. След всё ещё оставался — слабый, но настоящий, как едва заметный ожог от крапивы.

Она услышала шаги за спиной.

— Не спала?

Лия обернулась. Рэйн стоял в дверях. Сегодня он выглядел совсем иначе, чем вчера. Трезвый. Собранный. Без привычной насмешливой улыбки. Он несколько секунд смотрел на неё.

— Лучше?

— Не знаю.

Рэйн вошёл.

— Что случилось?

Лия не ответила сразу. В этот момент из коридора донёсся резкий звук — дверь хлопнула, и эхо прокатилось по дому, заставляя Лию вздрогнуть.

— Я чувствую что-то странное.

Он остановился.

— Что именно?

Она протянула руку.

— Здесь.

Рэйн посмотрел на её запястье.

— Болит?

— Нет.

Она помолчала.

— Такое чувство, что на коже что-то осталось. Как если бы я провела рукой по пыльной полке и теперь не могу стряхнуть эту пыль.

Рэйн ничего не сказал. И именно его молчание заставило Лию насторожиться.

— Ты знаешь, что это?

Он поднял взгляд.

— Возможно.

— Рэйн.

Он чуть усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья.

— Я просто пытаюсь понять, насколько сильно.

— Что?

— Твой новый этап.

Лия нахмурилась.

— Ты сказал, что он связан с грехами.

— Да.

— Но ты не сказал, что они могут оставаться.

Рэйн отвёл взгляд.

— Я не знал, насколько быстро это начнётся.

Лия внимательно посмотрела на него.

— Значит, это нормально?

Он помолчал.

— Для твоей способности — возможно.

— А для меня?

Рэйн посмотрел ей в глаза. На этот вопрос он не ответил сразу.

— К этому тебе придётся привыкнуть.

Лия усмехнулась, и в этой усмешке была вся её усталость.

— Ненавижу эту фразу.

— Знаю.

Он подошёл ближе.

— Покажи.

Она протянула руку. Рэйн осторожно коснулся её запястья. И в тот же момент Лия резко вдохнула. Ощущение вспыхнуло, как искра от удара металла о камень — острее, ярче, безжалостнее. Она отдёрнула руку.

— Нет.

Рэйн сразу остановился.

— Что ты почувствовала?

Лия смотрела на собственную ладонь, точно ожидала увидеть на ней след от ожога.

— Тебя.

Он замер.

— Меня?

— Нет... не тебя самого.

Она закрыла глаза, пытаясь удержать в памяти это чувство, пока оно не растворилось в панике.

— Что-то внутри тебя. Как будто у тебя под кожей спрятан тяжёлый камень, и он давит изнутри.

Рэйн внимательно наблюдал за ней. Он знал, что сейчас происходит. Именно этого они ждали. Именно ради этого способность должна была продолжать двигаться дальше. Но внешне он оставался спокойным.

— Что именно?

Лия открыла глаза.

— Не знаю.

Она провела ладонью по руке.

— Оно цепляется за меня. Как крючок, который зацепился за ткань и тянет её, пока не порвёт.

Рэйн сделал шаг ближе.

— Лия.

— Не подходи.

Он остановился.

Она глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь, которая поднималась от запястий к плечам.

— Я не хочу снова это чувствовать.

— Тогда не буду.

Он действительно не подошёл. Несколько секунд они молчали. В доме громко щёлкнул термостат, и тёплый воздух рванулся из решётки, казалось дом пытался их согреть.

Потом Лия неожиданно спросила:

— Ты боишься меня?

Рэйн едва заметно усмехнулся.

— Нет.

— Тогда почему смотришь на меня так?

Он ответил не сразу.

— Потому что ты изменилась.

Лия опустила взгляд.

— Я не чувствую себя изменившейся.

Рэйн смотрел на неё. И внутри него мелькнула мысль, которую он не позволил увидеть на лице. Она должна привыкнуть к нему. Доверять ему. И только тогда он сможет довести всё до конца.

Он подошёл ближе, но остановился на расстоянии.

— Ты не обязана справляться с этим одна.

Лия подняла глаза.

— Ты правда так думаешь?

— Да.

Ложь прозвучала легко. Настолько легко, что даже он сам почти поверил в неё.

⸻

Днём Лия снова почувствовала способность. На этот раз неожиданно. Рэйн сидел в гостиной у окна, перебирая какие-то старые бумаги. Лия вошла и остановилась рядом. Она ничего не чувствовала. Пока не подошла ближе. На расстоянии нескольких шагов воздух вдруг изменился — стал гуще, весомее, точно в комнате прибавилось невидимого дыма. Лия замерла. Рэйн поднял голову.

— Что?

Она не ответила. Ощущение уже распространялось по телу. Сначала по рукам, потом выше, к плечам, как невидимая сеть затягивалась вокруг неё. Лия отступила. Но стало хуже.

— Рэйн...

Он поднялся.

— Я здесь.

— Не подходи.

Он остановился.

— Хорошо.

Лия закрыла глаза, пытаясь сделать то, чему он научил её утром. Отделить чужое от своего. Сказать: это не моё. Но теперь это не работало. Потому что она не просто чувствовала. Она ощущала, как чужое цепляется за неё. Как  его грех становился частью пространства между ними. Как если бы сама способность хотела забрать его в себя.

В этот момент где-то в коридоре громко хлопнула дверь, и звук ударил по нервам, как выстрел. Лия вздрогнула и открыла глаза.

— Почему оно не уходит?

Рэйн посмотрел на неё.

— Потому что ты больше не просто считываешь.

— А что я делаю?

— Наполняешься.

Слово заставило её побледнеть.

— Наполняюсь?

— Не в том смысле, в котором ты думаешь.

Он подошёл на шаг.

— Ты не выбираешь это. Пока.

Лия смотрела на него. В её глазах читалась не просто усталость — в них была обида на несправедливость происходящего.

— Тогда что мне делать?

Рэйн протянул руку.

— Дай мне помочь.

Она колебалась. Потом вложила свою ладонь в его. На этот раз ощущение не исчезло. Но изменилось. Стало тише, словно кто-то убавил громкость в комнате. Лия подняла глаза. Рэйн держал её руку осторожно, почти бережно.

— Так лучше?

Она кивнула.

— Да.

Он слегка сжал её пальцы.

— Тогда останься.

Лия посмотрела на него.

— Зачем?

Рэйн чуть улыбнулся.

— Потому что ты сейчас не хочешь быть одна.

Она хотела возразить. Но не смогла. Потому что он оказался прав.

Лия осталась. Они сидели рядом молча. Её рука всё ещё была в его руке. И впервые за всё время, что способность мучила её, Лия не пыталась от неё убежать. Она просто позволила кому-то быть рядом.

⸻

К вечеру они вышли на террасу. Море снова стало почти неподвижным. Лия оперлась на перила. Рэйн остановился рядом.

— Знаешь, — сказала она тихо, — раньше я думала, что если научусь контролировать способность, всё станет проще.

— А теперь?

Она посмотрела на море.

— Теперь я понимаю, что, возможно, дело вообще не в контроле.

Рэйн повернул голову.

— А в чём?

— В том, чтобы научиться жить с ней.

Он усмехнулся.

— Ты быстро учишься.

Лия посмотрела на него.

— Я стараюсь.

Несколько секунд они молчали. Потом она неожиданно спросила:

— Почему ты всё время рядом?

Рэйн не изменился в лице. Но внутри напрягся. Вот он. Вопрос, которого он ждал. Он мог сказать правду. Или ту версию правды, которая ей была нужна.

— Потому что ты мне небезразлична.

Лия замерла. Он увидел, как её взгляд изменился. В нём появилось тепло. И что-то ещё. То, что он хотел увидеть.

Рэйн поднял руку и осторожно убрал прядь волос с её лица. Лия не отстранилась.

— Я не хочу снова тебя пугать, — сказал он тихо.

— Я знаю.

— И не хочу, чтобы ты думала, что всё происходящее для меня ничего не значит.

Она смотрела ему в глаза. Рэйн позволил себе приблизиться. Совсем немного. Лия не отступила. Он коснулся её щеки. Его прикосновение вызвало внутри неё не вспышку способности, а другое, непривычное ощущение — от его близости становилось тепло, и Лия не хотела отстраняться.

Она нахмурилась, пытаясь понять, что именно с ней происходит.

— Что?

— Ничего.

Рэйн убрал руку.

— Ты опять что-то почувствовала?

Лия покачала головой.

— Нет. Просто...

Она замолчала.

— Просто что?

Лия посмотрела на него и едва заметно улыбнулась.

— Мне хорошо рядом с тобой.

Рэйн на мгновение застыл. Но улыбка осталась на месте.

— Может, потому что ты уже привыкла ко мне.

Лия задумалась.

— Наверное.

Он не стал продолжать. Пока. Лия снова посмотрела на море. А Рэйн смотрел на неё. Он знал, что это должно было случиться. Она должна была привыкнуть к его прикосновениям. К его голосу. К его присутствию. И чем сильнее становилась её способность, тем теснее становилась связь между ними.

Он только не знал, что именно эта связь однажды может разрушить его собственный план. Но сейчас он не позволил этой мысли задержаться. Ему нужно было лишь одно: чтобы Лия продолжала тянуться к нему, чтобы доверие становилось глубже, а границы — слабее.

Он протянул руку. Она сама вложила в неё пальцы. И Рэйн позволил себе улыбнуться. Не потому, что был счастлив. А потому, что всё шло именно так, как ему было нужно.