Ты выберешь меня? | Little Puma.

Прошло две недели. Две недели, которые тянулись бесконечно. Ванесса лежала в постели, и её тело медленно возвращалось к жизни. Жар спал, но слабость оставалась.

Каждый день к ней заходили.

Адам приходил утром. Он приносил сушёные яблоки и говорил, что она должна отдыхать. Он сидел на стуле у окна и рассказывал о делах в городе, о том, как снег покрывает улицы, о том, что зима будет долгой. Она слушала, иногда кивала, но её мысли были далеко.

- Уверен ты скоро понравишься. - говорил он.

Она не отвечала.

Эмма приходила днём. Она приносила суп и тёплый хлеб, заваривала чай с травами и сидела рядом, пока Ванесса ела. Они говорили о пустяках - о погоде, о том, что скоро Рождество.

- Ты скоро встанешь, - сказала Эмма.

- Я знаю, - сказала Ванесса.

Чарльз заходил реже, но рассказывал смешные шутки чтобы Ванессе не было так скучно.

Доктор приходил дважды. Он щупал пульс, слушал дыхание и говорил, что скоро станет легче.

Лео и Орлёнок приходили почти каждый день. Они сидели у её кровати и рассказывали о своих приключениях. Лео и Орлёнок приносила рисунки.

- Я нарисовала тебя, - сказала Орлёнок, протягивая ей бумагу.

- Спасибо, - сказала Ванесса. - Я повешу его на стену.

Белое Солнце зашла один раз, но принесла травы.

- Это поможет тебе восстановить силы, - сказала она. - Пей по утрам.

- Спасибо, - ответила Ванесса. - Ты очень добра ко мне.

Маленький Пума пришёл к дому сестры, когда солнце уже клонилось к закату. Снег скрипел под ногами, и дым из трубы поднимался прямо вверх. Он толкнул дверь и вошёл.

Внутри было тепло. Белое Солнце стояла у печи и помешивала что-то в горшке. Уильям сидел за столом и чинил старый ремень. Орлёнок сидела в углу с бумагой и карандашом, высунув язык от усердия.

- Ты пришёл, - сказала Белое Солнце, обернувшись. - Садись. Я налью тебе чаю.

- Спасибо, - сказал Пума, садясь за стол рядом с Уильямом.

- Как дела в лагере? - спросил Уильям, не поднимая глаз от ремня.

- Хорошо, - сказал Пума. - Отец хочет, чтобы мы запасли больше дров.

- Это правильно, - сказал Уильям. - Зима будет долгой. Я вчера ходил в лес - снег уже по колено.

- А как твоя лошадь? - спросила Белое Солнце, ставя перед ним кружку с горячим чаем. - Ты говорил, она хромала.

- Уже лучше, - сказал Пума. - Я наложил повязку. Она почти не хромает.

Уильям улыбнулся.

Пума взял кружку в руки. Чай был горячим, с мятой и мёдом. Он сделал глоток.

- А как твои дела? - спросил он у Уильяма. - Ты говорил, что хочешь построить новый сарай.

- Начал, - сказал Уильям. - Стены почти готовы. Но снег замедляет работу.

- Весной закончишь, - сказал Пума.

- Надеюсь, - улыбнулся Уильям.

Он помолчал, потом добавил:

- И ещё. У меня появилась работа. Индейский агент приехал в город. Ищет переводчика для переговоров весной.

- И ты согласился?

- Согласился, - сказал Уильям. - Работа есть работа. Да и интересно будет.

- Ты хорошо знаешь оба языка, - сказал Пума. - Это правильный выбор.

- Надеюсь, - сказал Уильям. - Посмотрим, что из этого выйдет.

Они замолчали. В комнате было слышно только, как потрескивает огонь в печи и как Орлёнок водит карандашом по бумаге. Она сидела за маленьким столом в углу, высунув язык от усердия, и не замечала никого вокруг.

Пума допил чай, поставил кружку и поднялся. Он подошёл к столу, где сидела Орлёнок, и остановился рядом.

- Что ты рисуешь? - спросил он тихо, чтобы не напугать её.

Орлёнок подняла голову и широко улыбнулась.

- Я рисую для Ванессы, - сказала она. - Чтобы она быстрее поправилась.

Пума нахмурился.

- Поправилась? - переспросил он. - Что значит «поправилась»? Она больна?

- Ты не знаешь? - удивилась Орлёнок. - Она уже две недели болеет! Она упала в обморок, когда была у Милтонов. Эмма говорит, что у неё был сильный жар, она почти не вставала с кровати.

Он вышел из дома сестры и остановился на крыльце. За лесом, город уже затихал - в окнах зажигались огни, и дым из труб поднимался к темнеющему небу. Снег скрипел под ногами, и в воздухе чувствовался мороз.

Он пошёл к лагерю, но на полпути остановился. Вдалеке, у костра, он увидел Майрона. Тот стоял рядом с Катори и что-то рассказывал, размахивая руками. Она смеялась, запрокинув голову.

Пума смотрел на них и не чувствовал ничего. Он отвернулся и пошёл в другую сторону.

Он шёл по тропе, ведущей к городу. Снег скрипел под ногами, и ветер стих. Он знал, где её дом. Он видел его много раз.

Пума подошёл к калитке. В доме горел свет. Он открыл дверь и тихо вошёл.

В доме было тепло. Горела только одна свеча на столе, и в её свете он увидел её. Ванесса сидела на кровати, прислонившись к подушке. На коленях у неё лежала ткань, и она старательно выводила иглой какой-то узор. Она была бледной, но её глаза были сосредоточенными и живыми.

Пират лежал рядом, положив голову на её ноги. Услышав шаги, собака подняла голову, но, узнав Пуму, вильнула хвостом и снова положила голову на лапы.

- Чарльз, ты пришёл? - спросила Ванесса, не поднимая головы. - Не мог бы ты подать мне чай? Тот, что на столе.

Он остановился. Голос был мягким, уставшим. Она ждала, что это Чарльз. Он шагнул ближе, и половица скрипнула под его ногой.

- Чарльз? - она подняла глаза.

И замерла.

Её руки застыли над вышивкой, иголка повисла в воздухе.

- Пума? - прошептала она. - Что ты... как ты...

- Я хотел проведать тебя, - сказал он спокойно. - Узнал, что ты болеешь.

- Узнал? От кого?

- От Орлёнка, - сказал он, подходя ближе. - Она сказала, что ты уже две недели лежишь.

- Я... да, - сказала она. - Я заболела после той прогулки.

- Я ждал тебя у озера, - сказал он. - Ты не приходила.

- Ты думал, что я не хочу приходить?

- Я думал, что у тебя появились другие дела, - сказал он.

- Какие дела? - она покачала головой. - Я не могла встать. У меня был сильный жар. Я даже не знала, какой день.

Он посмотрел на неё, и в его взгляде было что-то тёплое.

- Теперь знаю, - сказал он.

Он подошёл к столу, взял кружку с чаем и протянул ей. Она взяла её, и их пальцы почти коснулись друг друга. Она почувствовала его тепло даже через фарфор.

- Спасибо, - сказала она.

Он кивнул и сел на край её кровати. Она удивлённо посмотрела на него.

- Ты не должен сидеть так близко, - сказала она. - Я болею. Ты можешь заразиться.

- Меня это не волнует, - сказал он спокойно. - Я не боюсь.

- А зря, - сказала она. - Я ненавижу болеть, самое ужасное что может случиться.

Она хотела сказать что-то ещё, но он уже смотрел на ткань, которая лежала у неё на коленях.

- Что ты вышиваешь? - спросил он.

Она улыбнулась и повернула ткань к нему. На ней был вышит Пират - рыжий, с длинными ушами и весёлым хвостом. Он лежал на траве, высунув язык.

- Узнаёшь? - спросила она.

Пума посмотрел на вышивку, потом на Пирата, который спал у её ног.

- Он похож, - сказал он.

- Только похож? - она притворно обиделась. - Я старалась!

- Я вижу, - сказал он. - У тебя хорошо получилось.

- Я ещё учусь, - сказала она. - Но он хотя бы узнаваем.

Пума присмотрелся к вышивке.

- Хвост слишком пушистый, - сказал он.

- Это его настоящий хвост!

- У него не такой пушистый.

- Откуда ты знаешь?

- Я его гладил, - сказал он. - Он пушистый, но не настолько.

Она засмеялась.

- Ты критикуешь мою вышивку? Первый раз, когда ты пришёл меня проведать?

- Я не критикую, - сказал он. - Я просто говорю, что хвост слишком пушистый.

- Зато уши я сделала правильно.

- Уши хорошие, - согласился он. - Длинные.

- Я знаю, - она улыбнулась.

Они замолчали. Она смотрела на вышивку, потом на него.

- А что ты делал эти две недели? - спросила она.

- Всё как обычно, - сказал он. - Охота. Дрова. Рутина.

- Ты не скучал?

- Скучал, - сказал он. - По озеру.

- А по мне?

- Ты слишком много спрашиваешь для больной, - сказал он.

- Я просто хочу знать.

- Ты знаешь, - сказал он.

Она ничего не сказала. Она просто смотрела на него, и тишина была лёгкой.

- Ты должна отдохнуть, - сказал он, поднимаясь.

Пума уже хотел уйти, но заметил книгу на тумбочке. Она лежала раскрытой, но страница была та же, что и несколько дней назад.

- Ты читаешь? - спросил он.

- Пытаюсь, - сказала она. - Но я никак не могу сосредоточиться. Голова кружится, и слова расплываются. Я хочу дочитать, но сил нет.

Он взял книгу и посмотрел на обложку.

- Что это?

- История о путешествиях, - сказала она. - Я хотела узнать, что будет дальше, но никак не получается.

Он сел обратно на край кровати и открыл книгу на той странице, где она остановилась.

- С какого места?

- Вот здесь, - она показала пальцем.

Он начал читать. Голос его был тихим, ровным. Он читал медленно, с паузами, и она слушала его, чувствуя, как усталость разливается по телу. Она закрыла глаза и просто слушала.

Она не знала, когда заснула. Он читал, и слова лились мягко, как вода. Он почувствовал, как её голова наклоняется и касается его плеча. Он замолчал на мгновение, но не убрал плечо. Пума продолжал читать, уже тише, почти шёпотом.

Он закрыл книгу, когда понял, что она спит. Он посмотрел на неё. Её дыхание было ровным, спокойным. Она выглядела такой беззащитной, такой хрупкой. Внутри него что-то дрогнуло.

Он аккуратно убрал книгу на тумбочку, поправил одеяло, укрывая её плечи, и медленно поднялся, стараясь не разбудить её. Пират поднял голову, посмотрел на него, но не залаял.

Пума стоял в тишине, глядя на неё. Он не знал, что это было - это чувство, которое разливалось внутри. Не боль. Не тревога. Что-то другое. Что-то, чему он не мог дать имя.

Он тихо вышел из дома.

Ночь была тихой. Он шёл по снегу, и холод касался его лица, но он не чувствовал его. Он думал о ней. О том, как она спала у него на плече. О том, как он поправил её одеяло. О том, что он хотел остаться.

«Она стала для меня чем-то большим, - понял он. - Чем-то, чего я не могу потерять».

Буду очень рада вашим голосам и комментариям!
Напомнию что у меня есть тгк: https://t.me/fanfictionfromhebe где вы можете общаться со мной! И видеть как пишутся главы в реальном времени) Мне будет приятно если вы подпишитесь)