Ты выберешь меня? | Little Puma.

Утром Ванесса проснулась и сразу вспомнила вчерашний разговор. Его слова всё ещё звенели в ушах: «Я ждал этого пять лет». Она села на кровати, обхватив колени руками, и уставилась в стену. Она не знала, что чувствовать. Злость? Страх? Обиду?

Она встала, оделась и вышла на кухню. Пират уже ждал её у двери, виляя хвостом. Она налила себе чай и села за стол. Мысли кружились вокруг того, что он сказал. Пять лет. Её тётя знала об этом. Она знала и не сказала ей.

«Почему она ничего не сказала мне? - думала она. - Почему она позволила мне верить, что я приехала сюда по собственному желанию?»

Она услышала стук в дверь и вздрогнула. Она не хотела никого видеть, но встала и открыла.

Адам стоял на крыльце. Он был в своём обычном костюме, но его лицо не было холодным. Наоборот, он выглядел почти... мягким.

- Ванесса, - сказал он. - Я пришёл извиниться.

Она смотрела на него, не двигаясь.

- За что?

- За то, что я сказал вчера, - сказал он. - Я был груб. Я не должен был говорить тебе всё это так резко. Я не хотел причинить тебе боль.

- Ты сказал правду, - сказала она. - Это было больно.

- Я знаю, - сказал он. - И я сожалею об этом. Я хочу, чтобы мы начали сначала.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри неё поднимается холод.

- Ты не можешь просто прийти и сказать «извини», и всё будет хорошо, - сказала она.

- Я знаю, - сказал он. - Поэтому я хочу пригласить тебя на ужин. Сегодня вечером. Мы сможем поговорить спокойно, без ссор. Ты узнаешь меня, а я узнаю тебя. По-настоящему.

Она хотела сказать «нет». Она хотела захлопнуть дверь. Но что-то остановило её.

«Если я откажусь, он не отстанет, - подумала она. - Он будет приходить снова и снова. Может быть, если я соглашусь, я смогу понять, что он задумал».

- Хорошо, - сказала она. - Я приду. Но я хочу, чтобы ты знал: я не обещаю, что изменю своё мнение.

- Я не прошу тебя менять своё мнение, - сказал он. - Я прошу тебя дать мне шанс.

Она кивнула.

- Хорошо.

- Я зайду за тобой в семь, - сказал он.

Он ушёл, оставив её стоять на пороге. Она смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри неё поднимается тревога. Она не знала, правильно ли она поступила. Но она знала, что должна была попробовать.

Через время подошёл Чарльз.

- Сегодня сделаем.. - начал он, но Ванесса перебила его.

- Адам приходил, - сказала она. - Он извинился. И пригласил меня на ужин.

Чарльз нахмурился.

- И ты согласилась?

- Да, - сказала она. - Я хочу знать, что он задумал.

- Будь осторожна, - сказал он. - Он не из тех, кто легко сдаётся.

- Я знаю, - сказала она. - Поэтому я пойду.

Чарльз кивнул и взял молоток.

- Тогда давай закончим с этим, - сказал он, кивая на конюшню. - Чтобы у тебя были хотя бы стены, за которыми можно спрятаться, если что.

Она улыбнулась и взяла доску.

Они работали до самого вечера. Ванесса старалась не думать о предстоящем ужине. Она вбивала гвозди, поднимала доски, ровняла землю. С каждым ударом молотка она чувствовала, как её мысли становятся яснее.

- Готово, - сказал Чарльз, когда последняя доска была прибита.

Она отошла на несколько шагов и посмотрела на результат. Конюшня стояла ровно, крыша была накрыта, и Ливи уже заходила внутрь, довольно фыркая.

- Мы сделали это, - сказала она, чувствуя, как внутри разливается гордость.

- Ты сделала это, - сказал Чарльз. - Я только помогал.

- Без тебя я бы не справилась.

Чарльз улыбнулся и убрал инструменты.

- Ты справилась бы, - сказал он. - Просто это заняло бы больше времени.

Она посмеялась, но в её глазах была благодарность.

- Спасибо, Чарльз.

- Всегда пожалуйста. - он помолчал. - Ты уверена, что хочешь пойти на этот ужин?

- Нет, - честно ответила она. - Но я должна. Если я не пойду, он будет приходить снова и снова. Может быть, если я узнаю его лучше, я пойму, как быть дальше.

Чарльз посмотрел на неё и кивнул.

- Тогда иди. Но если что-то пойдёт не так, ты знаешь, где меня найти.

Она улыбнулась.

- Я знаю.

Она пошла домой, оставив Чарльза у конюшни. Она чувствовала усталость, но внутри неё было спокойствие.

Ванесса быстро переоделась в простое платье, без украшений. Она не хотела выглядеть так, будто старается произвести впечатление. Она хотела быть собой.

Когда она открыла дверь, Адам стоял на крыльце. Он был в строгом костюме и улыбался.

- Ты готова? - спросил он.

- Да, - сказала она.

Он протянул ей руку, и она взяла её. Она чувствовала, как его ладонь сжимает её, но в этом не было тепла.

Они вошли в дом Милтонов. В столовой горели свечи, на столе стояла еда, и всё выглядело идеально. Слишком идеально. Адам отодвинул для неё стул, и она села.

- Ты прекрасно выглядишь, - сказал он, садясь напротив.

- Спасибо, - ответила она сухо.

Он разлил вино и пододвинул к ней бокал.

- Я рад, что ты согласилась прийти, - сказал он. - Я знаю, что вчерашний разговор был тяжёлым.

- Он был не просто тяжёлым, - сказала она. - Он был неожиданным.

- Я знаю, - сказал он. - И я хочу, чтобы ты поняла: я не хотел тебя обидеть. Я просто хотел, чтобы ты знала правду.

- Какую правду?

- Что я действительно хочу быть с тобой, - сказал он. - Не потому, что так надо. А потому что я выбираю тебя.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри неё поднимается холод.

- Ты даже не знаешь меня, - сказала она.

- Тогда дай мне шанс узнать тебя, - сказал он. - Расскажи мне о себе. Что ты любишь?

Она помолчала.

- Я люблю тишину, - сказала она. - Я люблю смотреть на закат.

- Это всё? - спросил он.

- Я люблю рисовать, - сказала она.

- Я не знал, что ты рисуешь, - сказал он.

- Ты никогда не спрашивал, - сказала она.

Он кивнул, принимая её слова.

- А что насчёт тебя? - спросила она, чтобы сменить тему. - Что ты любишь?

Он улыбнулся.

- Я люблю порядок, - сказал он. - Я люблю, когда всё на своих местах.

Она посмотрела на него.

- А что, если что-то будет неидеально? - спросила она.

- Тогда будет хаос, - сказал он, и его голос стал твёрже. - А в хаосе жить невозможно. Это нестабильность, из-за которой ты не можешь двигаться вперёд.

- А я думаю, что в хаосе есть много возможностей, - сказала она. - Ты можешь выбрать, как ты хочешь жить. Ты можешь перекраивать мир под себя.

- Перекраивать мир? - он усмехнулся. - Мир не перекраивается. Он строится. По кирпичику. По плану. Хаос разрушает. Хаос уносит то, что ты построил.

- Или освобождает, - сказала она.

Он смотрел на неё, и его глаза стали серьёзными.

- Освобождает для чего? - спросил он.

- Для жизни, - сказала она.

Он молчал. Она чувствовала, что он не понимает её. Он никогда не поймёт.

«Он видит мир как здание, - думала она. - Как конструкцию, которую нужно строить по плану. Он не видит, что мир - это живое. Что он дышит. Что он меняется. Что он не подчиняется планам».

Она вспомнила его у озера. Как он сидел и смотрел на воду. Как он молчал. Как он просто был. Он не говорил о планах. Не говорил о порядке. Он просто был.

- Ты не такая, как я думал, - сказал он.

- Какая?

- Ты хочешь того, чего не может быть, - сказал он. - Ты хочешь хаоса. Но хаос не даёт тебе ничего, кроме нестабильности.

- Он даёт свободу, - сказала она.

Он посмотрел на неё, и в его глазах мелькнула усталость.

- Свобода без порядка - это просто одиночество, - сказал он. - Ты будешь одна. Ты будешь без дома. Без будущего.

- Я уже была одна, - сказала она. - И я выжила.

Он ничего не сказал.

Она поднялась.

- Мне пора, - сказала она.

Он кивнул.

- Я провожу тебя.

Они шли по улице. Ночь была тёплой, и ветер касался её лица. Она чувствовала, как внутри неё поднимается что-то новое. Она не знала, что это было. Но она знала, что это был не он.

Когда они подошли к её дому, она остановилась.

- Спасибо за ужин, - сказала она.

- Спасибо, что пришла, - сказал он.

Она подошла к окну и посмотрела на лес. Луна светила над ним, и она коснулась браслета на своём запястье.

Он сидел у костра, глядя на огонь. Вокруг него был лагерь. Люди разговаривали, смеялись, готовили еду. Катори сидела рядом, что-то рассказывала о своих братьях. Он слышал её голос, но не слушал.

Он смотрел на огонь и пытался сосредоточиться на том, что было здесь. На тепле костра. На голосах вокруг. На том, что он вернулся. На том, что он должен был быть здесь.

«Я должен быть здесь, - думал он. - Это моя семья. Это мой народ. Это моя земля».

Он посмотрел на Катори. Она улыбнулась ему. Она была красивой. Она была доброй. Она была той, кого выбрал бы его отец.

«Она хорошая, - думал он. - Она будет хорошей женой. Она будет хорошей матерью. Я могу быть с ней. Я могу забыть всё остальное».

Он смотрел на её лицо и пытался увидеть в нём что-то, что заставило бы его забыть о другой. Но вместо её глаз он видел другие. Голубые. Спокойные. Глаза, которые смотрели на него в лунном свете.

«Почему я думаю о ней? - спросил он себя. - Мы мало времени были вместе. Несколько разговоров у озера. Одна ночь. Я даже не знаю её по-настоящему».

Он попытался убедить себя, что это не имеет значения. Что это просто мимолётное увлечение. Что он не должен придавать ему значения.

- Пума? - спросила Катори. - Ты слышишь меня?

- Да, - сказал он. - Я слышу.

- Ты опять ушёл в свои мысли.

Он попытался сосредоточиться на её голосе, на её словах, на том, что она говорила о своей семье, о своих братьях, о своих планах на зиму. Но его мысли возвращались к той, кто была далеко. К той, кто не была здесь.

- Прости, - сказал он. - Я устал. Мне нужно отдохнуть.

Она кивнула, и он поднялся. Он отошёл от костра и остановился у края поляны. Он смотрел на звёзды, которые зажигались одна за другой. Он думал о том, что где-то там, за лесом, есть другой мир. И в этом мире есть она.

Буду очень рада вашим голосам и комментариям!
Напомнию что у меня есть тгк: https://t.me/fanfictionfromhebe где вы можете общаться со мной! И видеть как пишутся главы в реальном времени) Мне будет приятно если вы подпишитесь)