ПУТЬ СКВОЗЬ ТУМАН

Таверна Арби, остров Дохлый Кит. Владения пиратов

Я хотел было усадить маиру ле Гранж на постель, но она шарахнулась от меня, как от хворого, и я все понял без слов. Когда-то меня по праву считали лучшим целителем Йолли, и я, конечно, мог бы пропустить через себя природную магию и заживить ее тело, дать больше сил. У старой мельницы я так поступил с Тэхеном. Но маира ле Гранж пережила слишком много зла, чтобы вытерпеть еще и мои целебные объятия. Пришлось спуститься вниз и прибегнуть к более сложному способу – сварить целебный отвар.
Вернулся я с дымящейся кружкой и подал ее маире ле Гранж, жмущейся у стенки на кровати.
– Джису, дорогая, – мягко начал я, – твои друзья и команда «Рассветного луча» тоже... Эм-м... Мы могли бы отыскать их на рыночной площади?
Маира ле Гранж покачала головой, а кружка в ее руках дрогнула.
– Пей, дорогая, пей, это целебный отвар, тебе станет легче. Может быть ты видела, куда их увели? – Я все еще теплил в душе надежду, что хоть кому-то удалось избежать смерти.
Она бросила на меня странный, полный злости взгляд и неожиданно рассмеялась. Заливисто, громко, звонко – так смеятся благородным девам не пристало. Секунды шли, Тэхен и Лалиса недоуменно переглядывались, я же протянул было руку, но Джису вновь дернулась от меня, расплескав остатки отвара.
– Не трогайте меня! – взвизгнула она. – Видела ли я? Хотите знать, что именно я видела?!
– Кого, – поправил я настойчиво, – Ливемсира, быть может? Элиниэль? Капитана Лаирасула?
– О, капитана? Да-а-а, капитана видела, – она болезненно усмехнулась, а потом вдруг рявкнула: – Но не того!
Джису со злостью запустила кружку в стену. Потом снова хохотнула и принялась судорожными движениями переплетать косу.
– Маира ле...
– Еще разочек, медуза вислоногая... – Она дернула себя за волосы вырывая светлый клок. – Еще разочек.
– Эй, успокойся! – подскочил к ней Тэхен и перехватил за запястье, не давая драть косу. – Все позади, все уже в прошлом...
Она распахнула рот в крике, но звука не было. Глаза ее закатились, и смотреть на это было страшно. Я не выдержал, обхватил маиру ле Гранж под грудью, она выгнулась дугой, но я все равно держал и насильно передавал ей целебную силу природы, шепча сонное заклинание. И только когда она обмякла в моих руках, произнес:
– Такое не просто растворить в тумане прошлого, Тэхен.
– Ублюдки, – прорычал он, помогая мне уложить Джису в кровать. Его тонкие девичьи руки тряслись. – Твари. Скоты.
– Они... Они...? – Лалиса, стоящая у окна, всхлипнула, и по смуглой коже дроу потекла слеза.
– Со временем ей станет легче. Когда-нибудь... – Я поднялся и принялся вышагивать по комнате. – Но чтобы это время наступило, нам надо завершить наши дела здесь. Итак, что у нас есть?
– Работорговец сообщил, что корабль «Буйная Изольда» через пять дней отплывает на запад, – Тэхен выдохнул и перешел на деловой тон. – Это же тот корабль, что на вас напал. Может, пленные эльфы еще на нем?
– А другие адепты? – вмешалась Лалиса. – Нас ведь одиннадцать было.
– Наверняка и они, – успокоил ее Тэхен. – Вдруг эти нелюди хотят получить за пленников выкуп?
– Сомнительно. В нашу акваторию они зайти не посмеют, как и в Сивельскую. Они хоть и пираты, но не идиоты. Грозовая магия сильна в свободных морских просторах, но ограничена Барьерами.
– Это та воздушная стена, сквозь которую мы со скрежетом проплывали? – уточнил Тэхен.
Я кивнул. А Лалиса, присевшая на край кровати, вдруг издала короткий смешок.
– Вот только ты в истерику не впадай, окей? – Тэхен плюхнулся перед ней на пол, повернувшись спиной. – На вот лучше лохмы мои-свои обратно заплети, а то я чесслово обрежу их к чертям собачьим.
– Только посмей! Сейчас все приберу. – Она запустила руки в каштановые волосы на голове иномирянина. – И истерить я не собиралась. Просто вспомнился ректор Райдонс, который так величественно парил в небе, закрывая солнце. Как он взмахом широких крыльев направил воздушный поток в паруса «Рассветного луча». Традиция – на удачу, – она снова не сдержала смешка. – Нет, ну каков подлец, а?
Я выслушал их рассказ и покачал головой. Все же надеялся, что впечатлительная маира обозналась или что-то напутала. Не мог дракон, да еще и ректор сивельской академии водить дружбу с пиратами. Это все равно что мучиться от жажды, но дойдя до ручья, броситься лизать с камней соль.
– Ладно. – Я решительно сжал кулаки, переходя ближе к делу. – У нас есть пять дней, чтобы все выяснить, или... или же угнать «Изольду».
– Джин, не кипишуй, – остудил мой пыл Тэхен, – для начала и вправду лучше все выяснить. Мы влипли в эту историю и будем держаться вместе. Но посмотри на нас – в таком виде мы на подвиги не способны. Дождемся Дженни, заставим ее если не отправить меня домой, то хотя бы поменять нас обратно. С телом дроу я управлялся лучше, чем с девчачьим.
В речи иномирянина хоть и проскальзывали диковинные слова, однако он говорил верные вещи. Лалиса тоже поддержала эту идею:
– Согласна с Тэхеном. Я хочу назад в свое тело, – кивнула она и потупилась под моим взглядом. Видеть такую естественную девичью реакцию в исполнении здоровенного дроу – та еще странность.
– А ведьма-то где? – поинтересовался я. – Хотел бы я взглянуть на столь редкий экземпляр.
– Еще утром ушла записываться на прием к Крэйгу. В местную библиотеку. Так и не вернулась.
– Джин, ты ведь туда же ходил, – напомнил Тэхен. – Не видел...
– Uquetima, ukarima... – протянул я и потер виски. – Только не говорите, что это та наглая девица с растрепанным пучком на голове...

Замок Крэйга, остров Дохлый Кит. Владения пиратов

Я остановился в центре мощеной площади возле огромного пня, отдавая дань уважения давно почившему онодриму:
– Quel kaima, Ent[13].
Нам довелось говорить однажды, в те далекие времена, когда я был совсем юн, онодрим – раскидист и мудр, а небо над Изола-Неббиосой рассекали рубиновые крылья грозовых драконов.
Я развернулся и зашагал к главному входу в замок, бросив мимолетный взгляд на боковую дверь, что вела на маяк. Бледный свет молодой луны обнимал тянущуюся к звездам башню, даря старым каменным стенам холодный сине-голубой оттенок. С моря тянуло солью, прохладой и свободой. Но я не мог позволить себе такой роскоши. Долг и ответственность перед страной и своим народом толкали вперед, в логово врага.
– Мне назначено на восемь, – проинформировал я пиратов, охранявших вход.
– Метку, – потребовал один из здоровяков. Он взглянул на змею, охватывающую мое запястье, и одобрительно кивнул.
– Раз назначено на восемь, то и восемь золотых за вход, – осклабился другой пират.
– Запись в Утренней Книге покрывает эти расходы, – надменно бросил я и мысленно поблагодарил Тар-Суриона за подробные инструкции, позволяющие избежать дыр в карманах. – Можем, конечно, прояснить этот момент у Крэйга, если вы запамятовали.
Самодовольные улыбки сползли с лиц пиратов. Они переглянулись, и тот, что проверял метку, кивнул стоявшему поодаль юнцу:
– Томми, проводи.
Мальчишка гордо приосанился, поправил висевший на поясе кинжал и с важно-напускным видом повел меня по длинной мрачной анфиладе. Под высокими потолками подрагивали багровые грозовые люмены – монотонная трескотня чужеродной магии неприятно давила.
Мы остановились возле некогда роскошных дверей, опоясанных завитками потрескавшейся золоченой лепнины. Оттуда приглушенно доносились запахи мяса, хохот и женские подвывания. По бокам от входа была выставлена охрана, вооруженная мечами и грозовыми артефактами. Левее, у колонны, тихо перешептывались те, кому посчастливилось занять строчки в Утренней Книге.
– Ожидайте здесь, – сказал юнец и чинно зашагал обратно.
– У меня назначено на восемь, – оповестил я других просителей.
Пришлось ввязаться с ними в спор, но свое место в живой очереди я отвоевал. Пока мысленно посылал благодарности звездам и рекомендациям Тар-Суриона, двери распахнулись, наполняя анфиладу яркими запахами еды и отчаянным воплем:
– Крэйг! Хозяин! Я ваша... Я для вас! Я готовилась!
Двое стражников выволокли под руки неестественно желтовласую деву в бесстыже распахнутом на груди платье. Следом за ней вывели еще троих. На этом двери с глухим стуком захлопнулись. Я напряг слух, но хаотичные звуки пира и женских стенаний никак не складывались во что-то определенное. Однако я внезапно уловил поток чужой магии. Не грозовой, которой пропитано все вокруг. А иной, древней...
«Amlug? Ro sinome?[14]»
Мысль о том, что маира Сотье все же была права, претила. Но через минуту подтвердилась раскатистым рыком, от которого все в очереди вздрогнули. А меня захлестнули новые потоки драконьей магии. Я вел внутренний диалог с самим собой, пытаясь хоть как-то это оправдать, полагая, что, вероятно, Райдонс здесь, чтобы вызволить нас.
«Но как и когда он узнал, что «Рассветный луч» не добрался до места?»
Я принялся подсчитывать в уме дни, но двери открылись вновь. Сначала я уткнулся взглядом в массивную фигуру одноглазого мужчины. От него веяло силой, но магические потоки сбоили и не давали четкого ответа о его способностях, хотя подавляющая аура однозначно подтверждала, что это...
«О, звезды! Уж не Северный Иней ли? Помнится, я участвовал в совете целителей, когда он обратился к нам со своей хворью. Да, верно, это он. Но что Иней делает на пиратском острове?»
Вопросы так и роились в моей голове. Мог бы он нам помочь сейчас? Или же помнит былые разногласия? Драконы злопамятны, а вместо исцеления совет решил предать его суду за нарушение закона. И я поддержал это решение... От Инея ли исходила та драконья сила, что я уловил? Могла ли маира Сотье, перенервничав, перепутать его с ректором Райдонсом на площади, хоть они и разные, как пламя и лед?
Северный Иней даже не взглянул в мою сторону, прошел мимо. На полшага отставая от него, двигалась девушка лет тридцати. Внешний вид слегка потрепанный, однако она расправила плечи и гордо вскинула подбородок.
«Явно не из тех, кто там заунывно рыдал».
Замыкала процессию та самая наглая ведунья, с которой я столкнулся утром и которую так ждали Тэхен и Лалиса.
«Не ведунья – ведьма, – поправил я мысленно. – Леди Дженнифер Блумель».
Обхватив себя руками и уткнувшись взглядом в пол, она едва поспевала за спутниками. Я сделал было шаг по направлению к ведьме, но меня остановил шепоток за спиной.
– Смотри, Чонгук мяса набрал.
– Мяса? – тихо переспросил я у соседа в очереди. – Что это значит?
– На девках метки, видишь на руках? Топор значит, что они теперь в собственности Чонгука, а он – владелец ям.
– Лучше б их Милло к себе в бордель забрал, дольше б протянули, – поддакнул другой пират. – А так – мясо. Тощая так уж точно.
– Возможно ли ее как-то... выкупить? – спросил я.
– У Чонгука-то? Нет. Это против правил. Но можешь подраться вместо нее... Шесть раз. Лучше сходи на рынок – там таких девах навалом.
Я проводил троицу хмурым взглядом. В этот момент двери открылись снова. Еще двух девушек увели куда-то, а один из охранников объявил начало аудиенции. Живая очередь всколыхнулась, загудела и по одному потянулась в залу.
Распахнутые двери позволяли рассмотреть лишь центральную ее часть. Крэйга я определил сразу же и выругался про себя. Видеть на его голове искусную работу эльфийского мастера было издевкой судьбы. Свою собственную посольскую тиару, утерянную во время захвата, я не мог не узнать.
Выводили из себя и потоки чужеродной грозовой магии, безнаказанность пиратов, их смех, и то, с какой легкостью Крэйг вершил судьбы людей. Меня затопило раздражением, бессильной злобой и обострившимся чувством опасности. Из четырех просителей, занимавших очередь передо мной, троих отправили в ямы. Четвертому повезло – он пожелал поступить коком на «Грозу морей», и, выдержав длинную паузу, Крэйг все-таки удостоил его небрежным кивком.
Я стиснул зубы и вошел в залу. Кристальные часы, тоже явно эльфийской работы, висели на правой колонне и показывали начало девятого.
«Почти не опоздал», – мелькнула бесполезная мысль. Ее я быстро отогнал и сосредоточился на сидящих за столом. – Доброй ночи, господа. Я – Anarendil Ind Taur, посол эльфийских земель...
– Посол? – вскинул брови Крэйг. – Ты представляешь вражеский край сейчас?! Здесь?! Драный плавник! Ты или наглец, или полный идиот!
– Или я прибыл с миром и достойным финансовым предложением.
– Если нам что-то нужно будет от эльфов, мы сами это возьмем.
– Да! Верно! – разнеслись над столом восклицания приспешников Крэйга. – Захватим любой эльфийский корабль, если захотим.
– Это мне известно, – продолжил я, едва контролируя клокочущую в груди ярость. – Однако есть вещи... особые артефакты, которые мы не перевозим морскими путями. Что если нам заключить выгодный союз?..
Я уловил в глазах Крэйга алчный блеск.
– На что хочешь поменяться? А, нет, не говори. Знаю. На недавнюю партию остроухих, конечно же, я прав?
«Значит, кто-то еще жив».
– Верно, – кивнул я.
– И что? Эльфы готовы распрощаться с ценными артефактами, которые берегли веками? Отдать их нам в руки. Добровольно усилить нашу мощь и влияние? Заманчиво, но... Рассчитываешь, что тебе здесь хоть кто-то поверит?
Я повернул голову и в упор взглянул в янтарно-желтые глаза.
– Райдонс Пламенный Закат может подтвердить, что мое слово нерушимо. Так ведь... друг?
Злобное рокочущее рычание огласило залу.
– Бездна, Пламенный, не бесись ты так! – ухмыльнулся Крэйг. – Твое настоящее имя я уже давно выяснил. Что скажешь про этого? – Он кивнул на меня. – Врет?
– Сокджин действительно посол эльфийского края, – кивнул Райдонс, на скулах и лбу у которого проступили золотистые чешуйки. – У него есть связи и возможности, вероятнее всего, и доступ к редким артефактам. Но эльфы хвалятся своей мудростью, и велика вероятность, что смогут переиначить условия сделки с выгодой для себя.
– Много слов, Пламенный, ты не в ака... а, неважно. Тогда будем считать, что врет.
«Маира Сотье оказалась права. Теперь я убедился в этом лично».

13.Спи спокойно, Энт. (пер. с эльфийского)
14.Дракон? И он здесь? (пер. с эльфийского)