Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 34: Точка невозврата
Воздух в «Алтаре» был пропитан запахом жженого масла и озона. Каролина неслась по узкой бетонной ленте, которая извивалась над черной пастью карьера. Каждый её вираж был на грани физики — байк опасно кренился, почти касаясь колесами пустоты.
Толпа, собравшаяся на безопасном расстоянии от опасного участка, в едином порыве вскочила с мест. Люди кричали, в их голосах слышался неподдельный ужас:
— КАРА! СБАВЬ СКОРОСТЬ! ТЫ ЖЕ ПОГИБНЕШЬ! ОСТАНОВИСЬ!
Каролина слышала этот гул, но для неё он был лишь низкочастотным фоновым шумом, как жужжание насекомых. В её сознании осталась только красная черта на спидометре. Ей казалось, что если она ускорится еще немного, то пробьет завесу реальности, и вся её боль, вся эта невыносимая тяжесть предательства и одиночества, просто испарится, оставив лишь чистый свет.
Она вдавила рычаг газа до самого упора. Мотор взвыл на запредельных оборотах — звук был таким высоким, что казалось, будто сам металл стонет, не выдерживая нагрузки.
— КАРА, СБАВЛЯЙ СКОРОСТЬ!!! — вопил в микрофон ведущий, вцепившись в стойку ограждения. — ЭТО БЕЗУМИЕ! ТЫ НЕ ВЫЙДЕШЬ ИЗ ЭТОГО ПОВОРОТА!
Но Каролина не слушала. Её глаза были широко распахнуты, слезы высохли на ветру, превратившись в соленые полосы на щеках. Она видела лишь следующий изгиб трассы, который приближался с пугающей, нечеловеческой быстротой.
Она не просто ехала — она бросала вызов судьбе, Богу, Адель и самой смерти.
И зря...
В тот момент, когда она вошла в финальную, самую крутую петлю «Алтаря», под передним колесом предательски хрустнул кусок старого, рассыпающегося от времени бетона.
Время замедлилось. Каролина почувствовала, как руль дернулся в руках, пытаясь вырваться. Байк потерял сцепление с дорогой. В долю секунды она поняла: она перешла грань. Она больше не летела — она падала.
Мир вокруг завертелся в бешеном калейдоскопе огней, камней и темноты. Мотоцикл, потеряв управление, вильнул хвостом и со страшной силой врезался в боковой отбойник, который не был рассчитан на такой удар.
Грохот металла, скрежет рвущегося железа и пронзительный крик Каролины, который утонул в наступившей внезапно, оглушительной тишине, накрыли аэродром.
Наступила тьма, такая же глубокая и холодная, как та, от которой она пыталась убежать. А потом — тишина, нарушаемая лишь одиноким тиканьем остывающего мотора, где-то там, внизу, в глубине карьера.
Комментарии