«Обгон сердца»|Адель Шайбакова

Настя побежала,её лицо было бледным от ужаса. Она бросилась к Каролине, которая пыталась сделать шаг, но её ноги подогнулись.

— О господи, Каролина!! Ты вообще думаешь, что делаешь?! — Настя подхватила подругу под локти, оглядывая порванный комбинезон и кровоточащий висок. — Ты же могла разбиться!

— Да всё нормально... — Каролина поморщилась, пытаясь высвободиться. — Всего лишь пара царапин.

— Нормально?! Ты еле идешь! — голос Адель прозвучал над ними как раскат грома. Шайбакова подошла решительно, её кулаки были сжаты, а в глазах читалась смесь ярости и скрытого облегчения. Не дожидаясь согласия, Адель подхватила Каролину под колени и спину, легко поднимая её на руки.

— Эй!! Отпусти! Я сама могу! — Каролина задергалась, но тут же охнула от резкой боли в бедре.

— Успокойся! — отрезала Адель, даже не взглянув на неё. Она несла Каролину к своей машине, словно та была сделана из хрусталя. — Ты сегодня достаточно натворила дел. Настя, проверь её байк, если что-то осталось живое — погрузи в фургон.

Настя проводила их взглядом, качая головой. Она видела, как холодно-грубая Адель сейчас бережно усаживает Каролину на пассажирское сиденье, закрывая дверцу так мягко, будто та могла рассыпаться.

Утро следующего дня началось для Каролины с запаха антисептика и резкого солнечного света. Она лежала в своей комнате в общежитии, всё тело ныло, как будто её переехал каток. Висок был заклеен пластырем, а нога перебинтована.

Дверь тихонько скрипнула, и в комнату вошла Адель. В руках у неё был поднос с кофе и какими-то таблетками. Она выглядела не как обычно — никаких кожанок и дерзости, только растянутая футболка и растрепанные после сна волосы.

— Проснулась? — Адель поставила поднос на тумбочку и присела на край кровати. Она внимательно посмотрела на Каролину, и в этом взгляде больше не было той колкой ненависти, которая сопровождала их встречи в коридорах университета.

— Сколько времени? — прохрипала Каролина.

— Достаточно, чтобы ты пропустила первую пару, — Адель осторожно коснулась пальцами пластыря на её виске. — Врач сказал, что у тебя сильный ушиб, но кости целы. Ты родилась в рубашке, Белова.

Каролина замерла под её прикосновением. Холодная и грубая Адель, которая ещё вчера хотела вышвырнуть её из гонок, сейчас смотрела на неё с такой уязвимостью, что Каролине стало не по себе.

— Зачем ты это делаешь? — спросила Каролина, глядя прямо в глаза Шайбаковой. — Ты же ненавидишь меня. Ты же хотела, чтобы я ушла.

Адель замолчала, её челюсть сжалась. Она отвела взгляд, глядя в окно на оживленный кампус.

— Я ненавижу то, что ты делаешь со мной, — наконец тихо произнесла Адель, поворачиваясь к ней. — Ты не даешь мне покоя. Вчера, когда ты летела по трассе... когда ты упала... я в жизни так не пугалась.

Она взяла руку Каролины и прижала её к своей груди, где бешено колотилось сердце.

— Я не хочу, чтобы ты уходила из гонок, Белова. Я хочу, чтобы ты была рядом. Чтобы я могла... ну, следить за тобой.

Каролина усмехнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло.
— Следить? А если я не дамся?

— А я не спрашиваю, — Адель снова стала прежней, с той самой дерзкой ухмылкой, и её пальцы мягко провели по ладони Каролины. — Ешь. И не спорь. У нас сегодня зачет по дизайну, и я не позволю тебе его завалить.