Юдзуки и Курама | Очень приятно,Бог

Прошло несколько дней.

После истории с печатью жизнь в храме внешне вернулась к обычному ритму.

Но только внешне.

Юдзуки заметила, что Томоэ стал внимательнее.

Если раньше он спокойно позволял ей уходить одной, теперь почти всегда спрашивал, куда именно она собирается.

Если она возвращалась позже обычного, встречал у ворот.

Если чувствовал рядом незнакомую энергию, первым делом проверял, где она.

Юдзуки это раздражало.

Очень.

- Я не маленькая, - напомнила она ему однажды вечером.

- Знаю.

- Тогда почему ты следишь за мной?

- Я не слежу.

- Ты стоял возле ворот двадцать минут.

- Совпадение.

- Конечно.

Томоэ отвернулся.

- Просто возвращайся до темноты.

- Хорошо.

- И не уходи далеко.

- Хорошо.

- И-

- Томоэ.

Он посмотрел на неё.

- Я поняла.

- Хорошо.

Юдзуки вздохнула.

- Иногда ты хуже любого родителя.

- Я твой брат.

- Именно.

Он улыбнулся.

Но Юдзуки всё равно заметила тревогу в его глазах.

И от этого ей стало не по себе.

───

В тот же вечер Нанами получила письмо.

Обычное, на первый взгляд.

Белый конверт.

Без подписи.

Он лежал на ступенях храма.

Нанami подняла его и нахмурилась.

- Странно.

Мидзуки выглянул из-за двери.

- Что?

- Не знаю.

Он подошёл.

- Дай посмотреть.

Нанami передала письмо.

Мидзуки понюхал конверт.

- Ёкайская энергия.

- Я тоже чувствую.

Он раскрыл письмо.

Внутри был всего один лист.

И несколько слов.

«Старая кровь проснулась».

Мидзуки нахмурился.

- Это не нравится мне.

Нанami позвала Томоэ.

Через несколько минут он уже стоял рядом.

Прочитал.

И сразу изменился в лице.

- Где ты это нашла?

- На ступенях.

- Кто-нибудь видел?

- Нет.

Томоэ сжал письмо.

- Нужно предупредить Юдзуки.

Нанами удивилась.

- Почему её?

- Потому что это может быть связано с её родом.

- Ты думаешь...

- Пока ничего не думаю.

Мидзуки посмотрел на него.

- Но ты знаешь больше, чем говоришь.

Томоэ промолчал.

Нанami внимательно посмотрела на него.

- Томоэ.

Он закрыл глаза.

- Есть вещи, о которых я не хотел рассказывать Юдзуки.

- Почему?

- Потому что она слишком молода.

- Она уже давно не ребёнок.

- Я знаю.

- Тогда пора ей всё объяснить.

Томоэ тяжело вздохнул.

- Возможно.

───

Юдзуки в это время была в своей комнате.

Она сидела на полу, окружённая нотными листами.

Перед ней лежала гитара.

Юдзуки пыталась придумать новую мелодию.

Но ничего не получалось.

Каждый раз мысли возвращались к последним словам Курамы.

«Ты сильнее, чем кажешься».

Она сама не понимала, почему именно эта фраза так зацепила.

Юдзуки провела пальцами по струнам.

- Сильнее...

Она задумалась.

Затем услышала стук.

- Войдите.

Дверь открылась.

Нанами.

- Можно?

- Конечно.

Нанami села рядом.

- Ты занята?

- Пытаюсь написать музыку.

- Получается?

- Не очень.

- Почему?

- Голова занята другим.

Нанами улыбнулась.

- Курамой?

Юдзуки резко посмотрела на неё.

- Что?!

- Ничего.

- Почему ты так решила?

- Ты покраснела.

- Здесь жарко.

Нанами посмотрела в окно.

- На улице холодно.

- Мне всё равно жарко.

Нанами тихо рассмеялась.

- Ладно.

Юдзуки нахмурилась.

- Он меня раздражает.

- Я знаю.

- Очень сильно.

- Знаю.

- И вообще он ужасный.

- Хорошо.

- Почему ты так улыбаешься?

- Просто.

Юдзуки вздохнула.

- Вы все сговорились.

- Возможно.

Они засмеялись.

Но затем Нанami стала серьёзнее.

- Юдзуки.

- Что?

- Я хотела кое-что спросить.

- Спрашивай.

- Ты знаешь что-нибудь о своей семье?

Юдзуки нахмурилась.

- В каком смысле?

- О происхождении твоего рода.

- Не особо.

Она задумалась.

- Томоэ рассказывал только то, что наши родители были ёкаями.

- И всё?

- Да.

Нанami замолчала.

- Почему?

- Просто интересно.

Юдзуки посмотрела на неё.

- Ты что-то знаешь?

Нанами не ответила.

И этого было достаточно.

- Нанами.

- Я не уверена.

- Но что-то знаешь.

Нанami тяжело вздохнула.

- Сегодня пришло письмо.

Она рассказала.

Юдзуки внимательно слушала.

Когда услышала фразу про старую кровь, у неё внутри всё похолодело.

- Это связано со мной?

- Возможно.

- Почему ты так думаешь?

- Томоэ так думает.

Юдзуки замолчала.

Конечно.

Опять Томоэ.

Он знал.

И снова молчал.

- Где он?

- Во дворе.

Юдзуки поднялась.

- Я поговорю с ним.

───

Томоэ сидел возле дерева.

Он будто ожидал её.

- Нанами рассказала?

- Да.

- Понятно.

- Что значит «старая кровь»?

Томоэ молчал.

- Томоэ.

- Юдзуки...

- Нет.

Она села напротив него.

- На этот раз я хочу правду.

Он посмотрел ей в глаза.

И понял, что отговориться не получится.

- Наш род старше, чем ты думаешь.

- Насколько?

- Очень.

- И?

- Твоя мать происходила из древнего лисьего рода.

Юдзуки нахмурилась.

- Какого?

- У этого рода была особенность.

- Какая?

Томоэ вздохнул.

- Они обладали необычной духовной силой.

Юдзуки посмотрела на свои ладони.

- Поэтому ты сказал, что моя энергия изменилась?

- Да.

- Когда?

- После твоего совершеннолетия.

- Почему?

- Я не знаю.

- Ты опять говоришь «не знаю».

- Потому что это правда.

Юдзуки встала.

- И что теперь?

Томоэ поднял взгляд.

- Теперь мы должны быть осторожнее.

- Потому что за мной могут прийти?

- Возможно.

- Кто?

Томоэ промолчал.

Юдзуки сжала кулаки.

- Томоэ!

- Я не знаю!

Он впервые повысил голос.

Юдзуки замерла.

Томоэ сразу отвёл взгляд.

- Прости.

Юдзуки тихо сказала:

- Я не хочу, чтобы ты снова всё скрывал.

Он посмотрел на неё.

- Хорошо.

- Обещаешь?

- Обещаю.

───

Позже Юдзуки вышла во двор.

Ей хотелось воздуха.

Она была зла.

На Томоэ.

На ситуацию.

На себя.

На то, что её жизнь вдруг оказалась намного сложнее, чем она предполагала.

Она села на ступеньки.

- Ты плачешь?

Юдзуки мгновенно вытерла глаза.

- Нет.

Курама стоял неподалёку.

- Тогда почему у тебя мокрые глаза?

- Аллергия.

- На что?

- На тебя.

Курама улыбнулся.

- Смешно.

- Уходи.

Он не ушёл.

Сел рядом.

Юдзуки отвернулась.

- Я серьёзно.

- Я тоже.

- Курама...

- Нанами рассказала мне.

Юдзуки замолчала.

- Конечно.

- Ты злишься?

- Да.

- На кого?

- На всех.

Курама посмотрел вперёд.

- Иногда это проще, чем признаться, что тебе страшно.

Юдзуки замерла.

- Мне не страшно.

- Врёшь.

- Почему ты всё время это говоришь?

- Потому что ты плохо врёшь.

Она тихо усмехнулась сквозь слёзы.

- Ты ужасный психолог.

- Я не психолог.

- Заметно.

Они снова замолчали.

Через некоторое время Юдзуки сказала:

- Я не хочу, чтобы меня защищали.

- Почему?

- Потому что всю жизнь Томоэ меня защищал.

- И?

- Я хочу хоть раз сама решить, что делать.

Курама посмотрел на неё.

- Тогда решай.

- Что?

- Никто не запрещает.

Юдзуки задумалась.

- А если я ошибусь?

- Ошибёшься.

Она удивлённо посмотрела на него.

- И всё?

- И всё.

- Ты совсем не умеешь успокаивать.

- Зато честно.

Юдзуки впервые за вечер улыбнулась.

- Спасибо.

Курама пожал плечами.

- Не за что.

Он достал из кармана маленький предмет.

Тот самый, который показывал ей несколько дней назад.

- Вот.

Юдзуки посмотрела.

- Что это?

- Медиатор.

Он был простой.

Небольшой, аккуратно вырезанный, с тонким узором в виде лисьего хвоста.

Юдзуки осторожно взяла его.

- Ты зачем мне его даёшь?

- Ты играешь на гитаре.

- Это я знаю.

- Поэтому.

Она провела пальцем по узору.

- Ты сам сделал?

- Да.

Юдзуки посмотрела на него.

- Зачем?

Курама пожал плечами.

- Просто хотел.

Она сжала медиатор в ладони.

Почему-то от этого простого подарка стало теплее.

- Спасибо.

- Не потеряй.

- Не потеряю.

Курама встал.

- Тогда спокойной ночи.

Юдзуки посмотрела ему вслед.

- Курама.

Он обернулся.

- Да?

- Мне нравится.

Он улыбнулся.

- Я знаю.

И ушёл.

Юдзуки снова посмотрела на медиатор.

Никто не мог объяснить, почему именно эта маленькая вещь со временем станет для неё особенной.

Но уже сейчас она понимала:

это был первый подарок от Курамы, который она сохранила бы любой ценой.

И, возможно, первый момент, когда её неприязнь к нему начала понемногу трескаться.