Даже Малфой способен любить.

Третье утро после взрыва начиналось так же, как и два предыдущих.

За высокими окнами медленно занимался рассвет.

Первые солнечные лучи осторожно скользили по каменным стенам больничного крыла, окрашивая их в мягкий золотистый цвет. В длинном помещении стояла почти идеальная тишина. Лишь где-то в дальнем углу тихо потрескивали свечи, а старинные часы на стене размеренно отсчитывали секунды.

Запах лекарственных трав смешивался с ароматом свежезаваренных зелий.

Для мадам Помфри это было самое обычное утро.

За долгие годы работы она привыкла начинать день одинаково.

Сначала обход всех пациентов.

Проверка температуры. Смена повязок. Новые отвары.

Затем - записи в журнале.

И только после этого она неизменно подходила к одной и той же кровати.

К кровати, возле которой последние два дня задерживалась дольше всего.

Мирабель Блэквуд.

Целительница остановилась рядом и внимательно посмотрела на девушку.

За прошедшие два дня её лицо стало немного менее бледным.

Дыхание оставалось ровным. Магическое истощение постепенно отступало. Но сознание так и не возвращалось.

Мадам Помфри тяжело вздохнула.

За свою жизнь она повидала немало подобных случаев.

Иногда пациенты приходили в себя уже через несколько часов. Иногда требовались дни.

А порой...

Она не любила вспоминать те случаи.

Осторожно поставив поднос на соседнюю тумбочку, целительница привычным движением коснулась палочкой повязки на голове девушки.

Белая ткань сама собой ослабла и медленно развернулась. Под ней виднелся почти затянувшийся порез.

- Хорошо... - тихо произнесла мадам Помфри скорее самой себе. - Заживает значительно быстрее, чем я ожидала.

Она смочила бинт специальным настоем из бадьяна и диктамна, после чего снова аккуратно перевязала голову Мирабель.

Каждое движение было осторожным. Почти материнским.

- Надеюсь, сегодня ты всё-таки решишь открыть глаза, дитя...

Ответом ей, как и прежде, была тишина. Мадам Помфри грустно улыбнулась.

- Я ведь знаю, что ты меня не слышишь.

Но разговаривать с пациентами всё равно полезно. Кто знает...
Возможно, где-то глубоко внутри они всё понимают.

Она подняла палочку.

Тонкая золотистая нить сорвалась с её конца и медленно окутала тело девушки.

Заклинание диагностики.

Золотистое свечение плавно скользило по рукам, плечам, груди, задержалось возле головы и постепенно исчезло.

Мадам Помфри внимательно наблюдала за каждым изменением.

- Магический фон почти восстановился.Очень хорошо,
ещё немного..

Она сделала запись в журнале. Затем осторожно поправила одеяло. И уже собиралась перейти к следующему пациенту.

Но вдруг остановилась.

Показалось?..

Она медленно повернулась обратно. Несколько секунд внимательно смотрела на неподвижную руку девушки.

Ничего.

Наверное, действительно усталость начала играть с ней злую шутку.

За последние двое суток она почти не спала.

Целительница уже сделала шаг в сторону. И в этот момент безымянный палец Мирабель едва заметно дрогнул. Совсем чуть-чуть.

Настолько слабо, что любой другой человек принял бы это за случайное движение.

Но мадам Помфри сразу замерла. Сердце пропустило удар. Она быстро подошла обратно.

- Мисс Блэквуд?..

Ответа не последовало. Лишь привычная тишина.

Прошла секунда. Потом ещё одна.

Внезапно дрогнули ресницы. Совсем немного.

Будто девушка пыталась проснуться после долгого, очень тяжёлого сна.

- Ну же...

Мадам Помфри осторожно присела рядом.

- Давай. Я знаю, что ты можешь.

Лицо Мирабель едва заметно изменилось. Брови слегка нахмурились. На лбу появилась тонкая складка.

Она будто пыталась выбраться из густого тумана, который не отпускал её уже несколько дней.

Дыхание стало глубже. Пальцы снова пошевелились. На этот раз чуть увереннее.

Мадам Помфри почувствовала, как внутри медленно начинает разливаться облегчение.

Она столько ждала этого момента.

Ресницы снова дрогнули. Один раз. Другой.

И наконец Мирабель очень медленно открыла глаза.

Яркий солнечный свет сразу же больно ударил по глазам.

Она тихо поморщилась и снова крепко зажмурилась.

Веки казались невероятно тяжёлыми. Будто на них лежали камни. Голова гудела. Каждый звук отзывался тупой болью где-то в висках. Казалось, даже собственное дыхание было слишком громким.

- Не спешите, - мягко сказала мадам Помфри, осторожно коснувшись её плеча. - Всё хорошо. Вы в безопасности.

Мирабель сделала глубокий вдох.

Во рту было сухо. Горло неприятно саднило.

Она снова попробовала открыть глаза. На этот раз получилось немного лучше.

Перед ней всё ещё расплывались белые пятна.

Потолок. Шкафы. Окно. Чьи-то размытые очертания.

Она несколько раз медленно моргнула. Постепенно изображение становилось чётче.

Первым, что она увидела, было встревоженное лицо мадам Помфри.

Целительница улыбалась. Но в её глазах отчётливо читалось облегчение. Такое сильное, будто она сама всё это время боялась потерять пациентку.

- Где... я?..

Слова дались с огромным трудом. Голос оказался настолько слабым и хриплым, что больше напоминал шёпот.

Мадам Помфри сразу налила в небольшой стакан воды и осторожно помогла девушке сделать несколько глотков.

Прохладная вода немного облегчила неприятное чувство в горле.

- Вы в больничном крыле Хогвартса, мисс Блэквуд. Не пытайтесь вставать. Ваш организм ещё слишком слаб.

Мирабель медленно кивнула. Она попыталась приподняться хотя бы на локтях. И тут же пожалела об этом.

Резкая боль пронзила голову. Перед глазами снова всё поплыло. Комната будто качнулась. Она тихо застонала и бессильно опустилась обратно на подушку.

- Осторожнее. Я же предупреждала. У вас сильное сотрясение и тяжёлое магическое истощение. На восстановление потребуется время.

Мирабель закрыла глаза. Она пыталась понять, что произошло.

Мысли путались. В голове всплывали лишь отдельные обрывки.

Подземелье. Урок зелий. Запах полыни. Голос профессора Снейпа. Потом... Драко Малфой.

«Неужели ты никогда не устаёшь быть идеальной?»

Она резко распахнула глаза.

Ложечка. Порошок. Зелёная вспышка. Взрыв. Оглушительный звон. Падение. Темнота.

Сердце забилось быстрее.

- Взрыв...

Едва слышно прошептала она.

Мадам Помфри понимающе кивнула.

- Да. Но сейчас вам не стоит заставлять себя вспоминать всё сразу. Самое страшное уже позади. Главное, что вы пришли в сознание.

Она с облегчением улыбнулась.

- Думаю, некоторые ученики будут счастливы узнать, что вы наконец открыли глаза.

С этими словами целительница направилась к двери, чтобы сообщить профессору Снейпу долгожданную новость.

А Мирабель осталась лежать, задумчиво глядя в потолок.

За окном светило яркое июньское солнце. Где-то вдалеке раздавался смех учеников. Замок жил своей обычной жизнью.

И только сейчас Мирабель поняла, что для неё эти два дня словно исчезли.

Будто кто-то просто вычеркнул их из её жизни, оставив после себя лишь боль, пустоту и множество вопросов, на которые ей ещё только предстояло найти ответы.