А может все-таки судьба?

Автор.

В доме все постарались не наколять обстановку что и так взлетела до небес когда Валера появился на пороге под рукой с новой девушкой и из-за того, как маленькая девочка подбежала к Саше называя таким громким и режущим словом для Туркина «мама».

Соколова взяла ладонь дочери в свою и пошагала обратно в зал, к отцу, к дяде стараясь унять ураган ненависти и обиды, Ника быстро отвлеклась от гостя и снова взялась за ёлку, Ира оставила Вахита и новую пару чтоб найти Сашу.

— Саш, ты как вообще? – взглянув на подругу что жадно пила воду из длинного стакана спросила Павлова.

— Все отлично, меня он больше не интересует – на удивление Иры голос Саши прозвучал умиротворенно даже через чур — Я пойду переоденусь.

Саша забрала с собой стакан с водой и поднялась на третий этаж нового дома ее родителей, им с дочкой досталась просторная комната чуть дальше от остальных и она была этому рада. Хотелось чтоб Вероника заснула спокойно несмотря на шум что будут создавать взрослые в праздничнюю ночь.

Соколова села на мягкий пуфик стоящий у туалетного столика взглянула на себя в зеркало тяжело и одновременно гордо выдохнула. Гордо — потому, что она не была до конца уверенна что сможет вот так уйти, спокойно, без драмы, истерик и криков.

Тяжело — потому, что вчерашние слова отца впились ей в голову «Ника растёт и скоро будет задавать вопросы». Да, она понимала что сначала Вероника будет спрашивать не так настойчиво но затем больше и больше и Саша не понимала как правильно объяснить все дочери.

Девушка вооружилась своей любимой косметикой купленной в городе который действительно за столько лет стал ей родным. Приводя лицо в порядок она услышала как щелкнула дверь, Саша будто в замедленной съёмке подняла взгляд и кисточка едва не выпала из рук. Это был он.

Туркин стоял с гордым и явно ненавистным выражением лица, Соколова же делала вид что его нет, вновь повернулась к зеркалу, вновь набрала продукта на кисть и продолжила. Несколько шагов и вот он рядом с ней, увидев Сашу спустя столько лет он не знал как начать разговор но на сердце мёртвым грузом лежала обида и с языка так и наравился слететь вопрос : «Как ты могла все бросить и уехать когда меня подстрелили?»

Он злился, в первый год её отсутствия Валера сходил с ума, но никому не показывал, гордость и собственное эго всегда были у него на первом месте, затем с каждым годом тоска и любовь превратились в отвращение и ненависть. Для себя Туркин решил, Саша предала его, оставила когда он был на грани жизни и смерти и такое не прощается несмотря на чувства.

Никто из них первые пять минут не решался начать диалог, Соколова продолжала наносить косметику, Валера стоял напротив неё ожидая хоть чего-то, но не выдержав сам начал разговор который если повезёт закончится не скандалом.

— Что Саша свалила, всех кинула и теперь вернулась как будто ничего не было? – пытаясь задеть девушку заговорил Туркин.

Но план Саши был куда жёстче, ничего так не ранит как делать вид что человека просто нет, что для тебя он перестал существовать. Именно этим занималась Соколова.

— Соколова, язык проглотила? – продолжал Турбо.

Холод и молчание от той, что всегда взрывалась за секунду были для парня чем-то новым и неожиданным и это новое совсем ему не нравилось.

— Я видел её, твою дочь – задевая опасную тему ухмыльнувшись произнёс Валера, Саша сжала палетку теней и он подхватил эту реакцию.

Брюнетка поняла, что если сейчас она не закончит этот разговор он свернёт в ненужное русло, в то, о котором ей не хочется говорить и что либо доказывать.

— Туркин, тебе чего? – отстранённо сказала Саша поворачиваясь к нему.

— Ответов. Как тебе жилось? Пока Ира и я могли в могиле гнить? Хорошо наверное, личную жизнь устраивала? – засыпал вопросами зеленоглазый.

Сейчас они не были той парой как пять лет назад. Это были два кардинально изменившихся человека, далёкие друг от друга, с кучей обид и недосказанностей скопившиеся за годы. Больше не было той страсти, влечение и любви, только груз прошлого и их личная вражда. Вражда между людьми которые были готовы умереть друг за друга.

Саша усмехнулась не подаваясь на подобные яду вопросы. Медленно положила кисть на стол и поднявшись подошла к нему не близко но так чтоб смотреть прямо ему в глаза.

— Прекрасно жилось, не поверишь. Не то, что раньше – врала девушка.

В голове вихрем проносились все трудности за пять лет. То как одна справлялась с беременностью, то как рожала, то как справлялась с ребёнком, не спала ночами когда Вероника капризничала, когда резались зубы и то, как она ночами плакала на кухне пока Ника спала, как скучала, как хотела рассказать и поделиться как ей тяжело, как хотела попросить о помощи.

— Оно и видно, а где твой хахаль? Или ты и от него сбежала? Это ведь твоя любимая привычка, оставлять родных и близких – Туркин знал куда бить и поэтому наносил эти удары с удовольствием.

Он хотел чтоб она ответила за ту боль что причинила ему. Но он всегда забывал то, как он поступал с ней на протяжении их отношений, как врал, как грубил, не давал спокойной жизни и то, как он легко отказался от их же ребёнка. От той самой Ники которая бегала на первом этаже дома в сиреневом платье.

— Моя личная жизнь перестала тебя касаться давным давно. Ты зачем пришел? Чтобы что? Разжалобить или разозлить? И то и другое мимо – ядовито ухмыльнувшись говорила Саша смотря в когда-то любимые зелёные глаза.

— Лично ты меня больше не беспокоишь и никогда больше не будешь. Вопрос в другом, раз здесь нет твоего хахаля, а ваши реакции и лица все показали вопрос в том, Вероника моя дочь? – этим вопросом Туркин будто приставил нож к горлу Саши, именно этого она не хотела возможно даже боялась — Если это правда, то поверь Ника останется со мной. Я сделаю все для этого.

Тёмная пелена ярости и желания защитить накрыли брюнетку так сильно от чего казалось она сама не контролировала что делала. Разбив стакан об край туалетного стола сделав некую «розочку» Саша прижала одной рукой Туркина к стене, второй приставила стекло к его шеи.

— Турбо, говорю в первый и в последний раз, не смей приближаться к моей дочери. Если я узнаю или хотя бы почувствую на доли секунд что ты что-то мутишь за моей спиной, я тебя убью и уж поверь я не шучу когда дело касается Ники. Ты понял? – вскрикнула Саша, всё таки Валера смог вывести её, показать что она еще не успела превратиться в бездушную статую. Она медленно приближала стекло ближе и ближе ожидая ответа.

— Вероника и моя дочь тоже, я имею на неё такое же право как и ты моя дорогая – вовсе не пугаясь острия у горла уверенно бросил Валера.

— А кто тебе сказал что она твоя? Где ты это услышал? – включая дурочку парировала девушка.

— Твоя бурная реакция мне об этом сказала.

— Я просто защищаю своё. Ника не твоя дочь! Её отец погиб два года назад. Все? Доволен?

— Ты думаешь я поверю в эту сказку? Я найду все доказательства и тогда будем разбираться по другому – вскинув бровью и улыбнувшись сказал Туркин.

— Вот как соберёшь тогда и будем разбираться. Вали отсюда, подойдёшь к ней и ты будешь главным блюдом на сегодняшнем столе! – все ещё угрожала Соколова отходя на несколько шагов назад.

— Смешная ты Саша – подходя к двери прошептал Турбо и перед тем как уйти снова развернулся — Улыбайся на празднике, не хочу чтоб наша дочь начала переживать.

Дверь за ним захлопнулась, Саша осталась по центру комнаты, с осколками в руке с мелкими царапинами на ладонях оставленных случайно но ничто не будет сильнее и больнее осколков в душе.

Валера подбирался слишком близко, снова был рядом, в её жизни, с угрозами, с ненавистью и враждой, но в этот раз она готова наносить удары в ответ, готова была защищаться.

Как вам глава? Пишите свое мнение и ставьте звёздочки, люблю ♡