Код Дивергента.

-Господи. -Томас выронил из рук мешок. Тело девочки было изуродованно. Сверху, к толстой ветке были прибиты руки, в которые воткнули две стрелы. Само туловище обернули в рыболовную сеть, подвесив ловушку за ветку, а лицо, казалось, все истыкали клинками. В один глаз вонзили нож, и теперь, все лицо покрылось кровавыми отпечатками.
Тереза вскрикнула, прикрыв рот ладонями и пустив слезы, согнулась в коленях. Томас медленно подошел к трупу, стараясь не поддаваться эмоциям. Внимательно рассматривая стрелы, дабы убедиться что они были выпущены не от Китнисс, Том вскинул брови. Одного пальца на правой руке на хватало, и это многое может говорить.

В глейде воцарило молчание. Казалось, даже гриверы остановились, будто бы тоже узнали о несчастной смерти. Он больше не мог сдерживаться, и дав волю эмоциям, по щеке Томаса потекла слеза. Китнисс, прибывшая только что, спрыгнула с ветки.

Нет, она не Тереза, и не выжидая момента, девушка сразу же подбежала к дереву.

-Китнисс. -Томас хотел сказать многое, но его мозг полностью перестал работать. Казалось, он стал полностью немым, и вместо слов, достав из кармана ножик, просто срезал сеть. Аккуратно достав стрелы, держа легкое тело, он положил девочку на высокий камень, покрытый мхом. Толи от самой Руты, толи от воспоминаний о Эмбер Коул его сердце сжалось.
Китнисс приподняла труп, положив себе кудрявую голову на руки, и тихо напевала себе под нос детскую колыбельную.

У Руты действительно был отрезан палец, и от этого мозг начинал закипать. Томас попытался вспомнить всех профи, что были возле рога. Нет, она не отрезала его сама, это была пытка, но теперь же возникает новый вопрос. Ради чего?
Если ее действительно пытали, то у этого должна была быть цель, и учитывая то, что союзников нету, цель была выполнена.

-Дерево висельника. -Тихо прошептала Китнисс, спустив тело в воду. В этой части глейда жидкость поднялась не так высоко, из-за чего Рута наполовину выплывала из воды. Размяв ноги, Китнисс отошла на несколько метров от бывшего лагеря, и принялась собирать белые, словно кремовые цветы.
Около получаса девушка собирала цветы, поднося их к мертвому телу и раскладывая вокруг маленькой Руты.

-Надо уходить. -Сказала союзница, и окровавленной стрелой выцарапала на стволе дерева стрелку к Востоку.
-Зачем им было уходить? Может быть они все мертвы. -Приподняла брови Тереза, подойдя к стене лабиринта и проверив тайник. Оружие стало гораздо меньше, но некоторое все еще оставалось на месте. Остается надеяться что Эл смогла всех спасти, и они действительно всего лишь ушли в другую сторону. -Кстати, что в пайке? -Она указала на мешок из рога изобилия, который Томас все еще держал в руках. Ткань пропиталась кровью, а его руки превратились в фарш. Медленно, с усилиями, парень разорвал мешок.
Проволока.

-Катушка проволоки!? -Воскликнула Тереза, закрыв глаза ладонями. -Зачем! -Она подняла голову к верху и крикнула в купол, будто бы пытаясь докричаться до распорядителей.
Лес снова зашумел, а гриверы как и прежде зашагали вниз.

-Все, уходим. -Сказала Китнисс, схватив Терезу за руку и ведя за собой. Обернув катушку в разорванный мешок, Томас потопал следом, но чуть отстав и заметив в дупле дерева камеру, обернулся, и подняв три пальца кверху, при этом разогнув руку к верху, устремил взгляд в камеру. На ковчеге так делали частно. Что-то похожее на уважения, показывающего одновременно сострадание и решимость. Он не знал точного определения знака, но что то ему подсказывало что это необходимо, и он должен показать распорядителям то, чего они еще никогда не видели.
«встретимся завтра»

Гриверы остались где-то далеко, тело Руты лежит в холодной воде, а союзники пропали без останков, и сейчас, возможно, уже мертвы. Откуда у Китнисс такая сила духа, что она так уверенна в том, что все друзья ушли к другой стене, ведь как бы Томасу не было стыдно признаваться, его воля медленно отмирает. Хочется просто сесть, и больше никогда и ничего не делать. Так он и поступит.

Присев на поваленное дерево, он опустил голову вниз, давая девушкам идти без него. Вода аккуратно переливалась, мимо проплывали травинки, мусор, железки и куски трупов. Нет, не трупов, это ткань.

Мокрая, вонючая, но ткань. Темно синий кусок куртки, которые носили только эрудиты. Двое живы точно, двое союзников, и остальные кто либо не дожил до лабиринта, либо умерли возле рога. Ошибки быть не может.

-Возвращаемся! -Крикнул Томас, качая рукой, и демонстрируя найденный кусок. Похоже, даже у Китнисс закончилась выдержка, и не в силах спорить, она просто поплелась позади. Томас шёл, ведя рукой по голой стене, осматривая верхушки деревьев и лианы. Все гриверы, кажется, спустились, и теперь стена вполне могла принадлежать только трибутам.

-Томас! -Хриплый, знакомый голос позвал его. Из чащи, поддерживая друг друга выбиралась Бренда, таща на себе Минхо. -Помогите! -Крикнула она, валясь с ног. Парень медленно съезжал по спине, не подавая признаков жизни. Том подбежал к союзникам, схватив на руки и без того тяжелого Минхо. Тяжело дыша, он едва сводил концы с концами, пока Бренда пыталась отдышатся и привести себя в чувство.
-Что с ним? -Спросила Тереза, подавая подруге последнюю бутылку воды.
Бренда задернула куртку азиата, оголяя часть плеча. Чуть ли не насквозь пробитая рука, в спешке обмотанная чем попала все еще сочилась кровью.
-Надо донести его к тайнику.
-Все пропали. -Перебил Томас Бренду, осторожно поднося Минхо к стене. -Где твой мешок?
-Ох простите, у меня же проблем больше нету, только за мешком гоняюсь. Нету, пропал. -Язвительно ответила она, облокотившись на холодный бетон.

Ветра в глейде нет, однако, вглядываясь наверх, Томас заметил движение лиан. Аккуратно перебрав их, из стены высунулась рука, а затем, и вся голова.
-Забирайтесь сюда! -Малыш Чаки. Живой и невредимый. Хоть что-то греет душу. И кто же оказался в итоге прав. Китнисс или сам Томас? В любом случае оба нашли новую базу союзников, но теперь остался незаконченный вопрос. Как поднять Минхо?

Спустя несколько мучительных попыток, Томас все же нашел альтернативное решение. Подвязав его через ноги, обернув лианами под руками, и затянув жгут, заставляя парня повиснуть как на канате, Томас забрался по стене словно обезьяна, втягивая за собой тело. Времени заняло не мало. В конечном итоге, спустя пол часа Минхо доставили наверх, и теперь же, остальные миледи забрались в новое убежище.
Ничего необычного, обычная, холодная пещера, в которой союзники смогли разжечь факел в качестве освещения. Подсчитав людей, Томас изрядно обрадовался - почти все были на месте. Не хватало лишь Трис, и, конечно, бедной Руты. Все грязные и перепуганные, союзники сместились в одну общую кучу, прижавшись друг к другу и ловя контакт с прибывшими гостями.

-Ему надо помочь. -Не сказав даже привет, Томас снял с Минхо куртку, прижимая ее к кроваточашей ране, и найдя первый попавшийся рюкзак, вынул его наизнанку. Западня. Чудесной мази не осталось, лишь жалкие бинты, но и они не смогу парню как следует помочь.

-Не трать силы. -Прохрипел Минхо, схватившись за его руку. В какой-то степени он был прав. Помочь нечем, выхода нет, возможно, парню повезет больше чем остальным.
Томас приподнял друга, заставив его облокотился о холодную стены, а сам сел рядом, перебегая глазами то с Лиззи, то с Финника.

-Нас не найдут. Наверное. -Очень тихо прошептал Ньют, стараясь экономить свои силы. Кажется его изрядно задели когти гриверов. -Что было в мешке? -Спросил он, указывая пальцем на потрепанную сумку.
Томас аккуратно достал проволоку, стараясь снова не подцепить ею и так ужасные руки.

-Хорошего мало. -Будто бы заикаясь сказал Эрис, подперев голову рукой. -Нам это не нужно. -Он и вправду не мог нормально разговаривать. Клинический шок забрал у него членораздельную речь.

-Пусть будет. Надо вернуться за Трис, она наверняка осталась где-то в чаще. -Бодро сказала Тереза, допивая последний глоток воды, попутна перебирая в руках резинку для волос.
-Она знает где мы. До последнего приезда лифта, в смысле, с трибутами, все договорились, мол, что если нас не окажется на поляне, значит вернемся сюда. Она придет. -У Финника дрожали губы. Кажется, с ним тоже что-то случилось, только вот что могло вызвать у него такой холод, хотя по правде говоря, несмотря на факел, в пещере все равно было прохладно, да так, что руки начинали неметь, и одновременно гореть от боли.

Томас взглянул на Эл, прислонившуюся спиной к холодному бетону, пялившуюся в пол, на котором изрядно играли тени огня. Пустой, стеклянный взгляд отразился на все вокруг. Былая жизнерадостность, или хотя бы дерзость, присущая ей с самого первого дня их знакомства, незаметно откатила за оболочку тоскливости и пустоты в душе. Конечно, силы у всех на исходе, тем-более когда вся ситуация сопровождается криками погибающих трибутов, и стонами умирающего Минхо, но Томас был уверен, даже в такой ситуации она нашла бы выход.

-Что с ней? -Осмелился он на вопрос, поймав с Эл зрительный контакт. -Рута. Вы знаете что с ней? -Томас завертел головой по разным сторонам. От его слов Китнисс передернуло, Тереза бросила головой в сторону, и сразу же опустила ее вниз, а Финник, сведя брови, моментально поджал губы.
-Это не профи, ты на них не думай. Мы собирались отходить когда гриверы начали спускаться, но, понимаешь, она отстала и ее схватили. Это кто-то от распорядителей, ну, по крайней мере мы так думаем. Никто больше не осмелился бы на это. Даже профи. -Финник сморщил лицо, покрепче обхватив свое колено, и немного помолчав, продолжил. -Они, конечно, жестокие, но все еще трибуты, и все еще на голодных играх. Даже Катон бы не сделал такое, не смог бы. -Томас много раз размышлял над этим. Да, Финник прав. Катон может быть и полная тварь, но он все еще остается бедным парней, пытающимися выжить за счет своей победы. Кем бы он не был на арене, по фактам, в глубине души все эти ребята еще дети, отворачиваются при виде крови, и мечтающие вернутся домой. -Им нужна была не она. Не Рута. -Продолжил Финник, перебив внутренние мысли Томаса. -Это месть. Зачем им было убивать эту девочку? Для чего. Зато для несчастного случая Эл было полно оправданий. И если бы умерла она, распорядители насладились двойной победой, зная как ты быстро привязываешься к людям. Томас, они ведь не идиоты. -Будто с ненавистью, Посейдон попытался намекнуть Томасу о резервуаре, хотя и так ясно, что все присутствующие здесь уже давно в курсе о случившемся.

Эл сунула руку в карман куртки, и чуть порывшись, выкинула из него огниво. Оно подлетело прямиком к ботинку Томаса, давая рассмотреть себя. До этого момента он даже не вспоминал об этом талисмане, ставшим для него чем-то больше чем простая безделушка. На секунду парень почувствовал стыд, как минимум за то, что так просто бросил память о Эмбер Коул, но теперь, она будто бы снова с ним.

-Откуда он у тебя?
-Путь воды не имеет ни начала, ни конца, так что твой талисман как и был с тобой, так с тобой и остался. Распорядители выкинули его туда же, откуда забрали Руту. Вода спала и его вынесло на кочку по пути сюда. -Томас ни сказал ни слова, лишь немного кивнул, повесив огниво снова себе на шею, и запрятав его под кофту. Пусть греет сердце. Это сейчас было бы очень кстати, учитывая как быстро потемнело в глейде. Эл поднялась, пошатываясь на ногах, и выглянув за лианы, подобрала жгут так что бы союзники видели небо.

Уставившись в темное небо, по всей арене раздалась ангельская песня. Очень напоминает гимн, или патриотическую мелодию, сопровождающую торжественные мероприятия. Черная пелена сменилась голубоватым свечением. На куполе арены начали возникать лица, и только после третьего человека Томас осознал, что это не просто люди, а погибшие возле рога изобилия. Вот тот самый чернокожий парень, а вот мальчик которого использовали как щит. Больнее всего было взглянуть на Руту, и хотя Томас не был никак с ней связан в конце концов они никогда не общались, какое то чувство все равно сжало сердце. Казалось, лица будут мелькать вечно, но стоило только подумать об этом, и гимн утих, а вместе с ним и изображения над ареной. Трис не показали, и это сейчас стало единственной радостной новостью.

-Сколько? -Тяжело спросил Минхо,прижимая ладонь к ране.
-Не мало. -Бренда подползла поближе, прикладывая какую-то дрянь к плечу, которое вот вот начнет гнить. От выражения лица Минхо становилось дурнее чем ему самому, и только благодаря этому, Томас снова ощутил неприятное чувство в спине.

-Пятнадцать? -Поинтересовался Чак.
-Двадцать пять. -От этих слов сердце ушло в пятки. Эл снова отпустила плющ, а сама устроилась неподалеку от брата. Только подумать, двадцать пять человек! И это только за один вечер. Томас сам не верил своим ушам. Это почти половина всех трибутов, и теперь они мертвы. Получается, что за все время на этих играх умерло не больше чем шесть человек не считая союзников и сегодняшний пир. Как же это ничтожно по сравнению с сегодняшним закатом. Половина из них убили друг друга, получается, остальные были убиты гриверами, или еще хуже, сошли с ума от соек и наложили на себя руки!

-Осталось семь не считая нас. -Подсчитала Эл, заставляя всех присутствующих замолкнуть. -Им не выбраться.
-И нам тоже. -Горько признал тихо сидящий Питт, переглядываясь с каждым из его спутников на арене. И он был прав. Теперь никому не выбраться.
Это конец.