Фамилия, которую я ненавижу

Я не могла дышать.

Вообще.

Будто кто-то сжал горло изнутри и перекрыл всё.

Воздух был рядом...
Но не доходил.

Я хваталась за форму, за свои руки, за Минхо, за что угодно...

Но становилось только хуже.

- Дыши!
Т/и, дыши!

Я слышала его голос будто сквозь воду.

Далеко.

Слишком далеко.

- Я НЕ МОГУ-!

Слова ломались.

Грудь сжимало так сильно, что казалось - ещё немного, и сердце просто остановится.

Перед глазами всё плыло.

Лица.
Потолок.
Пол.
Люди.

Шум превращался в один бесконечный гул.

А потом...

Что-то тёплое.

Я моргнула.

Красное.

...

Кровь.

Из носа.

Кап.

Кап.

Кап.

На форму.
На руки.
На пол.

- О БОЖЕ, У НЕЁ КРОВЬ!

- Медсестру! СЕЙЧАС!

- Она реально задыхается!

Паника вокруг наконец стала настоящей.

Но моя...

Моя уже была за гранью.

Потому что мозг всё ещё кричал:

Пауки.
Пауки.
Пауки.

Хотя их уже не было.

Но тело не верило.

Я продолжала дрожать, всхлипывать, задыхаться так, будто умираю.

И именно в этот момент...

Шаги.

Я даже не знаю, почему заметила.

Наверное...

Потому что слишком хорошо уже чувствовала его присутствие.

Я подняла затуманенный взгляд.

Из класса вышел Хван Хёнджин.

...

На секунду...

Всё внутри словно застыло.

Он остановился.

Посмотрел.

Прямо на меня.

На мою кровь.
Слёзы.
Панику.
Унижение.

Просто смотрел.

И я...

Я не поняла.

Вообще.

Потому что это был не тот привычный холод.

Но и не помощь.

Не сожаление.

Не злость.

Что-то...

Слишком сложное.

Слишком закрытое.

Будто он сам не понял, что именно сейчас чувствует.

Минхо что-то резко выкрикнул ему:

- Даже не смей просто-

Но...

Хёнджин ушёл.

Просто прошёл мимо.

...

И почему-то...

Это ударило почти так же больно, как всё остальное.

Не потому что я ждала спасения.

Нет.

Но после всего...

Его уход ощущался как ещё одно подтверждение:

Ты сама по себе.

Я снова сорвалась в истерику.

- НЕЕЕТ-!..

Воздуха не было.

Голова кружилась сильнее.

Руки немели.

- Она гипервентилирует! - голос медсестры прозвучал резко и профессионально.

Я даже не заметила, когда она появилась.

- Освободите пространство!
Все назад!

Кто-то осторожно, но быстро убрал людей.

- Посмотри на меня, милая, - её голос был твёрдым, но мягким. - Слышишь? Только на меня.

Не могу.

Не могу.

Я рыдала так сильно, что буквально захлёбывалась.

- Я не могу...
Не могу... пожалуйста...

- Можешь.
Слушай мой голос.

Она взяла моё лицо в ладони, удерживая внимательнее, чем даже я могла сосредоточиться.

- Вдох...
Нет, не быстро.
Со мной.

Но тело не слушалось.

Я снова задыхалась.

Кровь продолжала идти.

Минхо выглядел так, будто сейчас сам сорвётся.

- Сделайте что-нибудь!

Сынмин, впервые за всё время, опустился рядом и резко, но чётко сказал:

- Т/и.

...

Я дрогнула.

Потому что его голос...

Он не паниковал.

Он приказал.

- Посмотри. На. Меня.

Я каким-то чудом перевела взгляд.

- Вот так, - жёстко, но ровно. - Ты сейчас здесь.
Пауков нет.
Их нет.
Это закончилось.

Слёзы всё ещё лились, но слова начали пробиваться.

- Н-нет?..

- Нет.

Минхо быстро подхватил:

- Клянусь. Ни одного.

Медсестра сразу использовала этот момент:

- Хорошо.
Теперь вдох.

Я судорожно вдохнула.

Слишком резко.

- Ещё раз.

Выдох.

- Ещё.

Мир всё ещё шатался...

Но где-то очень медленно...

Я начала возвращаться.

Не сразу.

Не полностью.

Но достаточно, чтобы уже не умереть от собственной паники.

И всё же...

Даже пока меня пытались спасти...

В голове снова и снова оставался один момент:

Он посмотрел.

И ушёл.

А я до сих пор не понимала...

Почему это ранило настолько сильно.

Даже когда дыхание начало возвращаться...

Это не значило, что мне стало легче.

Меня всё ещё трясло.

Сильно.

Каждый вдох давался так, будто грудную клетку сжимали изнутри.

Слёзы не останавливались.
Руки дрожали.
Голова раскалывалась.

Я уже слышала слова...

Но не могла по-настоящему на них опереться.

- Хорошо... ещё один вдох...

- Вот так...

- Не отпускай её руки...

Голоса медсестры, Минхо и Сынмина будто смешались в один странный шум.

Коридор плыл.

Потолок качался.

А внутри...

Внутри всё ещё был тот же ужас.

Будто если я хоть на секунду перестану бороться...

Пауки снова появятся.

Я тихо всхлипнула, пытаясь что-то сказать...

Но голос почти исчез.

- Я... не...

- Тшш, - медсестра мягко убрала волосы с моего лица. - Всё. Ты уже в безопасности.

Безопасность.

Слово прозвучало так чуждо, что я чуть не расплакалась заново.

Потому что сегодня школа окончательно перестала быть безопасной.

Я слабо дёрнулась, когда меня осторожно начали поднимать.

- Нет...
Не надо...

- Нам нужно помочь тебе, - спокойно сказала медсестра. - Ты перенесла слишком сильную паническую реакцию.

Я не до конца понимала, куда меня ведут.

Кабинет.
Белый свет.
Запах антисептика.

Слишком ярко.

Слишком тихо.

Меня усадили.

И даже тогда...

Я всё ещё всхлипывала, судорожно хватая воздух.

Минхо был где-то рядом.

Я слышала его:

- Она будет в порядке?..

Сынмин:

- Кто это сделал,

- Сейчас не это главное, - резко перебила медсестра.

Потом...

Что-то холодное коснулось моей руки.

Но я была слишком вымотана, слишком разбита, чтобы сразу понять.

- Всё хорошо, - её голос был удивительно ровным. - Просто помогу твоему телу успокоиться.

Я моргнула.

- Что?..

Лёгкий укол.

...

Секунда.

Я даже не успела толком испугаться.

Просто...

Странное тепло.

Очень быстрое.

Словно весь хаос внутри вдруг начали приглушать.

- П-подождите...

Мир стал мягче.

Звуки - дальше.

Тело...

Тяжелее.

- Что вы...

Медсестра осторожно поддержала меня за плечи.

- Тебе нужно поспать.

- Но я...

Не договорила.

Потому что веки вдруг стали невыносимо тяжёлыми.

- Эй-? - голос Минхо прозвучал уже будто откуда-то издалека.

- Это нормально, - ответила медсестра. - Ей нужен отдых.

Нет...

Я не хотела спать.

Не здесь.

Не сейчас.

Мне нужно домой.
Мне нужно...
Мне...

...

Сынмин что-то сказал.

Кажется, очень тихо.

- Наконец-то...

И впервые...

В его голосе прозвучала не жёсткость.

А настоящая тревога.

Последнее, что я почувствовала -

Как моё тело наконец перестало дрожать.

Как паника медленно отпустила.

Как сознание...

Просто выключилось.

Без кошмаров.
Без крика.
Без пауков.

Только темнота.

Тихая.

Принудительная.

Но, возможно...

Именно она впервые за долгое время стала единственным способом спасти меня от самой себя.

Пока я спала под действием укола...

Школа жила дальше.

Но уже не так, как обычно.

Слишком многое произошло.

Коридоры всё ещё гудели слухами.
Телефоны всё ещё передавали видео.
Шёпот всё ещё ползал по стенам.

Но где-то за пределами этого хаоса...

На заднем дворе школы было неожиданно тихо.

Слишком тихо.

Хван Хёнджин сидел на скамейке у дальнего корпуса.

Один.

Локти на коленях.
Руки сцеплены.
Голова слегка опущена.

Под глазом - рана.
Губа всё ещё разбита.
Пластырь.
Ссадины.

Но дело было не во внешности.

Что-то в нём самом выглядело...

Не так.

Слишком тихий.

Не высокомерный.
Не злой.
Не насмешливый.

Просто...

Странно серьёзный.

Будто мысли впервые шумели громче, чем он хотел.

Он даже не поднял голову, когда услышал шаги.

- Мы серьёзно надеемся, что ты сейчас не скажешь ни одной тупой вещи.

Минхо.

Сынмин рядом выглядел ещё хуже.

Не уставшим.

Разочарованным.

Хёнджин медленно поднял взгляд.

- Чего вам.

Сухо.

Но без привычной колкости.

Минхо резко выдохнул.

- Ты вообще понимаешь, что сегодня произошло?

- Более чем.

- Нет, - вмешался Сынмин. - Не понимаешь.

...

Тишина.

Хёнджин смотрел уже внимательнее.

Но не перебивал.

Наверное...

Впервые.

Минхо сделал шаг ближе.

- Это были не просто пауки.

...

Никакой реакции.

Пока.

- У неё фобия, идиот.

Секунда.

Едва заметная складка между бровей.

- И?

Сынмин реально посмотрел так, будто сейчас сам ударит.

- Не "и".

- ...

- Не "и", потому что это не "ой, испугалась".
Это такая фобия, из-за которой в детстве её уже увозили в больницу.

...

Вот теперь...

Тишина стала другой.

Настоящей.

Хёнджин впервые выпрямился.

- Что?

Минхо скрестил руки.

- Да.
Настоящий клинический случай.
Не шутка.
Не слабость.

Он смотрел прямо.

Жёстко.

- Когда ей было меньше, её закрыли в кладовке с пауками "ради прикола".
Она потом несколько дней не разговаривала.

...

Ничего.

Вообще ничего.

Но именно это и насторожило сильнее.

Потому что Хёнджин не двигался.

Словно тело осталось здесь...

А мысли резко ушли куда-то дальше.

Сынмин продолжил уже холоднее:

- Сегодня она не просто испугалась.
Она словила полноценную паническую атаку.
С кровью.
С удушьем.
С седативным уколом.

- ...

- И знаешь, что хуже всего?

Минхо не дал ему времени вставить хоть слово.

- Она до последнего думала, что это тоже из-за тебя.

...

Вот.

Попадание.

Хёнджин резко поднял взгляд.

- Я этого не делал.

- Но остановил? - резко спросил Сынмин.

...

Ответа не было.

И это уже был ответ.

Минхо покачал головой.

- Вот именно.

Ветер вдруг показался слишком громким.

Где-то вдали шумела школа.

Но здесь...

На этой чёртовой скамейке...

Что-то начало ломаться уже по-другому.

- Она правда думала... - голос Хёнджина впервые за всё это время прозвучал иначе. Ниже. Тише. - Что это я?

Сынмин смотрел без жалости.

- После всего, что ты уже сделал?
А ты как думаешь?

...

Удар.

Не кулаком.

Хуже.

Правдой.

Хёнджин отвёл взгляд.

И впервые...

Минхо увидел то, чего давно не видел.

Сомнение.

Настоящее.

Не в семьях.
Не в прошлом.

В себе.

- Ты хотел войны? - тихо сказал Минхо. - Поздравляю.
Но сегодня это уже почти стало похоже не на месть.

Он выдержал паузу.

- А на уничтожение человека, который даже не начинал эту войну.

...

Долго.

Очень долго никто не говорил.

Хёнджин сидел неподвижно.

Слишком тихо.

Слишком серьёзно.

Но...

Он не остановил их.

Не ушёл.
Не огрызнулся.
Не послал.

Потому что впервые...

Он действительно хотел дослушать.

До конца.

Будто пытался понять:

Что именно в тебе было такого...

Чего он раньше не видел.

И почему впервые за всё это время...

На душе стало не легче после чужой боли.

А только хуже.