Озвучивание не поддерживается в этом браузере
утро
Алкоголь не решил ничего.
Вообще.
Ни мысли.
Ни злость.
Ни вину.
Он только сделал одно:
сломал последние остатки контроля.
Хёнджин сидел на полу у дивана, прислонившись головой к креслу, с уже почти пустой бутылкой рядом...
И выглядел так, будто тело ещё здесь...
А сознание - уже нет.
Минхо стоял напротив, скрестив руки.
- Я официально устал.
Сынмин, сидя чуть в стороне, потёр переносицу:
- Это был самый длинный день в моей жизни.
- И самый тупой.
- Согласен.
...
Хёнджин что-то пробормотал.
Нечитаемо.
Минхо нахмурился:
- Он вообще сейчас говорит?
Сынмин прислушался.
- Кажется...
Тишина.
Потом снова.
Очень тихо.
- ...не так...
Минхо замер.
- Что?
Но ответа уже не было.
Потому что Хёнджин окончательно "отключился".
Прямо там.
С бутылкой, разбитой губой, пластырем под глазом и таким видом, будто даже во сне его что-то не отпускает.
- О, великолепно, - сухо сказал Минхо. - Просто прекрасно.
Теперь он ещё и трупообразный.
- Он жив, - устало ответил Сынмин.
- Пока что.
---
И именно в этот момент...
Телефон.
На экране:
Мама Хёнджина
...
Минхо медленно посмотрел на Сынмина.
- Удачи.
- Почему я?!
- Потому что если отвечу я, нас всех убьют.
...Справедливо.
Сынмин тяжело выдохнул и ответил:
- Здравствуйте, госпожа Хван.
Голос по ту сторону был холодным.
- Где мой сын.
Даже не "здравствуй".
Сразу к сути.
Сынмин быстро посмотрел на бессознательного Хёнджина.
- Он... у меня дома.
Пауза.
Опасная.
- Почему.
- Сегодня был тяжёлый день, и мы решили, что ему лучше остаться здесь.
Тишина.
Минхо шёпотом:
- Ты сейчас как дипломат на грани войны.
Сынмин бросил убийственный взгляд.
На том конце наконец прозвучало:
- Он в порядке?
...
Сынмин посмотрел на лицо Хёнджина.
Разбитая губа.
Пластырь.
Алкогольный нокаут.
- ...Относительно.
- Сынмин.
О.
Вот теперь было страшно.
- Да, госпожа.
- Завтра он сразу едет в школу.
Минхо едва не подавился воздухом.
Сынмин моргнул:
- Простите?
- Я не позволю слухам сделать его слабым.
Утром. В школу.
...
Конечно.
Потому что это семья Хван.
Даже после апокалипсиса - репутация.
- Понял.
- Он остаётся у тебя.
- Хорошо.
И звонок завершился.
---
Минхо смотрел несколько секунд в пустоту.
- Я не знаю, восхищаться мне ею или бояться.
- Бояться, - сразу ответил Сынмин.
- Согласен.
---
- Ладно, - Минхо хлопнул в ладони. - Поднимаем это тело.
- "Это тело" тебя сейчас не слышит.
- Тем лучше.
Они подошли с двух сторон.
- Господи, почему он такой тяжёлый?!
- Потому что он человек, Минхо.
- Нет, он проблема.
- Тоже верно.
Хёнджин что-то невнятно пробормотал, пока его поднимали.
- Если он сейчас блеванёт-
- Даже не договаривай.
Каким-то чудом...
С трудом.
С жалобами.
С угрозами уронить его обратно...
Но они всё-таки дотащили его до комнаты Сынмина.
- Кидай.
- Это звучит слишком грубо.
- Он переживёт.
И да...
Его буквально уронили на кровать.
Не смертельно.
Но точно без королевского сервиса.
Хёнджин даже не проснулся.
Только перевернулся чуть набок, нахмурившись во сне.
Минхо посмотрел на него несколько секунд.
- Как думаешь...
- Нет, - сразу перебил Сынмин.
- Я ещё не спросил.
- Всё равно нет.
- ...Ладно.
Пауза.
- Но он реально странный сегодня.
Сынмин молча накрыл Хёнджина одеялом.
- Ага.
Очень тихо добавив:
- Потому что, кажется, впервые сделал что-то, что сам себе простить не может.
...
Свет выключили.
Дверь закрылась.
И впервые за весь этот хаос...
Наступила ночь.
Тихая.
Но ни для тебя...
Ни для него...
Она уже не могла быть по-настоящему спокойной.
●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●
Утро.
Нет...
Не утро.
Катастрофа.
Потому что для Хван Хёнджина оно началось не с солнца.
Не с будильника.
И уж точно не с желания жить.
А с боли.
Голова раскалывалась так, будто кто-то всю ночь бил по ней молотком.
Во рту - пустыня.
Тело - будто его переехали.
Под глазом тянуло.
Губа болела.
И самое ужасное...
Он хотел просто умереть обратно в сон.
Хёнджин сильнее натянул одеяло на голову.
- Нет...
Голос был хриплым.
Почти трагичным.
- Я мёртв.
Снаружи...
Слишком бодрый голос.
- К сожалению, нет.
...
Сынмин.
- Вставай.
- Нет.
- Да.
- Я буквально не могу.
- Очень даже можешь.
Хёнджин только сильнее вжался в матрас.
- Я сегодня официально ухожу из общества.
- В школу через час.
- Передай школе мои соболезнования.
...
Тишина.
Подозрительная.
Опасная.
Но слишком сонный Хёнджин не успел это осознать.
Потому что в следующую секунду-
ПЛЕСЬ.
- КАКОГО-?!
Ледяная вода.
Целое ведро.
На него.
Полностью.
...
Комната взорвалась.
Хёнджин буквально подскочил с кровати так быстро, будто его изгнали.
- ТЫ С УМА СОШЁЛ?!
Волосы мокрые.
Одежда мокрая.
Лицо мокрое.
И взгляд...
О.
Если бы взглядом можно было убивать...
Сынмин бы уже не существовал.
Но тот стоял абсолютно спокойно.
С пустым ведром.
- Доброе утро.
Минхо, стоящий в дверях, согнулся пополам от смеха.
- Я... не могу... дышать...
- МИНХО, ЗАТКНИСЬ!
- Нет, подожди, твоё лицо-
- Я УБЬЮ ВАС ОБОИХ!
Но...
Проблема:
Хёнджин всё ещё был полусонный, мокрый и с похмельем.
Поэтому угроза звучала не так убедительно, как хотелось.
Сынмин подошёл, схватил его за плечо...
И буквально потащил.
- Эй!
ЭЙ!
Отпусти!
- В ванную.
- Я сам-
- Нет.
- Я сказал-
Дверь ванной резко открылась.
Хёнджина буквально втолкнули внутрь.
- СЫНМИН-
ЩЁЛК.
Замок.
...
Тишина.
Потом удар в дверь.
- ТЫ СЕРЬЁЗНО?!
- Абсолютно, - спокойно ответил Сынмин снаружи. - Не выйдешь, пока снова не станешь похож на человека.
Минхо уже опять умирал от смеха:
- Боже, это лучшее утро в моей жизни.
- Я вас ненавижу!!
- Прекрасно, - отозвался Сынмин. - Умойся.
- Я и так мокрый!
- Тогда половина работы сделана.
...
Несколько секунд за дверью было слышно только очень злое бормотание.
Что-то между:
"предатели"
"психи"
"ужасные друзья"
Но...
Через время.
Душ.
Вода.
Тишина.
Потому что, как бы он ни бесился...
Сынмин был прав.
В таком состоянии его даже зеркало бы не приняло.
---
Минхо прислонился к стене:
- Думаешь, он нас реально убьёт?
Сынмин пожал плечами:
- Не сегодня.
- Почему?
- Сегодня школа.
...
Минхо замолчал.
Потому что вот теперь...
Стало уже не смешно.
Пауза.
- Как думаешь... он помнит вчерашнее?
Сынмин посмотрел на дверь ванной.
Слишком долго.
- Думаю...
Очень тихо.
- Именно поэтому он так не хотел просыпаться.
Дверь ванной наконец открылась.
Минхо тут же поднял голову...
И замер.
- Ого.
Сынмин тоже обернулся.
Ну...
По крайней мере внешне...
Хван Хёнджин снова выглядел как человек.
Мокрые волосы зачёсаны назад.
Лицо умыто.
Раны всё ещё заметны - пластырь, синяк, разбитая губа...
Но теперь хотя бы создавалось ощущение, что он не умер ночью.
Хотя выражение лица...
Да.
Судя по нему - хотелось.
- Смотри-ка, - Минхо театрально приложил руку к сердцу. - Он выжил.
- К сожалению, - сухо ответил Хёнджин.
Голос всё ещё был немного хриплым, но уже куда опаснее, чем утром.
Значит...
Окончательно проснулся.
Сынмин без лишних слов бросил ему одежду.
- Надень.
Я не собираюсь объяснять людям, почему ты идёшь в школу в моих мокрых вещах.
Хёнджин поймал комплект одной рукой.
Посмотрел.
- Это ужасно.
- Это чистое.
- Это трагедия.
- Одевайся.
...
Через несколько минут он всё-таки вышел уже переодетый.
И, конечно...
- Ненавижу ваш вкус.
Минхо посмотрел на него сверху вниз.
- Ты буквально выглядишь лучше, чем обычно.
- Замолчи.
- Значит, правда задела.
- Минхо.
- Всё-всё.
Следующая остановка:
Кухня.
И вот тут...
Сынмин реально начал беспокоиться.
Потому что Хёнджин открыл холодильник...
И начал есть так, будто его не кормили неделю.
- Это моё.
- Уже нет.
- Эй, я это оставил!
- Ошибка.
Минхо моргнул, наблюдая, как исчезает буквально всё съедобное.
- Он... жрёт стресс.
- Очевидно, - пробормотал Сынмин.
Хёнджин не отвечал.
Просто ел.
Холодная паста? Да.
Сэндвич? Да.
Йогурт? Уже нет.
Чей-то сок? Тоже.
- Ты вообще дышишь между укусами? - не выдержал Минхо.
- Не мешай.
...
Это было почти комично.
Почти.
Если бы не одно большое "но".
Вчера.
Минхо наконец перестал улыбаться.
- Ты помнишь?
...
Вот.
Вопрос повис в воздухе сразу тяжелее, чем должен был.
Даже Сынмин перестал двигаться.
Хёнджин медленно закрыл холодильник.
Не сразу ответил.
Потом...
Взял воду.
Сделал глоток.
И только после этого:
- Такое забыть невозможно.
...
Тишина.
Минхо внимательно смотрел:
- И?
Пауза.
Слишком короткая, чтобы казаться нормальной.
Слишком длинная, чтобы быть честной.
- И мне похуй.
...
Вот теперь...
Сынмин реально посмотрел на него тем самым взглядом.
Тем самым:
"Серьёзно?"
Минхо прищурился.
- Врёшь.
Хёнджин лениво поднял глаза:
- Хочешь проверить?
- Нет, хочу понять, зачем ты делаешь вид.
- Я не делаю вид.
Сынмин скрестил руки:
- Тогда вчерашняя гонка, алкоголь, почти смерть и твой экзистенциальный кризис были просто... что?
Кардио?
...
Минхо поперхнулся.
- Ладно, это было хорошо.
Хёнджин раздражённо выдохнул.
- Я сказал, мне плевать.
- Ага, - спокойно кивнул Сынмин. - Именно поэтому ты выглядишь так, будто подрался не только с её братом, но и с собственной совестью.
Попадание.
Жёсткое.
Потому что впервые...
Хёнджин не ответил сразу.
- У меня была депрессия, это нормально у всех так бывает.
снова открыл холодильник.
- Ты серьёзно опять ешь?! - возмутился Минхо.
- Я думаю.
- Ты уничтожаешь мои запасы!
- И это тоже.
Со стороны всё выглядело как обычно:
Колкости.
Раздражение.
Еда.
Отрицание.
Но...
И Минхо, и Сынмин слишком давно его знали.
Именно поэтому оба понимали:
Если Хван Хёнджин говорит "мне плевать" слишком спокойно...
Значит, внутри всё ровно наоборот.
Он помнил.
Каждую деталь.
Твой крик.
Твой взгляд.
То, как ты задыхалась.
И хуже всего...
То, что он до сих пор не решил, почему именно это застряло в голове сильнее, чем должно было.
Комментарии