Невинный обман

Часть 68
Пока в доме кипели страсти, в своей комнате в полной тишине сидел Чонин. На его рабочем столе горела лишь небольшая настольная лампа, отбрасывая длинные тени на стены. На коленях у него лежала старая тетрадь в плотной обложке - его личный дневник, о котором никто из друзей даже не догадывался.
Чонин медленно перелистывал исписанные страницы, а затем взял ручку и, вздохнув, начал выводить аккуратные строки. Эмоции последних дней - постоянные прятки, чужие тайны и затаенная собственная печаль - вылились в искренние стихи:
Тишина съедает стены,
В темноте застыли тени.
За окном капли дождя,
Грусть уносит в небытие меня.
Столько масок, столько слов,
Прячем мы свою любовь.
И среди чужих тревог
Я опять совсем одинок...
Пусть за дверью шум и гам,
Я верна своим мечтам.
Но в груди тоска сжимает,
Сердце тихо угасает.
Чонин аккуратно поставил точку, провел пальцами по еще свежим чернилам и с тихим щелчком закрыл тетрадь, спрятав её в самый дальний ящик стола.