Девочка из другого мира || Петя

Дискотека постепенно подходила к концу.

Музыка уже играла тише, народу становилось всё меньше. Кто-то ушёл ещё час назад, кто-то всё ещё стоял возле стен, разговаривая и докуривая последние сигареты.

Вероника сидела на подоконнике и наблюдала за всем этим без особого интереса.

Петра она больше не видела.

После того как его вызвали по срочным делам, он уехал, даже толком не попрощавшись.

Хотя почему-то она несколько раз за вечер всё равно ловила себя на мысли, что смотрит на дверь.

Будто ждала его возвращения.

— Эй, — Юра хлопнул её по плечу. — Ты чего такая задумчивая?
— Я? Та никакая.
— Ага. Конечно.
— Юр, отстань.
— Не буду.

Он сел рядом.

— Короче, мы с Родькой придумали.
— Уже страшно.
— После дискотеки пойдём в парк.
— Зачем?
— Посидим у костра. Гитару возьмём.

Вероника оживилась.

— А что, можно?
— А почему нельзя?
— Не знаю.
— Тогда пошли.

Родион уже стоял возле выхода с гитарой в чехле.

Юра тем временем собирал оставшиеся бутылки и банки.

— Ну что, двигаем?
— Двигаем, — ответил Юра.

Вероника накинула косуху и вышла вместе со всеми.

За Домом культуры начинался небольшой парк.

Днём здесь гуляли дети, бабушки сидели на лавочках, а вечером место почти пустовало.

Родион хорошо знал, где можно было устроиться подальше от дороги.

Они развели небольшой костёр.

Юра сел прямо на землю, прислонившись спиной к дереву.
Девушка устроилась рядом.
Родион достал гитару.

— Ну всё. Теперь нормально. — прокартавил Родя.
— А что, до этого было ненормально? — спросила Вероника.
— Дискотека была ненормальная.
— А мне понравилось.
— Особенно когда Пётр тебя танцевать забрал?

Она тут же посмотрела на него.

— А ты чего следишь?

Юра заржал.

— А что? Все видели.
— Ничего там не было.
— Конечно.
— Юра.
— Всё, всё.

Он поднял руки.

— Молчу.

Родион настроил гитару и начал тихонько перебирать струны.
Вероника слушала.

Тёплый свет костра падал на лица.

После громкой музыки ДК эта тишина казалась непривычной.
Но приятной.

— А давайте песни петь, — предложил Родион.
— Давайте. — ответил Юрка.

Юра посмотрел на Веронику.

— А ты чего молчишь?
— А что мне делать?
— Петь.
— Я?
— Ты.
— С чего вдруг?

Юра усмехнулся.

— Мы слышали.

Вероника нахмурилась.

— Что слышали?
— Как ты на уборке за шваброй орала.
— Я не орала.
— Орала.
— Пела.
— Очень громко.

Она рассмеялась.

— Это другое.
— Ну вот и пой.

Родион протянул руку к гитаре.

— Давай. Я сыграю.
— А если я не хочу?

Юра посмотрел на неё.

— Тогда мы расскажем всем, что ты умеешь только шваброй пользоваться.
— Сволочи.
— Мы тоже тебя любим.

Вероника тяжело вздохнула.

— Ладно. Но только пару песен.
— Договорились.

Родион начал играть первые аккорды.
Вероника сначала немного смущалась.

Но потом начала петь.

Естественно Родя не мог не сыграть «Два кусочека колбаски» которые она пела чуть не на каждой вюорке или прогулке.

Голос у неё оказался совсем не таким, каким ребята привыкли его слышать во время уборки.

Тише.
Мягче.

И от этого все неожиданно замолчали.
Даже Юра перестал шутить.

Когда песня закончилась, несколько секунд никто ничего не говорил.

— Ну? — спросила Вероника.

Юра улыбнулся.

— А ты говорила, что не умеешь.
— Я такого не говорила.
— Ну теперь будешь обязана петь каждый раз.
— Не дождёшься.
— Поздно.

Родион снова перебрал струны.

— Ещё одну?

Вероника посмотрела на него.

— Давай.

И снова запела.

Чтобы у нее не пропало желание петь Родя выбирал песни которые ей нравились.

И следущей песней стала «Белый белый вечер».
— «Все твои обещания
Вся твоя красота
Мне приносят страдания
Я дожидаюсь тебя...»

В это же время неподалёку остановилась машина.
Пётр наконец закончил свои дела.

По пути к дому Сергея Михайловича он заметил, что за ДК ещё горит небольшой огонь.
Он притормозил.

— Ещё не разошлись...

Пётр вышел из машины.
Сначала он услышал гитару.
Потом — голос.
Знакомый.

Он остановился.
Вероника.

Пётр несколько секунд просто стоял в темноте, слушая.

Потом увидел компанию возле костра.

Юра.
Родион.
И она.

Сидела рядом с ними и пела.
Он усмехнулся.

— Значит, всё-таки умеет...

Он хотел уже уйти.
Но почему-то не ушёл.
Остался стоять чуть поодаль и слышал её сладкий голос.

«Белый вечер со мной
Белый вечер с тобой
Белый вечер со мной
Белый вечер
Белый вечер со мной
Белый вечер с тобой
Белый вечер со мной
Белый вечер»

Когда песня закончилась, Юра хлопнул в ладоши.

— Всё! Теперь ещё одну. — Сказал Родя.
— Вы обнаглели?
— Мы просто оценили талант. — добавил Юра.
— Какой ещё талант?
— Тот, который ты от нас скрывала. — продолжил Юра.

Вероника рассмеялась.
И именно в этот момент заметила движение в стороне.
Она прищурилась.

— Подождите...
— Что?

Она встала.

В темноте возле дороги стоял Пётр.

— Петь?

Все обернулись.
Пётр подошёл ближе.

— Ты чего тут? — спросила Вероника.
— Проезжал.
— И случайно решил постоять под деревом?
— Ага.

Юра усмехнулся.

— Долго стоял?

Пётр посмотрел на него.

— Достаточно.

Вероника сразу поняла.

— Ты слышал?
— Что именно?
— Как я пела.
— Слышал.

Она немного смутилась.

— Ну и как?

Пётр задумался.

— Нормально.
— Нормально?
— А что?
— Я тут вообще-то старалась.
— Хорошо пела.

Он сказал это спокойно.
Без привычной насмешки.
Вероника улыбнулась.

— Спасибо.

Пётр посмотрел на остальных.

— А я смотрю, вы тут уже целый концерт устроили.
— Ага, — сказал Юра. — Вероника теперь наша солистка.
— Ещё чего.
— Да ладно тебе.

Пётр усмехнулся.

— Я смотрю, вы её быстро себе забрали.

Юра сразу заметил интонацию.

— А что, кто-то против?
— Мне-то какое дело?
— Вот и я говорю.

Вероника посмотрела на Петра и едва заметно улыбнулась.

Она уже начинала понимать.
Ему действительно было дело.
Пётр сел на свободное место возле костра.

— Ну чего замолчали?

Родион взял гитару.

— Ещё песню?

Юра тут же посмотрел на Веронику.

— Давай.

Она посмотрела на Петра.

— А если я плохо спою?

Он пожал плечами.

— Не споёшь — переживём.
— Спасибо за поддержку.
— Всегда пожалуйста.

Она закатила глаза.

— Дебил.
— Давай уже, певица.

Вероника улыбнулась и снова начала петь.

А Пётр сидел напротив неё, смотрел на огонь и делал вид, что слушает только музыку.

Хотя на самом деле большую часть времени он смотрел только на неё.

— Я предлагаю щас сыграть Наутилуса. — сказал Родя а потом продолжил — ты же знаешь слова.. типо «я хочу быть с тобой..» та та та что-то там.

Девушка рассмеялась.

— Знаю.
— Отлично.

Родион начал перебирать струны, а Веро начала петь.

Через несколько минут девушка закончила песню и опустила взгляд.

На несколько секунд повисла тишина.
Потом Юра первым хлопнул в ладоши.

— Ну всё. Теперь точно официально. Будешь петь на каждой уборке.
— Даже не мечтай.
— Поздно. Я уже придумал программу.
— Какую ещё программу?
— «Веро и швабра».

Родя заржал.

— Отличное название.
— Идите вы оба.

Вероника схватила с земли небольшую ветку и бросила в их сторону.

— Эй! — Родя увернулся. — Чего агрессивная?
— А нечего издеваться.

Пётр сидел напротив и тихо усмехался.
Вероника заметила.

— А ты чего ржёшь?
— Да так.
— Смешно тебе?
— Немного.
— Ну и иди тоже.
— Куда?
— Не знаю. Отсюда.
— А я только пришёл.
— Очень жаль.
— А мне нет.

Она закатила глаза.
Родион снова перебрал струны.

— Ещё одну сыграть?
— Давай, — сказал Юра.
— А Веро будет петь?
— Конечно.
— А меня вообще кто-нибудь спросит? — возмутилась она.
— Нет. — ответили Юра и Родион в один голос.
— Отличная компания.

Пётр усмехнулся.

— Тебя, похоже, никто не спрашивает.
— А тебя кто спрашивал?
— Никто.
— Тогда чего сидишь?
— Слушаю.
— Вот и слушай молча.
— Хорошо.

Он действительно замолчал.
И почему-то именно это начало её раздражать.

Она несколько раз посмотрела на него, ожидая очередной подколки.
Но Пётр молчал.

— Чего притих?
— Ты же сказала молчать.
— Я передумала.
— Опять?
— Да.
— Тогда говори.
— Ты странный.
— А ты только сейчас заметила?

Она улыбнулась.
Родион начал играть.

Ночь постепенно становилась холоднее.

Костёр потрескивал, время от времени взлетали маленькие искры.
Вероника потёрла ладони.

Пётр заметил.

— Холодно?
— Немного.

Он снял куртку и протянул ей.

— Накинь.
— А ты?
— Я не мёрзну.
— Герой, блин.
— Не хочешь — не бери.

Она всё-таки взяла куртку.

— Спасибо.
— Не за что.

Она накинула её на плечи.
Куртка пахла сигаретами и его одеколоном.

Вероника сама не поняла, почему от этого ей стало немного неловко.

Юра тем временем посмотрел на часы.

— Так, всё. Мне пора.

— Уже?

— Ага. Завтра с утра на работу.

Родион поднялся следом.

— Я тоже пойду.

Следом встали Вероника и Петя.