Девочка из другого мира || Петя

Утро встретило Веронику ярким солнцем, которое нагло пробивалось сквозь занавески прямо ей в лицо.

— Да чтоб тебя...

Она накрылась подушкой, но это не помогло.
Пришлось вставать.

Наскоро умывшись, девушка собрала волосы в высокий хвост и натянула свободные голубые джинсы, белую футболку и свою любимую кожаную косуху.

Спускаясь по лестнице, она уже чувствовала запах жареной картошки.

— О, проснулась наконец, — прохрипел Сергей Михайлович, не отрываясь от газеты.

— Доброе утро.

— Какое оно, доброе... Коньяк закончился

Она рассмеялась ,уселась за стол и молча начала есть.

Минут пять в доме стояла непривычная тишина.

— Сегодня со мной поедешь.

Вероника подняла голову.

— Куда?
— По делам.
— Не хочу.
— А я спрашивал?
— Вообще-то...
— Значит, поедешь.

Она недовольно закатила глаза.

— Тиран.
— Не бубни.

Она что-то буркнула себе под нос и продолжила ковырять картошку.

Через полчаса возле дома уже стояла чёрная BMW.

Вероника вышла во двор и застыла.
Возле машины, облокотившись на капот, стоял Пётр.

Увидев девушку, он хмыкнул.

— Доброе утро.

Она тяжело вздохнула.

— Да вы издеваетесь...
— Чего опять?
— Почему ты вечно рядом?
— Потому что Сергей Михайлович попросил отвезти нас.
— Конечно... Кто бы сомневался.

Она демонстративно открыла заднюю дверь.

— Я с тобой впереди не поеду.
— Как хочешь.

Сергей Михайлович вышел следом.
Посмотрел сначала на внучку, потом на Петра.

— Ты чего назад залезла?
— Не хочу рядом с ним сидеть.
— Господи... Эти дети у меня в печёнках сидят.

Дед открыл переднюю дверь и сел рядом с Петром.

— Довольна?
— Более чем.

Пётр бросил взгляд в зеркало заднего вида.

Вероника демонстративно отвернулась к окну.

— Обиделась?
— Размечтался.
— Тогда чего молчишь?
— Берегу свои нервы.
— Правильно делаешь.

Она показала ему язык через зеркало.
Он тихо усмехнулся.

Это не укрылось от Сергея Михайловича.

— Петюнь.
— Да, Сергей Михайлович?

— Ты чего лыбишься?
— Не лыблюсь.

— Ты мне ребенка не трогай.
— Та я бы никогда, Сергей Михайлович. Вы лучше за дорогой следите.
— За дорогой ты следишь.
— Вот именно.

Вероника прыснула со смеху.
Пётр посмотрел на неё через зеркало.

Она снова отвернулась к окну, пытаясь скрыть улыбку.

И вдруг сама поймала себя на мысли, что впервые за всё время рядом с Петром ей... спокойно.

От этой мысли она тут же нахмурилась.

"Нет. Показалось."

Сергей Михайлович приезжает на встречу с какими-то серьёзными людьми.

Перед тем как выйти из машины, он говорит:

— Сидеть здесь. Оба. И никуда не рыпаться.

Вероника фыркает.

— Да не собираюсь я.

Дед уходит.
Пётр остаётся возле машины, закуривает.
Проходит минут пять.

Вероника начинает ерзать.

— Долго ещё?
— Не знаю.
— Скукотища.
— Потерпи.
— Не хочу.

Она открывает дверь.

— Сядь обратно.
— Да я только посмотрю.
— Вероника.
— Да что случится?

Она хлопает дверью и идёт между гаражами.

Пётр тихо выругался.

— Блядь...

Докуривает сигарету, бросает окурок и идёт за ней.

Тем временем Вероника слышит голоса.
За углом несколько мужиков спорят. Разговор явно не бытовой.

Один передаёт другому свёрток с деньгами.
Другой говорит что-то вроде:

— Если этот узнает — нам обоим пиздец.

Вероника не специально подслушивает. Просто замирает.
И тут под её ногой хрустит стекло.

Тишина.

— Кто там?!

Она понимает, что сейчас влипла.
Пытается быстро уйти, но один из мужиков уже выходит из-за угла.

— Эй! Стоять!

Вероника срывается с места.
Бежит между гаражами.
Сзади слышатся шаги.

Она поворачивает за угол...
...и врезается в Петра.

— Ты...

— Потом!

Она хватает его за запястье.

— Бежим!

Они несутся между гаражами, слыша позади крики.

Добегают до машины.

Пётр буквально заталкивает её на заднее сиденье.
Сам прыгает вперёд.

В этот момент к машине подходит Сергей Михайлович.
Он сразу понимает по их лицам, что произошло.

— Че случилось?

Пётр заводит двигатель.

— Сергей Михайлович, потом объясню.
— Петюня
— Потом.

Машина резко срывается с места.

Несколько секунд в салоне тишина.

Потом Пётр резко тормозит у обочины, поворачивается к Веронике и впервые по-настоящему выходит из себя.

— Ты вообще ебанулась?!

Она опешила.

— Чего ты орёшь?!
— Я тебе сказал сидеть в машине?!
— Ну сказал...
— Я сказал?!
— Да!
— Тогда какого хера ты попёрлась?!
— Че ты вооб..
— Любопытно стало?!
— Да! И чего ты меня сейчас перебиваешь?!
— Из-за своего любопытства ты сейчас чуть нас всех не подставила!

Она тоже заводится.

— А чего ты на меня орёшь?! Всё же нормально закончилось!
— Потому что в следующий раз может не закончиться!
— Хватит собачиться. А то завелись как прошмандовки на трасе.

Сергей Михайлович замолчал.

Он впервые видит, что Пётр злится не из-за себя.
А потому что реально испугался за неё.
И Вероника это тоже замечает.

Она впервые видит его таким.
Не спокойным.
Не ехидным.

А по-настоящему испуганным.
И от этого ей становится не по себе.

Всю оставшуюся дорогу никто не произнёс ни слова.

Вероника сидела, отвернувшись к окну.
Пётр крепче обычного сжимал руль.
Даже Сергей Михайлович не пытался что-либо сказать.

Машина остановилась возле дома.

— Приехали, — коротко бросил Пётр.

Вероника молча открыла дверь и уже собиралась выйти.

— Стоять.

Она недовольно обернулась.

— Ну чего ещё?

Пётр вышел из машины, обошёл её и остановился напротив.

— Ты вообще понимаешь, что могла натворить?
— Да понимаю я.
— Нет. Не понимаешь.
— Да всё же нормально закончилось!
— Сегодня — да.

Он говорил спокойно, но теперь этот спокойный голос почему-то раздражал её сильнее крика.

— А если бы не успел?

Вероника на секунду замолчала.

— Успел же.

Пётр шумно выдохнул и провёл ладонью по лицу.

— Ты невозможная.
— Знаю.
— И никогда никого не слушаешь.
— Есть такое.
— Особенно когда надо.

Она пожала плечами.

— Любопытство.
— Когда-нибудь оно тебя угробит.

Вероника уже хотела съязвить, но почему-то не стала.

Она впервые увидела, что он всё ещё злится.
И злится не потому, что ему пришлось бегать за ней.
А потому, что действительно испугался.

— Ладно... — тихо сказала она. — Больше так не буду.

Пётр поднял на неё взгляд.

— Правда?
— Нет.

Он не выдержал и тихо усмехнулся.

— Безнадёжная.
— Сам такой.

Из дома на крыльцо вышел Сергей Михайлович.

— Че вы там яйца мнёте?

Вероника сразу оживилась.

— Это всё он! Лекцию мне читает уже минут десять.
— И правильно делает, — прохрипел дед. — Мало ещё.

Она недовольно фыркнула.

— Да ну вас обоих.

Развернувшись, она быстро поднялась по ступенькам и скрылась в доме.

Пётр ещё несколько секунд смотрел ей вслед.

— Петя.

Он перевёл взгляд на Сергея Михайловича.

— Что?

— Благодочка.

Пётр слегка нахмурился.

— За что?
— Сам знаешь.

Он ничего не ответил.

Лишь коротко кивнул, сел обратно в машину и, проводив взглядом окна второго этажа, медленно тронулся с места.

Вероника стояла у себя в комнате возле окна.

Она сама не знала зачем, но дождалась, пока чёрная BMW исчезнет за поворотом.

— И всё-таки... придурок.

Она улыбнулась уголком губ и задёрнула шторы.

За окном медленно гасли последние лучи солнца.

А впереди их обоих ждал день, после которого делать вид, что они друг другу безразличны, станет ещё сложнее.