Кухня. Формула вкуса

Глава 6.

Марк подошел к столу, не сводя глаз с визитки, оставленной Самойловым. Он не смотрел на Катю — его внимание было приковано к белому прямоугольнику плотной бумаги, который лежал на темном дереве стола, как мина замедленного действия.

— Он ушел? — голос Марка звучал глухо, будто он всё еще оставался по ту сторону реальности, где пахло можжевельником и холодом.

— Он ушел — повторила Катя, чувствуя, как адреналин сменяется опустошением.

— Марк, ты понимаешь, что ты сделал? Ты не просто приготовил блюдо. Ты… ты вывернул его наизнанку -

Она посмотрела на нож в его руке. Лезвие тускло блестело в неровном свете люстр.

— Положи нож — мягко сказала она.

Марк вздрогнул, словно очнулся от транса, и послушно положил инструмент на край соседнего стола. Он выглядел так, будто только что вернулся с фронта. Его фартук был испачкан соком сельдерея, а на предплечье виднелся след от ожога — пара о секундах работы у плиты, которые он даже не заметил.

— Я не хотел его «уничтожать» — сказал Марк, подходя ближе. Он посмотрел на Катю, и в его взгляде она увидела не гордость, а странную, почти детскую растерянность.

— Я просто хотел, чтобы он перестал смотреть на еду как на бухгалтерский отчет. У него в глазах были цифры, Катя. Сколько стоит грамм, какова наценка, какой рейтинг получит заведение. Я хотел стереть эти цифры -

Катя подошла к визитке Самойлова. Глеб Сергеевич был известен своей беспощадностью. Он был тем, кто закрывал заведения одним предложением, кто мог заставить шеф-поваров с мировым именем менять меню за одну ночь.

— Он сказал: «Эпитафия или ода» — прошептала Катя.

— Значит, у нас есть одна ночь — отрезал Марк. В его голосе появилась та самая сталь, за которую Катя его наняла, несмотря на все предупреждения о его непредсказуемом характере. — Если он решил, что всё остальное — пластик, мы должны сделать так, чтобы завтра «Атом» перестал быть просто рестораном. Если уж он хочет похорон, мы устроим ему такие похороны его старых вкусов, что он не сможет не признать наше превосходство -

Катя посмотрела на него. В его глазах горел тот же дикий, первобытный огонь, который был в блюде. Она поняла, что заигралась. Она искала повара, который вернет ресторану былую славу, а нашла стихию. И теперь эта стихия требовала расширения.

— Мы не будем ничего менять — сказала Катя, чувствуя, как внутри закипает странное, почти пугающее азартное чувство.

— Завтра мы подадим то же самое меню. Но мы добавим к нему контекст. Если он хочет правды, Марк, мы дадим ему столько правды, что он захлебнется -

— Что ты задумала? — Марк чуть наклонил голову.

Катя взяла визитку и убрала её в карман.

— Мы превратим «Атом» в алтарь. Никаких меню. Никаких цен. Никаких ожиданий. Мы будем готовить то, что чувствуем, пока он не сдастся. Вызывай поставщиков. Нам нужны ферментированные продукты, дикие травы, лед и… возможно, немного крови -

— Крови? — Марк впервые за вечер улыбнулся. Это была не улыбка официанта или помощника. Это была улыбка соучастника преступления.

— Метафорически — ответила Катя, направляясь в сторону кухни.

— Или нет. Зависит от того, насколько глубоко он готов копать -

На кухне Денис всё еще стоял у плиты, его руки мелко тряслись. Увидев их, он выпрямился.

— Ну что? — спросил он.

— Начинай зачистку — бросила Катя, надевая фартук.

— Завтра у нас не будет гостей. Завтра у нас будут только те, кто готов встретиться с чем-то настоящим. Мы закрываем бронирование на неделю. Только «Главное блюдо» и ничего больше -

Марк прошел мимо неё, задевая плечом.

— Надеюсь, ты готова к тому, что Самойлов может просто сжечь нас дотла — тихо сказал он.

— Если он это сделает — ответила Катя, зажигая конфорку — то пусть это будет самое красивое пламя в истории этого города -

Кухня снова ожила. Но теперь это был не хаос. Это был тихий, слаженный гул людей, которые знали, что завтрашний день мог превратить в пыль. И, судя по всему, никто из них не боялся.