Пока горят огни Флоренции

Дамиано
Ничего не предвещало беды.
Но она - Киара.
В тот день, после нашей очередной ругани в столовой, её слова о «договоре наших родителей» снова и снова прокручивались у меня в голове.
Я не мог их забыть.
Не хотел.
От злости внутри всё буквально кипело.
- Блин... Блин, блин, блин...
Я вышел из университета и направился к машине.
Мне нужно было выплеснуть всё это куда-нибудь, иначе я просто взорвусь.
Поэтому я поехал на тренировку.
Но даже там мои мысли были далеко не на поле.
Они были об Инайе.
Каждый день без неё становился каким-то странным.
Пустым.
Мне не хватало её ответов.
Не хватало того, как она спокойно и терпеливо ставила Киару на место.
Не хватало её взгляда.
Её голоса.
Я ехал и вдруг снова вспомнил тот вечер у её окна.
Её голос, когда она читала Коран на арабском...
Так спокойно.
Так красиво.
А потом перед глазами всплыли её глаза - изумрудные, светлые, особенно яркие на фоне чёрной одежды.
Будто две звезды в совершенно тёмном небе.
Изумрудик...
Я усмехнулся сам себе.
Вот же влип.
Я приехал на тренировку.
Через полтора месяца у нас матч.
Я должен победить.
Моя команда должна победить.
Поэтому я решил выложиться полностью.
Тренировка была жёсткой. Я гонял себя до тех пор, пока мысли наконец не перестали метаться в голове.
Три часа.
Три чёртовых часа.
Когда всё закончилось, я был настолько уставшим, что даже спорить с Лукой, скорее всего, не смог бы.
Я собрал вещи и поехал домой.
На часах было около девяти вечера.
Я зашёл в дом.
В зале горел свет.
- Я дома, - сухо бросил я, уже собираясь подняться наверх.
Но меня остановил голос отца:
- Дамиано. Зайди в зал.
Я замер.
Его голос был слишком строгим.
Слишком холодным.
Каким бы отец ни был, такой тон я слышал от него редко.
Обычно в его голосе была усталость.
Но сегодня - ничего, кроме холода.
Я медленно вошёл.
И то, что я увидел, заставило меня буквально застыть.
Родители.
И Киара.
Что она тут делает?
- Дамиано, сядь, - сказал отец.
Я остался стоять.
- Что она тут забыла? - холодно спросил я.
Киара тут же опустила взгляд.
На её лице появились слёзы.
Я уже прекрасно знал эту игру.
Она снова изображала жертву.
Отец поднялся.
- Дамиано, как ты объяснишь своё поведение? Ты опять обидел Киару? Что с тобой происходит? Кто дал тебе право так с ней разговаривать?
Он говорил так, будто я был ему совершенно чужим человеком.
- Уже нажаловаться успела? - усмехнулся я.
- Попроси у неё прощения, Дамиано!
- Нет.
- Что?
- Я не буду просить у неё прощения, отец.
Отец посмотрел на меня тяжёлым взглядом.
- Ты забыл про договор?
Я сжал челюсть.
Вот опять.
Этот проклятый договор.
- Не будет никакого вашего договора.
В комнате повисла тишина.
- Я не люблю её. Не любил никогда и не собираюсь любить эту навязчивую, высокомерную выскочку.
Киара всхлипнула.
- Зачем ты так, Дамиано?.. Это всё она? Да? Это из-за неё?
Я ничего не ответил.
Она продолжала плакать.
И именно это раздражало ещё сильнее.
Потому что я прекрасно понимал, что за этими слезами.
Отец резко повернулся ко мне.
- Что за девушка, Дамиано?!
- Какая разница?
- Мне плевать, кто она! Ты перестанешь с ней общаться раз и навсегда. Слышишь меня? Забудь её. Кем бы она ни была.
Я замер.
- Или я отстраню тебя от футбола.
Вот это уже было серьёзно.
Я сжал кулаки.
Футбол был не просто увлечением.
Это была моя жизнь.
Моя команда.
Мои тренировки.
Всё, ради чего я столько лет работал.
- Кристофер, хватит! - тут же вмешалась мама. - Не нужно так сильно на него давить. Может, у него уже кто-то есть в сердце.
Я на секунду посмотрел на неё.
Мама сказала это спокойно, но её взгляд будто говорил намного больше.
Отец нахмурился.
- Не лезь, Елизаветта.
Киара вытерла слёзы.
- Ладно... Я пойду.
Она поднялась.
Попрощалась с родителями и направилась к двери.
Я пошёл следом.
Она уже взялась за ручку, когда я остановил её.
Я схватил её за руку.
- Ты пожалеешь об этом, Киара. Запомни: твои слёзы не помогут.
Она посмотрела на меня.
- Это мы ещё посмотрим, Дамиано.
Она выдернула руку и вышла.
Дверь закрылась.
Отец подошёл ко мне.
- Сынок, будь помягче.
Я молчал.
- И помни, что я тебе сказал. Я не хочу больше слышать об этой девушке. У меня связи везде. Если я увижу, что ты снова смотришь в её сторону...
Он сделал паузу.
- Твоей карьере конец.
Я ничего не ответил.
Просто развернулся и поднялся в свою комнату.
Закрыл дверь.
Скинул рюкзак.
И со всей силы швырнул его на стену.
- Нет! Чёрт!
Я провёл ладонями по лицу.
Какого чёрта вообще происходило?
Я взял телефон и тут же набрал Лука.
Он ответил почти сразу.
- Дами, что случилось?
- Мне нужно тебе кое-что рассказать.
Я рассказал ему всё.
Про Киару.
Про родителей.
Про договор.
Про угрозу отца.
Про футбол.
Лука несколько секунд молчал.
- Брат... это уже серьёзно.
- Я знаю.
- И что ты собираешься делать?
Я посмотрел в окно.
- Я просто так это не оставлю.
- Что ты имеешь в виду?
Я задумался.
- Мы будем неделю их игнорировать.
- Кого именно?
- Инайю и Ясмин.
Лука тяжело вздохнул.
- Думаешь, получится?
- Должно.
- Дамиано, ты же понимаешь, что ты первый не выдержишь?
- Заткнись.
- Я просто говорю.
- Неделю.
Я помолчал.
- А потом я сделаю по-своему.
Я не собирался всю жизнь идти под дудочку отца.
И уж точно не собирался позволять ему решать за меня, с кем мне общаться.
Следующий день
Следующий день прошёл ужасно.
Потому что она пришла.
Мой Изумрудик.
На ней был тот самый свитшот с мишкой.
И её глаза...
Чёрт.
Они будто освещали собой весь университет.
Я увидел её и на секунду забыл обо всём.
Но мне нужно было сделать то, чего я потом, скорее всего, никогда себе не прощу.
Я должен был пройти мимо.
И я прошёл.
Я видел её растерянный взгляд.
Видел, как она смотрела мне вслед.
И от этого внутри всё сжималось.
Я хотел остановиться.
Хотел вернуться.
Хотел хотя бы сказать ей, что всё не так.
Но не мог.
Лука шёл рядом.
- Лука... что же я наделал?
- Брат, я с тобой. Ты помнишь наш план?
- Помню.
Я тяжело вздохнул.
- Но я не могу. Не смогу я её игнорировать. Как? Как мне вообще это сделать?
- Дамиано, соберись. Думаешь, мне в кайф игнорировать Ясмин? Мы же договорились. Неделя. Как бы сложно ни было.
Я замолчал.
- Да. Ты прав.
- Конечно прав.
- Не зазнавайся.
- Поздно.
Я усмехнулся.
Но настроение всё равно не улучшилось.
Я старался лишний раз не выходить в коридор, лишь бы не встретиться с ней.
Но в столовую всё-таки пришлось идти.
Мы с Лукой направились туда.
Я надеялся пройти так, чтобы не заметить её.
Не остановиться.
Не заговорить.
Просто выдержать.
Мы открыли дверь столовой.
И вот тут всё пошло совершенно не по плану.
Снова эта кикимора.
Киара стояла возле их столика.
Что-то высокомерно говорила.
В столовой было настолько тихо, что мы с Лукой слышали абсолютно каждое слово.
Я остановился.
Лука тоже.
Инайя поднялась.
Я уже знал, что сейчас будет.
Она ответила ей.
Спокойно.
Уверенно.
Настолько красиво, что я снова невольно удивился её выдержке.
Как вообще у неё получается так спокойно сажать эту кикимору на место?
Почему со мной это спокойствие никогда не работало?
Я едва заметно усмехнулся.
А потом прозвучало её победное:
- Аливедерчи.
Она вскинула кончик шарфа назад и вместе с Ясмин направилась прочь.
Киара осталась стоять там.
В проигрыше.
Снова.
Я даже не удивился.
И тут они заметили нас.
Инайя посмотрела на меня.
Всего несколько секунд.
Но её взгляд...
Он был таким, будто я был для неё обычным прохожим.
Будто меня вообще не существовало.
Она просто прошла мимо.
И ушла.
Моё сердце будто разбилось вдребезги.
Этот взгляд был чужим.
Не её.
Я хотел пойти следом.
Остановить.
Объясниться.
Сказать ей хоть что-нибудь.
Но я не мог.
Не сейчас.
- Твой Изумрудик была великолепна, - сказал Лука.
- Я знаю.
Он усмехнулся.
- Но ты видел Ясмин? Как она гордо прошлась?
- Лука, хватит летать в облаках. Нам надо думать насчёт плана.
Он сразу посерьёзнел.
- Точно.
Мы развернулись.
Но тут к нам подошла Киара.
- Дами, ты видел?
Я посмотрел на неё.
- Видел.
- Ну и?
Я усмехнулся.
- Она тебя сделала, Киара. Уже в третий раз. И это было безупречно.
Киара замерла.
- Дамиано...
- И не жди от меня никакой поддержки.
Я развернулся и ушёл вместе с Лукой.
Оставшийся день мы провели на тренировке.
Мы думали над планом.
Над объяснениями.
Над тем, как всё исправить.
Что сказать.
Как сказать.
И главное - как сделать так, чтобы они вообще захотели нас выслушать.
А потом произошло то, чего я боялся больше всего.
Она заблокировала меня.
Клянусь, я был потерян.
Я несколько раз проверял телефон, будто от этого что-то могло измениться.
Нет.
Заблокировала.
И всё.
Так прошла неделя.
Вернее, почти неделя.
Я даже специально пропускал некоторые дни вместе с Лукой.
Лишь бы не испытывать это чувство снова.
Лишь бы не видеть её взгляд, полный непонимания и обиды.
Шесть дней.
Шесть долгих дней.
И вот после очередной тренировки мы с Лукой решили поехать на побережье.
Было уже темно.
Мы оставили машину и пошли к воде.
Сели прямо на песок, подтянув колени к себе.
Некоторое время просто молчали.
Море шумело где-то впереди.
Ветер был прохладным.
Я смотрел в темноту и думал только об одном человеке.
Лука нарушил тишину:
- Ну что, готов объясняться перед своим Изумрудиком?
Я усмехнулся.
- Я боюсь, что она мне не поверит.
- Не бойся. Всё получится.
Он немного помолчал, а потом добавил:
- Я, кстати, много раз писал Ясмин. Извинялся. Но она мне не отвечает.
Я посмотрел на него.
- Значит, мы оба в одинаковом положении.
- Похоже на то.
Я снова посмотрел на море.
- Завтра всё сделаем.
Лука кивнул.
- Сделаем, брат.
Я тоже кивнул.
Завтра.
Мы всё расскажем.
Объясним, почему всё это время игнорировали их.
Расскажем им наш план.
И я наконец-то смогу нормально поговорить с Инайей.
По крайней мере, я очень на это надеялся.
Потому что ещё один день без неё я уже не хотел выдерживать