Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 7.1 Первая ревность
Договорить они не успели. Шорох ветвей заставил Юнги и Беллу одновременно обернуться. Из густых парковых кустов, ломая мелкие ветки, медленно вышел Хосок. На его лице не было вчерашней ярости — он выглядел пугающе собранным и тихим. Он остановился в паре шагов и, глядя исключительно на девушку, спокойно произнёс:
— Привет, Бэлл.
Беллатрисса даже не вздрогнула, хотя её зелёные глаза мгновенно сузились, превратившись в две опасные щели. Она смерила бывшего оценивающим, ледяным взглядом.
— Что случилось? — с искренней иронией спросила она, скрестив руки на груди. — Тебе в общежитии что, успокоительных в чай подсыпали? С чего вдруг такой тон?
Хосок лишь неопределённо качнул головой, делая ещё один шаг вперёд:
— Нет. Просто…
— Знаешь что, я, пожалуй, пойду, — резко перебила его Белла, не желая слушать никаких оправданий. — Стелла уже домой просится.
Огромный чёрный мейн-кун был невероятно умным зверем. Почувствовав, как изменилась интонация хозяйки, и уловив в её голосе скрытую угрозу и желание немедленно уйти, кошка мгновенно среагировала. Стелла глухо зарычала в сторону Хосока, а затем развернулась и мощно потянула поводок-шлейку в направлении выхода из парка, увлекая Беллу за собой и помогая ей быстро разорвать эту дистанцию.
Огромный чёрный мейн-кун Стелла мощно рванул поводок, увлекая Беллу за собой к выходу из парка. Девушка стремительно пошла прочь, даже не обернувшись на парней. На её губах играла холодная усмешка — пусть Хосок думает, что она сбежала, скоро он поймёт, как сильно ошибся.
В парке воцарилась зловещая тишина. Хосок проводил Беллу диким, пожирающим взглядом, а затем резко, как ужаленный, развернулся к Юнги. Лицо его снова начало наливаться яростью, вены на лбу вздулись.
— Какого чёрта, Юнги?! — прошипел Хосок, делая шаг к старшему и сжимая кулаки. — Откуда ты её знаешь? Почему вы стояли здесь и ворковали, как старые знакомые?! Ты же вчера в палате орал, что мы её не знаем! Ты клеился к моей девчонке?!
Юнги даже не изменился в лице. Он лениво вытащил руки из карманов куртки и смерил Хосока таким леденящим, презрительным взглядом, от которого у любого другого человека побежали бы мурашки по коже.
— Во-первых, прикуси свой грязный язык, Хосок, — тихо, но со стальной угрозой в голосе произнёс Юнги. — Она не «твоя девчонка». Она ясно дала тебе понять, кто ты для неё. Во-вторых, я продюсер. Я просто шёл мимо, заметил её и подошёл спросить, зачем она прячет лицо под маской. И в-третьих… если ты ещё хоть раз посмеешь повысить на меня голос или пойдёшь за ней сейчас, я лично позабочусь о том, чтобы Намджун дошёл до директора прямо сегодня.
Хосок застыл, тяжело дыша и буквально задыхаясь от собственной беспомощной злости. Юнги же, больше не сказав ни слова, развернулся на каблуках и спокойно пошёл в сторону общежития.
Но Хосок не собирался сдаваться. Как только Юнги скрылся за поворотом, Чон вытащил телефон и судорожно набрал Чимина:
— Чимин, вставай. Твоя ненормальная сестричка бегает в нашем парке. Нам нужно выяснить, где она живёт. Живо!
_____________
Ляля тополя ревность номер 1.
Комментарии