Чужая история / OG Buda

Кристина вернулась домой ближе к полуночи. Вероника услышала, как хлопнула входная дверь, и сначала даже не обратила внимания. Она сидела на диване, листала телефон и ждала, когда Артём закончит работу, чтобы созвониться с ним перед сном. Но через несколько секунд в коридоре стало подозрительно тихо. Ни привычного «я дома», ни звонкого голоса, ни музыки из телефона. Только едва слышный звук того, как Кристина поставила сумку на пол.

Вероника подняла глаза и сразу поняла, что что-то случилось. Сестра стояла в дверном проёме, пытаясь вытереть слёзы ладонью. Глаза красные, тушь немного размазалась под нижними веками, волосы растрепались от ветра. Она выглядела так, будто всю дорогу домой держалась из последних сил и только переступив порог позволила себе наконец развалиться.

— Крис?
Вероника мгновенно отложила телефон.
— Что случилось?
Кристина покачала головой.
— Ничего.
— Не говори мне «ничего». Иди сюда.

Она встала и подошла к сестре. Кристина попыталась улыбнуться, но улыбка вышла жалкой.
— Он опять.
Вероника почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Что на этот раз?
Кристина закрыла лицо руками.
— Мы были вместе. Всё было нормально. Потом я просто сказала, что завтра хочу встретиться с девочками. Он спросил, кто там будет. Я ответила. А потом...
— Что потом?
— Он начал ревновать. Сначала просто спрашивал. Потом сказал, что я специально его провоцирую. Что мне нравится внимание других мужчин. Что я якобы специально хожу куда-то без него, чтобы на меня смотрели.

Вероника сжала челюсть.
— Он это тебе сказал?
Кристина кивнула.
— Потом вообще понесло. Он сказал, что я сама даю людям повод думать обо мне всякое. Что если я хочу свободы, то могу быть свободной, но тогда не надо приходить к нему обратно.
— И ты ушла?
— Да.
— Правильно.

Кристина заплакала сильнее.
— А потом он написал, что я всё перевернула и сама виновата, что он разозлился.
Вероника обняла её.
— Послушай меня. Ты ни в чём не виновата.
— Я знаю.
— Нет, не знаешь. Если бы знала, не сидела бы сейчас и не плакала из-за его слов.
— Я просто люблю его, Вера.
— Я знаю.
— И поэтому мне так больно.

Вероника закрыла глаза. Ей хотелось сказать что-то правильное, взрослое, спокойное. Но внутри поднималась злость. Та самая, знакомая до дрожи. Она уже слышала подобные истории. Уже видела, как Кристина возвращалась домой после ссор. Уже обещала себе, что больше никогда не позволит Грише снова довести сестру до такого состояния. И сейчас, глядя на её заплаканное лицо, Вероника вдруг перестала думать о последствиях.

— Где он сейчас?
Кристина подняла голову.
— Что?
— Где Гриша?
— В студии, наверное. А зачем?
— Ничего. Просто спрашиваю. —
Вера, не надо.
— Я ничего не буду делать.
— Я тебя знаю.
— Крис.
— Пожалуйста, не ходи к нему.
— Я не собираюсь никуда идти.

Вероника улыбнулась так убедительно, как только смогла. Кристина вытерла слёзы и кивнула. Через несколько минут она ушла в ванную, а Вероника осталась в гостиной. Она достала телефон. Открыла чат с Артёмом. Там было последнее сообщение: «Я ещё на студии. Позвоню, когда освобожусь». Палец завис над экраном. Она могла написать ему. Могла рассказать всё. Могла попросить приехать. Но почему-то не стала. Она сама не понимала почему. Может быть, потому что это была история Кристины. Может быть, потому что ей не хотелось втягивать Артёма в очередную разборку. А может, потому что она уже приняла решение.

Она открыла приложение такси. Пальцы быстро набрали адрес студии. Вероника ещё несколько секунд смотрела на экран, прежде чем нажать кнопку заказа. «Что я вообще делаю?» — мелькнуло в голове. Ответа не было. Только злость. Густая, горячая, почти физическая. Она накинула пальто, взяла сумку и тихо вышла из квартиры. Кристина даже не услышала, как закрылась дверь.

По дороге Вероника смотрела в окно. Ночной город был почти пустым. Огни витрин отражались в мокром асфальте, редкие машины проносились мимо, а в наушниках играла какая-то случайная музыка, которую она совершенно не слышала. Она снова и снова прокручивала в голове слова сестры. «Мне нравится внимание других мужчин». «Я сама даю людям повод». «Если хочу свободы — могу быть свободной». С каждым повторением становилось только хуже.

— Какой же ты идиот, — пробормотала она себе под нос.

Такси остановилось возле здания студии. Вероника расплатилась и вышла. Несколько секунд стояла на улице, глядя на знакомую дверь. Внутри вдруг появилось сомнение. Она могла развернуться. Могла вернуться домой и сделать вид, что ничего не произошло. Но вместо этого открыла дверь.

На студии было тихо. Из одной комнаты доносилась музыка. Вероника прошла по коридору и увидела Гришу. Он сидел на диване, что-то печатал в телефоне. Услышав шаги, поднял голову. И явно удивился.

— Вера?
Она остановилась напротив него.
— Нам надо поговорить.
Он отложил телефон.
— О чём?
— О Кристине.

Гриша сразу изменился в лице.

— Что она тебе сказала?
— Неважно. Я знаю достаточно.
— Вера...
— Нет. Дай мне договорить.

Он посмотрел на неё несколько секунд, а потом кивнул.

— Хорошо.

— Ты вообще понимаешь, что делаешь? — спросила она.
— Понимаю.
— Нет, не понимаешь. Если бы понимал, она бы сейчас не сидела дома и не плакала из-за твоих слов.
— Мы поссорились.
— Это не просто ссора. Ты снова сделал её виноватой за то, что сам почувствовал ревность.
— Я не хотел её обидеть.
— Но обидел.
— Знаю.
— Тогда почему продолжаешь?

Гриша опустил взгляд.

— Потому что иногда я не умею остановиться.

Вероника на секунду замолчала. Такой ответ она не ожидала услышать. Но злость никуда не исчезла.

— Это не оправдание.
— Я знаю.
— Тогда скажи мне, зачем ты каждый раз делаешь одно и то же?
Гриша поднял глаза.
— Потому что боюсь её потерять.
Вероника усмехнулась.
— И поэтому сам каждый раз толкаешь её от себя?
— Видимо.

Он провёл ладонью по лицу.
— Когда она говорит, что хочет куда-то без меня, я начинаю думать всякую ерунду. Что ей со мной скучно. Что ей кто-то другой нравится. Что она встретит кого-то лучше.
— И поэтому ты говоришь ей гадости?
— Я не горжусь этим.
— Тогда перестань.
— Всё не так просто.
— Почему?
— Потому что чувства не всегда работают нормально.

Вероника посмотрела на него и вдруг увидела то, чего раньше не замечала. Не уверенного в себе человека, который привык давить и добиваться своего. Не того Гришу, которого она знала по их первым конфликтам. Перед ней сейчас сидел человек, который выглядел... растерянным. Это не оправдывало его слов. Не отменяло того, что он сделал Кристине больно. Но впервые она увидела за его раздражением что-то другое. Страх.

— Ты её любишь? — спросила она неожиданно для самой себя.
Гриша даже усмехнулся.
— Ты серьёзно спрашиваешь?
— Да.
— Очень.
— Тогда да. И почему ты не можешь просто сказать ей это вместо всего остального?

Он посмотрел на неё.
— Потому что когда я боюсь, что она уйдёт, я начинаю вести себя как идиот.
Вероника выдохнула.
— Тогда научись бояться нормально.
Он тихо рассмеялся.
— Это как?
— Не знаю. Но точно не так.

Несколько секунд они молчали.
— Она тебя любит, — сказала Вероника.
— Я знаю.
— Но если ты продолжишь, однажды она устанет.
— Я знаю.
— И тогда я не буду её уговаривать возвращаться к тебе.
— Понимаю.
Он кивнул.
— Я не прошу тебя.
— Хорошо.
— И спасибо, что сказала это мне в лицо.

Вероника нахмурилась.
— Не благодари. Я всё ещё злюсь на тебя.
— Имеешь право.

Она уже собиралась уходить, когда Гриша вдруг сказал:
— Вера.
Она остановилась.
— Что?
— Передай ей... нет. Не передавай ничего. Я сам скажу.
Она кивнула.
— Так будет лучше.

Вероника вышла из студии и только на улице поняла, что всё ещё сжимает телефон в руке. Она посмотрела на экран. Несколько сообщений от Артёма. «Ты где?» «Всё нормально?» «Ника, ответь, пожалуйста».

Она закрыла глаза. Вот теперь стало действительно страшно. Не из-за Гриши. Из-за того, что она впервые сделала что-то, не сказав человеку, которому доверяла больше всего. Вероника открыла чат и начала печатать: «Прости, я просто...» Потом остановилась. Стерла. Написала снова.

«Я скоро буду дома. Всё нормально».

И отправила. Она не знала, почему не смогла сказать правду сразу. Возможно, потому что сама ещё не понимала, что произошло в этой студии. Она приехала туда, чтобы ненавидеть Гришу. Хотела кричать на него, обвинять, защищать сестру. А вышла с совершенно другим чувством — не симпатией, нет. До этого было ещё очень далеко. Просто впервые ей стало понятно, что за его раздражением тоже есть человек. Человек со своими страхами, слабостями и ошибками. И почему-то именно это пугало Веронику сильнее, чем его злость.