Не конец, а начало

    «Самое опасное — не влюбиться с первого взгляда. Самое опасное — однажды понять, что уже давно смотришь только на неё.»

Глава 15
Другими глазами
Макс

После того вечера я думал, что забуду.
Правда.
Я был уверен, что через пару дней эта странная ситуация просто исчезнет из головы.
Ну дал человеку толстовку.
Ничего особенного.
Но почему-то всё оказалось не так.

Я начал замечать её.

Не специально.

Просто она всё чаще попадалась мне на глаза.

Сам не понял, когда это началось.

Наверное, после того вечера под дождём.

Или ещё раньше.

После той ночи, когда я увидел её одну возле главного корпуса.

Я никогда не следил за людьми.

Мне было всё равно, кто с кем дружит.

Кто с кем встречается.

Кто с кем расстался.

У каждого своя жизнь.

Но теперь взгляд сам находил её среди десятков студентов.

Будто мозг запомнил.

Утром возле корпуса.

В столовой.

На переменах.

В библиотеке.

Я не искал её специально.

Просто каждый раз почему-то замечал первой.

И с каждым днём видел всё больше мелочей.

Раньше она никогда не обедала одна.

Всегда сидела со своей компанией.

Что-то рассказывала.

Смеялась так громко, что её было слышно через несколько столиков.

Теперь всё изменилось.

Она приходила в столовую позже остальных.

Брала самый обычный чай.

Иногда вообще ничего не ела.

Садилась возле окна.

Всегда на одно и то же место.

И почти всё время смотрела куда-то на улицу.

Будто находилась совсем не здесь.

Однажды я поймал себя на том, что уже несколько минут наблюдаю за ней, забыв о собственном разговоре.

— Ты вообще слушаешь? — толкнул меня локтем Артём.

— А?

— Я говорю, препод сегодня вообще с ума сошёл.

— Угу...

Я автоматически кивнул.

Хотя понятия не имел, о чём он говорил.

Потому что в этот момент видел только её.

Она сидела у окна.

Медленно размешивала давно остывший чай.

И даже не притронулась к булочке, которая лежала перед ней.

Раньше она обязательно доела бы её.

Не знаю, откуда я это помнил.

Но помнил.

На следующий день я встретил её в коридоре.

Она шла навстречу, прижимая к груди учебники.

Раньше в таких случаях всё происходило одинаково.

Я специально говорил что-нибудь колкое.

Она тут же отвечала.

— Ты вообще умеешь нормально разговаривать?

— А ты умеешь проходить мимо и не умничать?

— Нет.

— Я так и понял.

И почему-то после таких перепалок настроение становилось легче.

Теперь всё было иначе.

Она прошла совсем рядом.

Даже не посмотрела в мою сторону.

Словно меня вообще не существовало.

И именно это неожиданно задело.

Не потому, что мне хотелось снова спорить.

А потому, что раньше в её глазах всегда было хоть какое-то чувство.

Раздражение.

Злость.

Упрямство.

Что угодно.

Теперь...

Не было ничего.

Пустота.

Она словно научилась смотреть сквозь людей.

Сквозь меня.

И почему-то это оказалось неприятнее любой ссоры.

Я всё чаще замечал, что она больше не смеётся.

Даже когда рядом кто-то шутил.

Она вежливо улыбалась.

Совсем чуть-чуть.

Будто просто вспоминала, как это делается.

И снова становилась серьёзной.

Странно...

Я ведь никогда раньше не обращал внимания на такие вещи.

Даже не задумывался, каким человеком она была.

А теперь почему-то видел каждую перемену.

И чем больше замечал...

Тем сильнее понимал одну простую вещь.

Та девушка, которая когда-то бесила меня своей упрямой улыбкой...

Куда-то исчезла.

И почему-то мне очень хотелось узнать, сможет ли она однажды вернуться.

Я несколько секунд смотрел ей вслед.

Потом резко отвернулся.

— Да что с тобой происходит...

Тихо усмехнулся сам себе и пошёл дальше.

Мне правда хотелось перестать об этом думать.

Но университет будто специально сталкивал нас снова и снова.

На следующий день я увидел её в библиотеке.

Потом — возле аудитории.

Потом — в очереди за кофе.

И каждый раз ловил себя на одном и том же.

Я сначала замечал её.

А уже потом всех остальных.

Это начинало раздражать.

Самое странное было не то, что я начал замечать её.

Самое странное — я вдруг понял, что совершенно не помню, как она выглядела раньше.

Нет, конечно, я бы узнал её из тысячи.

Но если бы меня попросили описать её ещё месяц назад...

Я бы не смог.

«Первокурсница.»

«Вечно спорит.»

«Слишком правильная.»

Наверное, именно так я бы и ответил.

Теперь всё почему-то стало иначе.

Я неожиданно начал замечать то, на что раньше никогда не обращал внимания.

Например, волосы.

Они оказались намного длиннее, чем я думал.

Тёмно-каштановые, почти шоколадные.

Когда она собирала их в высокий хвост, несколько тонких прядей всё равно выбивались и падали на лицо.

Раньше она постоянно убирала их за ухо.

Теперь будто перестала это замечать.

Я впервые увидел, что у неё очень светлая кожа.

Настолько, что после бессонных ночей под глазами сразу появлялись едва заметные тени.

И почему-то именно они бросались в глаза сильнее всего.

Ещё я никогда раньше не замечал её глаза.

Странно.

Казалось бы, смотришь человеку в лицо.

Но ничего не видишь.

Они были серо-зелёными.

И всё время разными.

Когда она спорила — яркими.

Живыми.

Когда смеялась — будто светлели.

Теперь они почти всегда были спокойными.

Слишком спокойными.

Словно кто-то однажды выключил в них свет.

Я вдруг поймал себя на мысли, что больше не видел, как она смеётся.

По-настоящему.

Не той короткой вежливой улыбкой, которой она отвечала одногруппникам.

А так, чтобы запрокинуть голову.

Закатить глаза.

Начать говорить быстрее обычного.

Как раньше.

Не знаю, почему я вообще это помнил.

Наверное, потому что именно тогда она больше всего меня раздражала.

Ещё я заметил одну странную привычку.

Когда она нервничала, то постоянно крутила на пальце тонкое серебряное кольцо.

Не снимала его.

Просто медленно поворачивала снова и снова.

На парах.

В очереди.

Даже когда сидела одна в библиотеке.

Раньше я никогда этого не видел.

Или просто не смотрел.

А теперь почему-то замечал каждую такую мелочь.

Это было глупо.

Даже смешно.

Я ведь не из тех, кто разглядывает девушек.

Тем более первокурсниц, с которыми толком никогда не общался.

Но каждый раз взгляд почему-то цеплялся именно за неё.

И меня это начинало раздражать.

Потому что чем больше деталей я замечал...

Тем сильнее понимал одну простую вещь.

Раньше я видел только шумную, упрямую девчонку, которая постоянно выводила меня из себя.

А теперь впервые увидел человека.

⸻

Через несколько дней после занятий я вышел во внутренний двор университета.

Ребята уже ждали меня возле лестницы.

— Макс! — крикнул Артём. — Мы в спортзал, ты с нами?

— Сейчас.

Я уже собирался подойти к ним, когда краем глаза снова заметил её.

Оливия сидела одна на дальней лавочке.

Перед ней лежал открытый конспект.

Но она не читала.

Просто смотрела куда-то вперёд.

Так, словно совсем не замечала людей вокруг.

Ветер перелистывал страницы.

Она даже не пыталась их придержать.

— Ты чего завис? — снова окликнул Артём.

Я перевёл взгляд на друзей.

— Иду.

Но почему-то ещё раз посмотрел в сторону лавочки.

В этот момент к Оливии подошла какая-то девушка с её курса.

Что-то спросила.

Я не слышал слов.

Оливия коротко улыбнулась.

Ответила.

И уже через минуту снова осталась одна.

Эта улыбка...

Она была какой-то неправильной.

Слишком вежливой.

Слишком короткой.

Будто человек просто забыл, как улыбаются по-настоящему.

Я сам не заметил, как нахмурился.

— Земля вызывает Макса, — Артём махнул рукой у меня перед лицом. — Ты вообще где?

— Здесь.

— Не похоже.

Я молча усмехнулся.

Если бы он только знал.

Я и сам уже не понимал, где нахожусь.

В тот вечер я долго не мог выбросить её из головы.

Не потому, что она мне нравилась.

Нет.

Скорее потому, что мне было непривычно видеть человека, который за несколько недель изменился до неузнаваемости.

И почему-то именно сейчас я всё чаще вспоминал наши нелепые перепалки.

Как она сердито смотрела на меня.

Как обязательно отвечала на каждую колкость.

Как однажды сказала:

— Ты когда-нибудь улыбаешься?

А я тогда ответил:

— Только по праздникам.

Она закатила глаза и ушла.

А я ещё долго смеялся.

Странно.

Тогда она меня раздражала.

А теперь...

Теперь я вдруг понял, что именно её раздражение делало университет живее.

И только когда оно исчезло, я заметил, насколько пусто стало вокруг.