Ворон. Эмилия Грин (1)

У меня окончательно спутались мысли.

Вид Кирилла в минусовую температуру, беснующегося на моем балконе в одной футболке и джинсах, не особо помог разрядить обстановку. Я просто следила за каждым его движением, боясь упустить хоть что-то из виду.

Наконец, Воронов вернулся в комнату. Закрыв балконную дверь, не глядя на меня, он опустился в кресло. Парень запрокинул голову, и, стиснув челюсти, прикрыл глаза. Его грудь поднималась и опадала с бешеной скоростью. Он загнанно тяжело дышал.

Сотрясаемая нервной дрожью, я все ждала, что он что-нибудь скажет, возьмет свои слова про дружбу обратно. Наш поцелуй можно было окрестить каким угодно, но только не дружеским...

Однако он продолжал упорно молчать.

В голове у меня, наконец, прояснилось, и я ощутила приток с трудом сдерживаемого разочарования. Он ведь сразу сообщил весь расклад. И на что я только рассчитывала? Воронова не в чем винить. Он с самого начала был предельно откровенен.

Сама, дура, виновата...

Вдруг дошло - я только что пополнила ряды так называемых «подруг». Впускала парня к себе домой, оставляла с ночёвкой, и при этом еще хотела, чтобы он относился ко мне серьезно?

Глупая. Наивная. Идиотка. Я вздохнула, разглядывая светящийся диск луны, которая пошла на убыль.

- Кирилл, иди домой, - прошептала, когда пауза уж слишком затянулась.

Он недобро рассмеялся. Сглотнул так, что кадык на шее дернулся.

- Вряд ли сейчас я в состоянии передвигаться.

Я не совсем поняла, что он имеет в виду, однако внутренний голос подсказывал - лучше не развивать эту тему.

- Спасибо, - попыталась хоть как-то заполнить очередную невыносимую паузу.

Кирилл вопросительно выгнул бровь.

- Ты помог мне успокоиться. Можешь идти.

- Правда? Уже можно? - криво усмехнулся.

- Да. Иди, - поразительно, но мой голос даже ни разу не дрогнул, звуча глухо и отстраненно.

- Использовала меня, как лекарство от грусти, и выгоняешь? - в его темных глазах пронеслось нечто неуловимое.

- Ты действительно меня отвлек. - Я сглотнула, гоня из памяти наше временное умопомешательство.

- Можно, я сегодня останусь с тобой? Вдруг снова понадобится помощь друга? - Воронов откинулся назад со скрещенными за головой руками.

- Нет, Кирилл, теперь уж я как-нибудь сама. - Подобрала колени, уложив на них подбородок.

- Алин, обещаю, без глупостей. - Его взгляд при этом вновь остановился на моих припухших губах.

Обещает он. Ну-ну. Еще одного такого поцелуя мое слабое сердце просто не выдержит... Этот поцелуй меня уничтожил. В какой-то момент я перестала себя контролировать, и только сейчас с ужасом осознала, чем все могло обернуться.

- Я даже футболку снимать не буду, если ты боишься. М?

Ну, какая чушь... Будто эта футболка могла стать достойной преградой, если у нас вновь отключатся тормоза? Мои ноги до сих пор были как желе. Губы побаливали. Он пару раз меня укусил... Или я его...

А сердце...

Оно увеличилось до размеров воздушного шара, и могло в любой момент разорваться в клочья. Неужели Воронов не понимает, что этот поцелуй разделил мою жизнь на «до» и «после»? Ведь еще ни один парень не прикасался ко мне так.

Нежно. Грубо. Сладко. Отчаянно. До остановки дыхания и потери ориентации в пространстве. А наши «взрослые» поцелуи с Димкой теперь можно было официально окрестить возней двух слепых котят.

Я крепче обняла себя под коленями.

- Алина, - голос Кирилла прозвучал потерянно. - Прости. Я не знаю, что на меня нашло. Я... Идиот. Гормоны. Разыгрались.

Ну, вот. Уже жалеет... Прекрасно.

- Можно мне сегодня остаться с тобой? Пожалуйста?

Нервный смешок сорвался с моих искусанных губ. Судя по всему, он не собирался уходить. А я так устала спорить...

- Ты знаешь, где лежит матрас, - бросила сухо.

Он, молча, поднялся, и, расстелив себе на полу, все-таки избавился от футболки, судя по всему, решив окончательно этим меня добить. Потому что вопреки здравому смыслу я на несколько секунд зависла на его обнаженном татуированном торсе, хотя совершенно не планировала этого делать.

- Алина. Скажи мне что-нибудь? - улегшись на полу, Воронов подпер кулаком подбородок, буравя меня хмурым взглядом.

- Спи, друг мой, - прошептала зло.

Однако мой выпад имел ровно противоположный эффект, вызвав у нахала такую широченную улыбку, что обнажились клыки.

- Ты моя самая любимая...подруга, - низкий голос Кирилла был нежен.

Пернатый придурок. Разве можно быть настолько твердолобым?

- Алина? - теплые пальцы коснулись моей дрожащей ладони, однако в этот раз я резко одернула руку.

- Я не хочу разговаривать... - отвернулась от него. - Хотел спать - спи, - прикрыла глаза, мечтая скорее отключиться от источника питания.

Потому что, как бы я не пыталась оттянуть неизбежное, это все-таки произошло - Кирилл Воронов разбил мне сердце.

... Открыв глаза, я первым делом посмотрела вниз. Матрас опустел. Почувствовала смесь облегчения и разочарования. История повторилась - как и вчера, он просто ушел.

Хотя чего я ждала? Что мы вместе позавтракаем и за ручку отправимся в школу?! Дура наивная. Мысленно я дала себе подзатыльник. Как там говорят? Спасение утопающих - дело рук самих утопающих. Пора брать себя в руки...

Я быстро приняла душ, высушила волосы феном, отчего они стали похожи на огромный пушащийся одуванчик, и, натянув форму, белоснежную блузку и черную юбку в складку, спустилась в гостиную.

И потеряла дар речи.

Воронов, в папином халате и тапочках, стоял у плиты, помешивая лопаткой что-то на сковороде.

- Доброе утро. Я уже хотел идти тебя будить... Через двадцать минут мы должны выйти.