Не гладь меня!

После того как чуя и дазай пошли спать

— Чуя, а у тебя никогда не было ощущения, что тебя постоянно что то преследует. Но потом оно испаряется. И ты надеешься на то, что оно ушло навсегда, но при этом не смеешь надеяться на счастливую жизнь. — спросил Дазай, смотря в потолок

— У меня такое было, когда я только поступал в мафию, но оно через несколько месяцев проходило. В такие моменты нужно выговориться

— А сколько надо ждать, чтобы оно ушло?

— Не знаю, это не от времени зависит

— Не надо было мне думать об этом — Осаму вздохнул — опять теперь голова болеть будет от лишних мыслей

— учти, ты всегда можешь выговориться мне и я поддержу тебя

— Спасибо. Спокойной ночи — сказал осаму с каменным лицом

Пов Дазай

Я постепенно начал засыпать. На самом деле я очень давно не мог нормально спать или даже нормально жить. У меня была бессонница, а если получалось заснуть, снились кошмары. «учти, ты всегда можешь выговориться мне» — я вспомнил слова чуи. На какой то момент мне захотелось резко поднять чую, расплакаться, сказать как сильно я в него влюблен и рассказать о своих проблемах, извиниться за уход из мафии, но я резко одернул себя. Один раз, когда я так начал доверять человеку, тот в итоге умер. Конечно, я не был влюблен в оду, но на тот момент у меня начала налаживаться жизнь. А я не заслуживаю счастливой жизни. По крайней мере начиная с 14. До 14 я почти ничего не помню. Мне резко захотелось встать, пойти в ванную и изрезать себя так, чтобы наконец сдохнуть, но я не хотел будить чую. Не хватало еще чтобы из за того что я захотел посреди ночи заняться самобиванием, на его прекрасном лице появились бы темные круги. Я вжался в постель от собственной жалости. Хотелось выдрать себе глаза. Через полчаса я наконец уснул.

Глубокая ночь. Комнату освещает лишь свет фонарей с улицы, который просачивается сквозь шторы. Я видел кошмары во сне, а чуя… просто крепко спал.

Я иду по коридору. Темный коридор. В конце появляется свет, там стоит чуя. Рядом стоит призрак оды. Они улыбаются и протягивают мне свои руки. Я хотел побежать, наброситься к чуе на шею и поцеловать его. Я сделал шаг и будто начал тонуть в болоте. С каждым моих шагом меня все больше пожирала темная пучина страданий, в мозге теснились мысли по типу «Ничтожество!» «пытаешься жить счастливо, хотя никого не смог защитить?!». Я хотел закрыть уши руками заорать что это не так съежиться и спрятаться от этих мыслей. На глаза сами по себе набегали слезы.

Чуя проснулся, из за чьего то плача внутри комнаты . Он повернулся и увидел дазая который страдал от кошмаров. Он привстал и не знала о ему делать, разбудить или нет. Он решил разбудить, как только Дазай схватился за свою голову и начал драть волосы.

— Дазай! Дазай!

Чуя начал его трясти

— Ч-чуя? — он захлебывался в слезах. Как только он понял кто перед ним сидит он тут же начал вытирать слезы

— Чуя? Что то случилось, раз ты решил разбудить меня в столь поздний час? — он попытался нахально улыбнуться, чтобы чуя как всегда на него накричал и побил от злости, потому что осаму опять заставил его волноваться. Но получилась только болезненная улыбка, которая пыталась скрыть усталость и боль в глазах.

— Чуя-Чу? Что то случилось? Ты даже не побудешь истеричкой? — Дазай знал что чуя не тупой, но надеялся что тот промолчит и не будет ничего делать.

Чуя лишь обнял дазая. Без слов. Просто прижал его к себе, сидя на кровати. Дазай уже не мог нормально дышать и из его глаз покатились оставшиеся слезы. Он вцепился в чую, будто это был его спасательный круг, будто если он отпустит чую, то больше никогда не сможет обнять его снова.

— Все хорошо — Чуя поглаживал дазая по спине и голове, по всему до чего доставал.

Осаму старался остановить слезы, но они не заканчивались.

— И-извини

— что то случилось?

Дазай мягко оттолкнул его закрывая лицо руками

— Мне надо в туалет. — он встал и убежал в ванну. Чуя обеспокоенно повернулся к двери ванной. Он знал что Дазай снова займется самобичеванием и пошел искать дополнительные ключи от ванной.

Пов Дазай

Мерзость. Показал себя слабым перед чуей. Нагрузил его своими проблемами. Я достал лезвие и немного развязал бинты. Чирк. И начала капать кровь. Даже сейчас заставляю его волноваться. Ненавижу. Я не достоин того чтобы за меня беспокоились. Особенно чтобы это был чуя. Какого хрена я вообще приблизился к нему. Чирк. Даже не извинился за уход из мафии. Не надо было здесь оставаться, давать себе слабину. Чирк. Я ведь почти достиг предела и мог умереть. Какого хрена я думаю, что имею право на счастливую жизнь. Мне нельзя так думать, а то остальные опять будут страдать. Если бы я поспел к оде чуть раньше… нет… если бы я вообще не сближался бы с ним, я бы смог уберечь его от гибели? Я хочу опять с ним встретиться. Для этого надо умереть. В ванне чуи? Какой же я эгоист. Чирк. Даже в моменты когда обо мне заботятся, думаю только о себе. Чирк. Хочу исчезнуть. Я впал в беспамятство и просто начал резать себя. Хотелось изодрать свою кожу, вырвать волосы. Заставить меня страдать, чтобы избавиться от своей вины хоть на самую капельку. Хотелось что нибудь опрокинуть, разбить. Но я не мог. Я не у себя дома. Я опустился на пол с полуразвязанными бинтами, держа в руке лезвие. Я закричал в себя. Выронил лезвие и схватился за волосы пряча лицо.

Конец пов Дазай

Дверь щелкнула

— Дазай!

Чуя забежал в ванную и увидел осамку. Он тут же отпрыгнул от него и залез в сухую ванную прикрываясь занавеской. Чуя успел увидеть лезвие и кровь.

— Ч-чуя ты что делаешь!? Я купаюсь. — впервые было так тяжело лгать. Слова еле выходили из горла проглатывая все звуки.

— Блять! — Чуя выругался и ударил кулаком об стену. Несильно чтобы не разбить плитку.

Дазай вздрогнул и спрятался за занавеской.

— Дазай — Чуя присел на корточки перед ванной — я сделал что то не так? Тебе не нравится проводить со мной время?

— Нет, Чуя! Ты что, ты самый добрый и понимающий человек!

Чуя хмыкнул

— Тогда, расскажешь мне?

– Что рассказать? — Дазай уже не мог нормально защищаться

— То, почему ты так убиваешься. Покажешь мне что под бинтами? — чуя не заметно заглянул за ванную и тронул руку дазая.

— А это не слишком сложно?

— Сложно показать?

— Не знаю, ты не будешь смеяться?

— А почему я должен смеяться?

— не знаю — дазаю просто хотелось найти причину по которой можно было бы снова закрыться в себе. С другой стороны его уже подкашивало то, как он хотел выговориться чуе. — а ты не будешь пугаться?

— не волнуйся, я видел раны и похуже.

— Извини

— не извиняйся. Здесь нет твоей вины

— есть. Я ведь даже за уход из мафии перед тобой не извинился.. прости меня

— Ничего страшного, я уже простил тебя — чуя взял его за подбородок и повернул к себе — Так… ты пойдешь со мной? — Чуя протянул ему руку

— д-да

Как только Дазай взял чую за руку, тот притянул его к себе и обнял. Потом он поднял его на руки, взял аптечку и отнес на кровать. Там он посадил его на кровать и снял бинты. Там было многочисленное количество шрамов и новые царапины. Он начал медленно перебинтовывать и когда чуя до коснулся до порезов Дазай от боли ойкнул.

— все хорошо — Чуя чмокнул его порез. И дазай немного успокоился. Когда руки были забинтованы, чуя повернулся к окну и открыл шторы.

— Луна сегодня красивая п-правда??— запнулся Дазай

— Наверное, я не видел — Чуя сел рядом с дазаем. Дазай повернулся к нему и Чуя прошептал ему на ухо « Я тоже»

На глаза дазая начали наворачиваться слезы. И он бросился к чуе на шею. Чуя крепко обнял его и лег на кровать. Он успокаивал дазая, похлопывая по спине.

— Ты скучаешь по оде?

— да. Я ведь мог его спасти

— это не твоя вина, не надо себя корить. Я знаю что за один раз ты себя не полюбишь но может ради меня не будешь себе вредить. Я ведь люблю тебя — Чуя поцеловал дазая. Вскоре они оба заснули

Всем хай. Да, я решила что им уже надо бы признаться друг другу. Наверное тухлое признание НО я старалась. Кто не знает у японцев слова Луна сегодня красивая - это признание в любви вроде как. Кароче всем спс следующая глава будет как всегда обкуренной.

1364 слова