Южный парк и реакции (На) Т/И

[Эрик, Стен, Баттерс, Клайд].

**Эрик**

Ты вошла в школу, едва переставляя ноги. Взгляд рассеянный, плечи опущены - видно было, что тебе тяжело. Эрик заметил тебя сразу: выскочил из‑за колонны, широко улыбаясь, и привычно бросил с напускной бравадой:

- Эй, чё такая грустная, хуй сосала не вкусный?

Он рассмеялся, ожидая, что ты скажешь грубостью в ответ. Но ты лишь мельком взглянула на него - в глазах стояла такая тоска, что смех сам собой стих. Не сказав нихуя, ты медленно попездовала дальше по коридору.
Эрик замер, растерянно проводив тебя взглядом. Что‑то в этой тишине было не так... (Да ладно).

На следующей перемене он нашёл тебя у окна в пустом холле. На этот раз в его голосе не было ни насмешки, ни привычной развязности:

- Эй... Чё с тобой?

Ты глубоко вздохнула, словно собираясь с силами, и тихо произнесла:

- Бабушка умерла.

Тишина обрушилась на них обоих. Эрик растерялся. Он никогда не сталкивался с чем‑то подобным - не знал, как реагировать, что говорить, как выразить то, для чего у него не было слов.

- Я... не знал, - наконец выдавил он. - Прости..

Его голос звучал неловко, будто он произносил чужие фразы, но в глазах читалась искренняя растерянность. Он хотел добавить что‑то ещё, но слова не шли. Просто кивнул и ушёл, оставив тебя наедине с болью(вот пидар), а себя - с непривычным чувством беспомощности.

**Стен**

В классе у вас была тема написать сочинение про своих бабушек и дедушек. Ты сидела за партой, сжимая ручку в руках, а перед тобой лежал пустой лист - лишь вверху аккуратным почерком была выведена надпись «Классная работа». В груди давило так сильно, что казалось, будто воздух стал густым и тяжёлым. Совсем недавно ты потеряла бабушку - самого близкого и родного человека, который всегда верил в тебя и поддерживал. Но об этом никто не знал: ты не могла заставить себя заговорить о случившемся, словно произнести вслух - означало признать реальность окончательно.

Когда мистер Гарисон объявил задание, ты почувствовала, как к горлу подступает ком. Одноклассники оживлённо переговаривались, вспоминая забавные истории о своих бабушках и дедушках, а ты просто смотрела в пустоту, не в силах сосредоточиться.

Мистер Гарисон, заметив твоё состояние, подошёл к парте:
- Т/И, почему ты не пишешь?

Ты молча опустила глаза, не находя слов. Внутри всё сжималось от боли, но слёзы упорно не хотели выходить наружу.

- Может, тебе стоит сходить к психологу? - мягко предложил он.

Ты отрицательно покачала головой. Говорить об этом было невыносимо.
В этот момент на твоё состояние обратил внимание Стен. Он сидел через пару парт и, кажется, что‑то понял - может, по твоему взгляду или по тому, как ты вцепилась в край стола.

Мистер Гарисон, наконец, догадался, в чём дело. Он тихо забрал у тебя лист и кивнул, давая понять, что ты можешь не выполнять задание.
Когда урок закончился, ты быстро собрала вещи и вышла в коридор, стараясь не привлекать внимания. Но не успела ты отойти далеко, как сзади раздался знакомый голос:

- Т/И, у тебя что‑то случилось?

Ты обернулась. Перед тобой стоял Стен. Ты посмотрела на него с таким глубоким отчаянием, что слова оказались лишними. Ты просто кивнула.
Он не стал расспрашивать, кто именно ушёл из твоей жизни. Вместо этого он молча обнял тебя.

Вы вместе вышли на школьный двор и сели на карусель. Ветер слегка шевелил твои волосы, а где‑то вдалеке слышались голоса других учеников. Стен начал рассказывать о своём дедушке - о том, как тот хотел умереть, принимал наркотики. Он коллекционировал фигурки, умел рассказывать невероятные истории и
называл Стена "Билли".

Его рассказ был простым, но в нём было столько тепла и жизни, что постепенно твоя душа начала оттаивать. Ты слушала, иногда кивала. К концу разговора ты почувствовала, как тяжесть в груди становится чуть легче. Ты взглянула на Стена и тихо произнесла:

- Спасибо.

Он улыбнулся и ответил:

- Всегда рад помочь. Если что - я рядом...

И ты поняла, что это не просто слова. В этот день ты обрела не только поддержку, но и настоящего друга.

**Баттерс**

Как‑то раз ты была в гостях у лучшего друга - Баттерса. Вы уютно устроились в его комнате и увлечённо играли в куклы: ты взяла себе Теранса, а Баттерс - Филиппа. Вы придумывали забавные диалоги, смеялись и совсем забыли о времени.

Вдруг в комнату зашла мама Баттерса - Линда. Её лицо было строгим, но в глазах читалась лёгкая улыбка.
- Баттерс, - мягко, но настойчиво сказала она, - пришла твоя бабушка. Нужно спуститься и поздороваться с ней.
Баттерс мгновенно помрачнел. Он не любил бабушку - и, кажется, это чувство было взаимным. Мальчик нахмурился, сжал куклу в руках и грубо ответил:
- Нет, я не пойду.

Из соседней комнаты тут же раздался голос отца:
- Баттерс! Немедленно спустись и поздоровайся с бабушкой! Это не обсуждается!

Мальчик цыкнул, тяжело вздохнул, поднялся с пола и направился к двери. Перед тем как выйти, он обернулся и тихо попросил:
- Посиди здесь, пожалуйста. Я скоро вернусь.

Ты осталась в комнате, но любопытство оказалось сильнее. Тихонько подойдя к двери, ты прижалась ухом к щели и стала подслушивать. Снизу доносились голоса: родители строго отчитывали Баттерса, а он, пытался объяснить, почему не хочет видеть бабушку.
- Баттерс, она твоя бабушка, ты должен её уважать! - резко оборвала его мама.

Через несколько минут шум стих, и ты услышала, как Баттерс поднимается по лестнице. Он вошёл в комнату с опущенной головой, глаза были красными от сдерживаемых слёз.

- Ёшкин крот, оять наказание, - пробормотал он, плюхаясь на кровать.

Ты подошла к нему и осторожно спросила:
- Баттерс, почему ты так не любишь бабушку? Что она тебе сделала?

Он помолчал, собираясь с мыслями, а потом начал рассказывать. О том, как в детстве бабушка заставляла его стоять в углу часами без еды, как высмеивала перед гостями, называя «неудачником», как однажды в сердцах крикнула, что лучше бы он «никогда не рождался». Его голос дрожал, а кулаки сжимались от обиды. (Честно, не помню было ли такое просто решила написать).

Ты слушала, и сердце сжималось от боли за друга. Когда он закончил, ты тихо присела рядом на кровать и сказала:
- Знаешь, я даже немного завидую тебе. У тебя есть бабушка... А моя умерла.

Баттерс замер, потом медленно повернулся к тебе. В его глазах читалось искреннее сожаление.
- Прости, - прошептал он. - Я не думал, что это так...

Он обнял тебя, и ты почувствовала, как его плечи дрожат. Вы сидели так несколько минут, молча делясь теплом и поддержкой. В этот момент ты поняла: даже в самых сложных отношениях важно уметь слушать и понимать друг друга...

**Клайд**

В тот день ты вообще не хотела идти в школу. Сердце сжималось от боли - неделю назад не стало бабушки, самого близкого человека, а теперь... пустота.
Ты брела по школьному коридору, глядя в пол, когда перед тобой внезапно возник Клайд. Он, как всегда, светился бодростью и явно не замечал твоего состояния.

- Эй, - окликнул он, размахивая парой фотографий в телефоне. - Смотри, какие кеды лучше: эти или вот эти? Ну, реально не могу выбрать!

Ты резко остановилась и подняла на него взгляд - тяжёлый, полный невысказанной боли.
- Серьёзно? - голос дрогнул, но ты заставила себя продолжить. - Ты сейчас серьёзно(нет блять, супер сурёзно) спрашиваешь меня про какие‑то тупые кеды?

Клайд растерялся, моргнул пару раз:
- Чё с тобой? - спросил он уже тише, без прежней беспечности.

Ты сжала кулаки, чувствуя, как к горлу подступает комок.
- Просто... отстань от меня.

Развернувшись, ты быстро пошла прочь, не дожидаясь ответа. За спиной осталась тишина - Клайд так и стоял с телефоном в руке, явно не понимая, что произошло.

На следующей перемене ты брела по тихому коридору с опущенной головой. Стены, обычно оживлённые голосами и смехом, сейчас словно поглощали звуки, оставляя лишь приглушённое эхо твоих шагов. Ты старалась ни на что не смотреть.
И вдруг - знакомые шаги. Ритмичные, уверенные. Ты замерла, медленно подняла голову и увидела в конце коридора Клайда. Он заметил тебя, подошёл ближе и, не дожидаясь вопроса, заговорил:

- У меня вот мать умерла, но я же не хожу с грустным ебалом, а знаешь, из‑за чего умерла? Из‑за того, что я не поднял стульчак на унитазе. И ничего, живу с этим.

Его слова повисли в воздухе, резкие и будто лишённые всякого сочувствия. Ты стояла не шевелясь, чувствуя, как внутри что‑то обрывается. Клайд посмотрел на тебя, пожал плечами и, не дожидаясь ответа, развернулся и ушёл. Ты осталась одна. В голове крутились его слова, но не находили отклика - только усиливали тяжесть, которая и так давила на плечи. Ты прислонилась к стене, пытаясь собраться с мыслями.

«Не все люди умеют понимать и поддерживать», - пронеслось в голове...