КОРОЛЬ ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ

Тело Тэхена дрогнуло, я вскинулась, готовая броситься ему на помощь, но он не вернулся к жизни – это Тьма стала покидать мёртвое и уже бесполезное тело. Вырвалась чёрным дымом изо рта Тэхена и заметалась по комнате, лоскуты её чёрного «тела» стали покрываться рыжими дорожками, тлея будто подожжённый пух. Лишившись своего носителя, она погибала, становясь всё меньше и меньше, осыпаясь искрами на пол.
Я не позволила себе медлить. Вскочила и схватила Тьму за хвост. Она задрожала окружила меня непроницаемым облаком, сбила с ног, но я не почувствовала падения – просто провалилась в бесконечное ничто, лишённое даже искры света.
– Верни его! – крикнула я, но не услышала своего голоса. – Верни, и я впущу тебя! Верни Тэхена!
«Гадкая девчонка! Ты жгла меня своим мерзким светом!»
Её «слова» иглами вонзились в меня, не оставляя живого места.
– Его нет! Света больше нет! А ты умираешь. Я отдам тебе своё тело, если пообещаешь вернуть Тэхена. Я спасу тебя, если ты спасёшь его!
Тьма туго оплела меня, не давая вдохнуть.
«Я бы хотела тебя убить! Сожрать всё, что у тебя внутри!»
– Но ты не можешь. Ты ничего не можешь без тела. А я не буду предлагать дважды.
Тьма зашипела, заметалась, заклолотала, а потом коснулась моих губ.
«Скажи мне «да».
– Сначала обещай, что, как только окажешься во мне, излечишь его и вернёшь к жизни.
Гадкая девчонка... Обещаю. Скажи мне «да», и я сразу верну твоего любимого Тэхена. Скажи «да».
– Да.
Тьма захохотала, завизжала и ворвалась в меня, забила нос, рот, наполнила лёгкие и впиталась в каждую жилку. Я задыхалась, хваталась за горло, теряла сознание от боли и с ужасом ощущала, как она движется во мне, извивается, примеряя новое тело, разглаживая, одёргивая и оправляя, словно платье у портного.
«Слабое тело. Хрупкое. Никчёмное. Тебе повезло, что я вошла в тебя. Теперь ты будешь чего-то стоить».
Я обнаружила себя застывшей на четвереньках посреди спальни. Руки в крови, а тело больше не принадлежало мне. Словно из глубины, через завесу зыбкого тумана я наблюдала за тем, как поднимаюсь на ноги, расправляю плечи и поворачиваюсь к кровати, на которой лежит бездыханный Тэхен. Неторопливо подошла к ней, забралась на Тэхена и плотоядно ухмыльнулась. Провела пальцами по ране, поднесла к носу и вдохнула манящий аромат полной грудью, положила на язык и медленно облизала, содрогаясь от возбуждения. Кровь была вкусна и полна магии. Как было бы прекрасно пить её, пока его сердце ещё билось. Я провела ладонями по его тёплому животу. Может быть, этим и стоит заняться...
– Верни его! – потребовала я.
«Ты ещё тут, букашка? Верну, не верещи. Торопиться некуда – он всё равно уже мёртв».
Я наклонилась к Тэхену, заметила окровавленный нож, и Тьма непроизвольно съёжилась от страха, на мгновение вернув мне контроль. Я ухватилась за эту возможность, потянулась к Тэхену, но тут же лишилась контроля, снова отброшенная куда-то в глубину себя.
«Не дёргайся, букашка. Ты теперь тут не командуешь. Я воскрешу твоего мальчика, как договаривались, а потом убью снова. Живая кровь всегда вкуснее мёртвой».
Я замерла от ужаса.
«И чего дрожишь, букашка? Сделки надо заключать с умом. Как только я разделаюсь с твоим ненаглядным, спущусь к гостям и устрою настоящий пир!»
Я забилась внутри себя, вопя и брыкаясь, пытаясь пробиться наружу и вернуть себе тело. Тьма морщилась, отмахивалась от меня, как от назойливой мухи. Наклонилась к Тэхену и залюбовалась его лицом. Слизала с кожи у рта кровь и поцеловала в губы, собираясь наполнить Тэхену своей силой. Ощущение близости его ещё тёплого тела придало мне сил. Я потянулась туда, где раньше была нить, коснулась своего сердца, и оно вспыхнуло золотым светом. Вспышка была короткой, тусклой, но её хватило, чтобы Тьма, зашипев, сжалась, а я успела рвануться вперёд и схватить нож.
– Только дёрнись, и я убью себя! – Остриё пробило кожу и добралось до рёбер, но я почти не чувствовала боли.
Тьма замерла, не зная, как быть. Я чувствовала, что она хотела броситься на меня и снова отнять контроль над телом, но она тоже чувствовала меня и понимала, что я не блефую и ударю без промедления и сомнений.
«Гадкая девчонка! Я не дам тебе умереть! Не думай, что...»
– Ты боишься этого ножа, он особый, верно? Он отнял у Тэхена жизнь, и ты не смогла этому помешать. Решила меня обмануть? Значит, мы обе умрём.
Тьма зашипела, но теперь, когда она была внутри и я чувствовала её так же хорошо, как себя, она не могла меня обмануть.
«Осквернённая реликвия. Рог светлого существа, взращённого в водах озера Жизни и невинно убиенного в тех же водах. Кто должен был дарить жизнь, дарит смерть. Перед таким оружием бессилен даже бессмертный. Таким оружием проклятый Алтарун искромсал душу Эдды. Он был таким же, как ты, он тоже своими грязными руками отнял жизнь той, кого должен был защищать!»
– Новая сделка, – торопливо продолжала я, не желая слушать её болтовню и сильнее надавливая клинком. Тьма заметалась, стараясь оказаться от него как можно дальше. – Ты возвращаешь Тэхена, как мы и договаривались, а потом сидишь во мне тихо и не высовываешься, не пытаешься отобрать контроль...
«Ну и чем это отличается от смерти? Лучше уж убей меня, мерзавка. Я буду довольствоваться тем, что оставила тебя с разбитым сердцем».
– Есть встречное предложение?
Тьма задумалась, заклокотала, перекатываясь под кожей.
«Это тело моё каждую ночь. Днём хозяйка ты, ночью – я».
– Одна ночь, один раз в год.
«Раз в месяц, или нож нам в сердце прямо сейчас!»
Я улыбнулась.
– Одну ночь каждый месяц это тело – твоё. В остальное время сидишь так тихо, чтобы я даже не знала о твоём существовании, и не пытаешься забрать контроль.
«Хорош-ш-шо. Одна ночь. Полнолуние».
– Тэхена возвращаешь прямо сейчас. И никогда, слышишь, никогда не пытаешься его убить, ранить или другим способом ему навредить.
«Договорились. Убери нож».
Она не врала и не пыталась обмануть.
– Договорились, – кивнула я и отняла клинок от груди. Рана тут же затянулась, и Тьма как будто выдохнула с облегчением. Или мне так только показалось, потому что дышать она не умела.
«Поцелуй его. Я сделаю остальное».
Я повернулась к Тэхену. Замерла, не решаясь приблизиться. Выдохнула, успокаивая сердце. Накрыла ладонью рану на груди и наклонилась к его лицу. Губы Тэхена были мягкими и безжизненными. Мне стоило больших усилий не заплакать и не отпрянуть, я впилась пальцами в простыню, чтобы удержать себя на месте.
Капля Тьмы соскользнула с моих губ и скрылась во рту Тэхена.
«Готово».
Я отпрянула и затаила дыхание в ожидании. Ничего не происходило.
– Он не просыпается.
«Может, не хочет. Но я свою часть выполнила. Остальное – не моя проблема. Теперь отдай тело».
– Нет, сегодня...
«Сегодня полнолуние, глупая девчонка! И это тело принадлежит мне!»
Меня выбросило из тела так резко, что я не успела опомниться. Темнота навалилась, сожрала меня, отправив так далеко на границы сознания, куда я никогда прежде не заглядывала.
Моё сознание смешивалось с сознанием Тьмы, и я видела то, что видела она, что помнила она. Умирающая в агонии фейка, безумно прекрасная, с волосами рыжими, как закатное солнце, она тянула руки, гладила Тьму по лицу и умоляла: «Магра, возлюбленная моя Магра. Не тронь его. Не виноват в том никто, кроме меня».
Тогда её лицо – лицо Тьмы, нет, Магры – было другим. Таким же прекрасным и нежным, как лицо её матери. По нему катились слёзы, собирались в ладонях Эдды, которая умирала у неё на руках.
«Поклянись. Поклянись, что не тронешь его...»
После всего, что этот мерзавец сделал, она всё равно выбирала его. Магра не могла этого понять, не могла простить. Она села на трон, она стала сильной, подобно солнцу, но не могла унять ненависти в своём сердце. Она смотрела на мучения людей, заставляла их пресмыкаться, представляя, что всё это она проделывает с Алтаруном и его дружками, надеясь, что со временем станет легче. Но легче не становилось: она могла мучить людей, скрывать королевство от чужих глаз, но не могла убежать от себя. От мерзкой, ненавистной человеческой половины самой себя, которую оставил ей в наследство отец-убийца. Она не могла смотреть на себя в зеркало, не могла подарить мужу дитя, боясь, что мерзкая человеческая суть проникнет и в него.
Больше всего на свете Магра желала избавиться от неё, выжечь, отсечь. Но такая магия оказалась ещё сложнее той, что делит душу на части, такой магии не знали даже фейри. И тогда Магра отправилась туда, где магии неведомы границы – к мировой Бездне, в которой всё ещё обитали Магия и Хаос, сплетённые воедино.
Она стояла на коленях у края Бездны, тянула ладони к бушующему Хаосу и вбирала всё его могущество в себя, желая уничтожить с его помощью свою человеческую половину, подчинить себе неподчиняемую стихию и освободиться от собственной сути. Магра не выдержала. Никто не выдержал бы подобного. Магра кричала от боли и в муках раскалывалась на две части. А потом окутала ущелье непроглядная Тьма, густая и хищная, полная ненависти, голода и боли. Рвалась она за пределы ущелья, губя всё на своём пути, но Хаос и Магия, что принадлежали Бездне, тянули её назад. Тянули-тянули, пока не уволокли на самое дно. А когда последние щупальца Тьмы нырнули в черноту Бездны, на краю осталась лежать лишь мёртвая человеческая старуха.
Я не успела увидеть, что случилось потом: меня утянули на глубину другие воспоминания, отрывки из моей собственной жизни. Ночи в спальне Гильдии, первые убийства, уроки Расмуса и наставления Вардена. Я вспомнила железную клетку и мальчика с волком, танцы, книгу в кожаной обложке и веточку незабудок. Я вспомнила первый поцелуй, который отобрал у меня всё.
Я вспомнила Дугала. Он срезал мои волосы, гладил по голове. Я смотрела на него затуманенным взглядом и всё спрашивала: «Зачем?» Я так любила свои волосы. А он улыбался и отвечал: «Никогда не угадаешь, какая безделица может оказаться полезной. Кто знает, милая Дженни, может, однажды мне понадобится вас отыскать».
Я вспомнила синие, как небо, глаза Свана и наши ночи.
Я вспомнила первую встречу с Тэхеном в фейском лесу... Янтарные глаза. Такие знакомые глаза. Глаза, которые я видела в гостевом доме посреди дождливого города. Глаза, которые обещали меня спасти.
Воспоминания обрушились на меня быстрой рекой, которая смывала наши печали, весенним ветром, который вёл нас к заветным горам, и ароматом трав, среди которых мы расстались. Всё это время магия Тэхена была пропитана сожалениями о нашем расставании, воспоминаниями о встрече, которую он заставил меня забыть. Всё это время... всё это время он знал о том, кто я. Помнил меня, а я смотрела на него как на незнакомца. Всё это время, думая, что бреду не зная куда, я возвращалась к нему. Возвращалась, чтобы снова потерять.
Глаза резанул солнечный луч, и я сощурилась, закрываясь рукой. За окном маячил рассвет, и я не сразу поняла, где нахожусь. Книжные стеллажи, письменный стол, софа. Я лежала на подушках у потухшего камина. Тьма завела меня в воспоминания об убежище Тэхена. Или это не воспоминания? Мебель цела, окно на месте. Когда я была здесь в последний раз – комната была разрушена.
Я опустила взгляд на руку, которая обнимала меня. Оглянулась. Тэхен дремал за моей спиной. Живой, в чистой рубахе, пахнущий мылом и сном. Что происходит? Где я?
Я отпрянула, Тэхен тут же проснулся и схватил меня за запястье. Я попыталась вырваться, оглядываясь в поисках оружия. Ножен при мне не было, на теле – длинное светлое платье с запа́хом. Какого хрена?! Я забрыкалась сильнее, и Тэхен обнял меня, прижимая к себе.
– Дженни, всё хорошо. Успокойся, ты в безопасности, всё закончилось. Ты распугала всех гостей и попыталась загрызть Лирану. Пришлось дать тебе зелье Олмуна, чтобы угомонить Тьму, а потом – моей силы, чтобы ты уснула. Я принёс тебя сюда, чтобы спрятать от чужих глаз. Всё хорошо. Всё закончилось.
Я замерла в объятиях Тэхена, дыша тяжело и быстро, чувствуя, как медленно и неохотно возвращается реальность, как окутывает меня живое тепло Тэхена, как быстро и уверенно бьётся под ухом его сердце. Я слушала и боялась поверить в то, что это правда. Потянулась к нити, но нашла щупальца Тьмы, которая тут же зашипела и сгинула, прячась от моего взора – она выполняла условия сделки.
Сердце забилось быстрее, и я подняла взгляд на Тэхена, отстранилась, глядя ему в глаза. Это был он. Настоящий. Живой. Мальчик, которого я когда-то спасла. Заказ, который я провалила дважды.
Размахнувшись, я отвесила ему пощёчину.
– Ты бросил меня!
Тэхен покачнулся, выпуская меня из объятий. И ошарашенно уставился на меня.
– Дженни!
Я сжала кулаки, переполняясь звериной злостью.
– Ты бросил меня! Заставил забыть нашу встречу!
Лицо Тэхена вытянулось, кровь отлила от щёк, в глазах промелькнул неподдельный страх.
– Дженни, позволь всё объяснить...
Я схватила его за грудки и встряхнула.
– Повеселился?! Строил из себя не пойми кого, хотя сам всё помнил! Наигрался?! Забавляться с человеком – лучшее развлечение для фейри, да?!
– Дженни, я хотел рассказать, но не смог. Я боялся...
– Ты знал! Ты всё знал и всё равно позволил мне!.. Ты... меня...
Я оттолкнула его, села на пол и зарыдала во весь голос.
– Я убила тебя! Как ты мог позволить мне убить тебя!
– Потому что я тебя люблю.
Он сказал это тихо, просто, будто другого ответа и быть не могло. С лёгким недоумением, будто спрашивая, как я могу не понимать такую простую и очевидную истину. А я от удивления даже перестала плакать.
Тэхен улыбнулся. Правая щека его горела от моего удара, отчего выглядел он немного смешно.
– Потому что люблю тебя, – повторил он. – Потому что ты – моё Сердце.
Я вздрогнула, почувствовав, как сердца коснулась нить и тут же исчезла. Тонкая и хрупкая, подобно паутинке, едва тёплая, она изо всех сил стремилась заново соединить наши сердца, но не могла.
– Mer Kharen, – прошептала я на грани слышимости, обращая эти слова к Тэхену. Подняла на него смущённый взгляд и повторила громче. – Mer Kharen.
Испугалась, когда в его глазах заблестели слёзы, и протянула к нему руки.
– Нет, прости. Я что-то не то сказала?
Он взял меня за руки, притянул к себе, и я поцеловала его первой. Обвила руками шею и увлекла на подушки. Тэхен нашёл губами моё ухо.
– Mer Kharen. – Его дыхание обожгло кожу. – Mer Kharen. Mer Kharen. Mer Kharen...
Твердил он, каждое слово отмечая поцелуем на моей шее. Я стянула с него рубаху, а он развязал пояс на моём платье и распахнул, одним быстрым движением оголив моё тело.
– Так вот почему ты выбрал именно это платье? – усмехнулась я. – Устал возиться со шнурками?
Тэхен усмехнулся мне в тон и осыпал поцелуями мою грудь. Я тихонько выдохнула, когда его губы обхватили сосок, а пальцы сжали бедро. Его колено поднырнуло под мою ногу, отводя её в сторону и позволяя Тэхену стать ещё ближе. Я схватилась за пояс на его штанах и быстро разобралась с завязками.
– Куда-то торопишься? – лукаво спросил он, возвращаясь к моим губам.
– Не хочу, чтобы и в этот раз нас прервали, – цыкнула я, а он перехватил мои руки и прижал к полу.
– Придётся потерпеть. Я хочу насладиться нашей первой брачной... утром.
Я засмеялась, но смех превратился в приглушённый стон, когда губы Тэхена впились в мои, а рука скользнула мне между ног. Я подалась навстречу его ласке, положила руку поверх его, направляя, прижала сильнее, подсказывая, чего именно хочу. И Тэхен тут же последовал за мной, ловя каждое движение, каждый выдох и взгляд. Доводил меня до исступления поцелуями, спускаясь всё ниже, собрал губами мурашки с моих бёдер, а когда его горячий язык сменил пальцы, я сдавленно вскрикнула, закрывая лицо рукой, а другую положила Тэхену на затылок, направляя и двигаясь с ним в такт. Сердце выскакивало из груди, разнося по телу волны жара, щёки пылали, и я не могла поверить, что снова чувствую Тэхена, настоящего, горячего, живого. Я больше не могла ждать, не могла убегать, не могла лгать себе, не могла лгать ему. Не могла и не хотела.
– Тэхен...
Он вернулся ко мне и поцеловал в шею, прижался бёдрами, давая понять, что хочет того же. Я притянула его к себе, дрожащего от напряжения, поцеловала и задохнулась собственным стоном, когда Тэхен наконец вошёл в меня.
Не знаю, чего я желала больше, – тела Тэхена, моего имени на его губах или счастья от близости, которая туго сплела нас, позволила почувствовать его и расставила всё на свои места. Я была его задолго до того, как пришла в королевство фейри, а он давно уже был моим. Все эти годы я шла за призрачной нитью, которая вела к его сердцу. Сердцу, которое умело любить так искренне и безвозмездно, что даже смерть не смогла заставить его умолкнуть. Я не была достойна этой любви и всё, что могла – любить в ответ так сильно, насколько только могла. Быть его Тенью, его Королевой, его Тьмой. Быть его.
Тэхен прижался ко мне всем телом, прильнул щекой к моей щеке. Я обняла его в ответ, обхватила губами ухо, заставив Тэхена застонать. Коснулась вспыхнувшей нити, проскользила по ней, дотянувшись до самого сердца. Коснулась его, быстрого, сильного, горячего, чувствуя, как Тэхен нежно прикасается к моему.
Мир исчез, исчезли время и пространство, и на мгновение мы по-настоящему стали единым целым. Нить засияла, и свет этот был настолько ярким, что Тьма забилась в самый дальний уголок моей души, боясь окончательно исчезнуть.
Я выгнулась и задрожала от невозможности стать ещё ближе, Тэхен протяжно выдохнул, прижимаясь ко мне.
Нить погасла и вновь исчезла, оставив после себя лёгкую, звенящую тоску.
– Не отпускай меня, – прошептала я, пряча лицо в его шее.
Тэхен поцеловал меня в макушку.
– Больше никогда.
Солнце ослепило комнату. В королевстве фейри начался новый день. День, когда Тень стала Королевой.