чужое лето

Руслан лежал на спине, уставившись в побелевший от времени потолок. Совсем маленькая трещина, идущая тт люстры к углу, казалось картой неизведанного островка - он уже изучил её вдоль и поперёк за последние полчаса, что он лежал. Взгляд скользил по старому шкафу, по обоям с выцветшим от солнечного света рисунком, по старой люстре, которую отец давно хотел выбросить, купить новую. Старался отвлечься, но всё это не останавливало мыслей и на секунду. Он проснулся совсем рано, отец разбудил. По его просьбе, конечно, но от этого не лучше.

Он ворочался с боку на бок, но тишина в комнате продолжала давить настолько, что почти ощущалась физически. Отец уже ушёл на работу, в доме было пусто, и эта пустота позволяла мыслям заполонить всё пространство, от потолка и до пола. Рука всё ещё болела, напоминая о вчерашнем дне. Ссадины на костяшках не давали о себе забыть, всякий раз, когда он двигал пальцами, слабая боль снова появлялась.

Он снова перевернулся на бок, подложил руку под голову, уставился уже в стену. Перед глазами опять встала та картина: гаражи, вечерний свет уходящего в закат солнца, фонари, освещающие злобные и самодовольные оскалы Юлика и Хованского, которым вечно не имется. А потом - он. Кашин.

Руслан поморщился, активно пытаясь стряхнуть с себя навязчивый образ.

- Что это вообще было? - прошептал он в тишину комнаты, будто кто-то мог услышать его и ответить. Голос звучал глухо, тихо. От вечных мыслей и переживаний, пересохло в горле.

Почему встал на защиту, пускай и не напрямую? Почему не позволил своим же придурам его прирезать, как жалкую дворнягу? Он ведь должен был, он же их главарь. Да даже если им не позволил, почему не сделал это сам?? Вместо этих ожидаемых от него действий, он поступил совсем иначе. Наорал на них, прогнал и даже.. Похвалил. Бес попутал что ли.

Руслан сжал зубы. Он мог воспринимать эти слова всерьёз, рыжий явно сказал это не искренне, чтоб поиздеваться. Точно. «Молодец, что сдачи дал». Это прозвучало максимально странно, неестественно для того, кто сказал эти слова. Это сбивало с толку, здесь явно что-то не так.

Почему он его защитил?

Почему он оскорбил своих же друзей, выставив их идиотами и бездельниками перед ним?

Почему он так посмотрел на него?
Этот взгляд, когда он стоял перед ним, протягивая руку. Он смотрел не как на врага, не как на жертву. Нет, совсем иначе. Смотрел так, будто сам не понимал своих действий, зачем ему это.

Слишком много «почему».

Руслан знал, что ответы лежат на поверхности. Где-то глубоко внутри он догадывался, уже складывался пазл, и это объясняло всё. Но он отказывался думать об этом. Это было слишком нелогично. Уж кто-кто, но точно не Кашин. Не может же быть, чтобы..

Нет. Бред какой-то. Даже думать не смей о таком.

Он закрыл глаза до появления белых искорок, пытаясь отогнать эти глупые мысли, но они возвращались снова и снова. Он перевернулся на спину, глянул на потолок и замер.

Тишина опять давила. Он не знал, сколько времени прошло - минута, десять, час? Руслан просто лежал и слышал, как тикают часы где-то в глубине дома, и ждал, когда мысли сами выветрятся из его головы, оставят в покое.

***

Данила шёл по пустой утренней улице. Время было около семи, и город только начинал просыпаться. Где-то вдалеке лаяла собака, проехала одинокая машина, лёгкий ветер приятно обдувал лицо.

Воздух был прохладный, но уже чувствовалось приближение дневной жары - летнее утро, когда солнце ещё не припекает, но уже даёт о себе знать.

Он был выгнан из дома. Мама, которая вечно была недовольна сыном, сказала, что тот ей мешается, а он и не стал спорить. Молча под её вопли натянул свою излюбленную красную олимпийку с тремя полосами и вышел. Не очень-то хотелось сидеть в доме и слушать её возмущающийся голос, не хотелось снова думать о том, что он что-то сделал не так, хотя прекрасно понимал, что её недовольства беспочвенны.

Он завернул за угол. Руки сами сунулись в карманы, разум рассеялся. Ноги несли его по привычному - мимо гаражей, мимо старых пятиэтажных домов, мимо знакомых подъездов. И вдруг Кашин остановился перед одним из них. Перед подъездом Руслана.

Данила замер, сам не заметив, как оказался здесь. Он посмотрел на бирюзовую дверь, на облупившуюся и потрескавшуюся краску, на почти стёршийся рисунок кнопок домофона. Зачем он пришёл сюда? Самому бы знать хотелось. Наверное, чтобы извиниться? Или чтобы убедиться, что тот жив после вчерашнего? Хотя зачем ему это?

Он не мог ответить на этот вопрос. Поэтому просто сел на лавочку у подъезда, сунул руку в карман и достал пачку сигарет. Осталось всего четыре штуки.

Пальцы привычно вытащили одну, зажали между губ. Щелчок зажигалки и в лёгкие ударил тёплый горьковатый дым. Он глубоко затянулся, задержал дыхание, смакуя уже обыденный вкус, но всё такой же приятный вкус, а затем выдохнул, глядя, как серый дым растворяется в утреннем воздухе.

Он курил, ведь это хоть чуть-чуть помогало отвлечься. Во время курения всегда хочется думать, но именно сегодня его размышления потекли совсем не в то русло.

Мысли, которые он старательно отгонял последние дни, снова полезли в голову. Он думал о Руслане. О его карих, тёплых, как крепкий кофе, глазах, о темно-синих волосах, которые бесяче, но красиво падали на глаза. О его худом бледном лице, о тонких длинных пальцах, о приоткрытых губах, которые были чуть потрескавшимися от ветра.

Даня зажмурился, сжал сигарету в пальцах сильнее нужного.

- нет. - прошептал он. - Хуйня какая-то. Просто слишком много контачу с ним вот и лезет в бошку.

Но внутри он знал: никакая это не хуйня. Странно это всё. Он же должен ненавидеть его, должен был радоваться, когда Хован и Онешко избивали его, даже предлагали собственными руками прирезать. Должен был уйти, бросив того на произвол судьбы. А не защищать, не хвалить, не провожать до дома, по-доброму смеясь с его внешнего вида.

Но почему-то сделал всё ровно наоборот.

Данила сделал последний затяг и бросил окурок куда-то в кусты, выпустил дым изо рта. Он ненавидит подобных ему, ненавидит пидоров, что красят волосы, подводят глаза темным карандашом, носят бабские клёши. Так чем же этот лучше? Чем он отличается от всех остальных??

Да, он был смелее, был упёртый. Даже если на него есть человек идут, будет стоять на своём. Идиот.

Надо было уходить. Но он всё сидел, глядя на подьезд, и думал о том, что, наверное, никогда не разберётся, что с ним происходит.

А Руслан в это время лежал в своей комнате и смотрел в потолок, но уже собираясь вставать. Зря его будили, что ли?

Руслан, собравшись с силами, медленно сел на кровати. Голова немного кружилась - то ли от недосыпа, то ли от того, что слишком долго лежал, пережёвывая одни и те же мысли. Он спустил ноги на пол, посидел так пару секунд, а потом встал и, слегка спотыкаясь о собственные ноги, направился в ванную.

Дверь скрипнула, открываясь. В нос ударил запах хозяйственного мыла и стирального порошка - вечный запах папиной ванной, у которому он давно привык. Руслан подошёл к раковине, повернул кран. Вода полилась с приятным журчанием, сначала ледяная, потом чуть тёплая. Он подставил руки под струб, чувствуя, как холод пробирает аж до костей, и провёл мокрыми ладонями по лицу. Вода стекала по щекам и неприятно потекла до локтей, делая мокрыми рукава футболки и её саму. Он ещё раз умылся, с силой растирая кожу, будто стирался окончательно смыть с себя остатки сна и мыслей.

Он выключил воду, понял голову и посмотрел на себя в запотевшее зеркало. Взгляд был уставшим, под глазами были привычные мешки, но было кое-что новенькое. На скуле виднелся слабый синяк от вчерашнего вечера. Он аккуратно, почти невесомо коснулся пальцами линии челюсти. Заебало уже.

Выйдя из ванной, Руслан прошёл обратно в комнату. Шаги были уже увереннее - он окончательно проснулся и пришёл в себя. В комнате было светло, солнечный свет пробивался сквозь тонкие занавески, заливая пол мягким жёлтым светом. Он подошёл к шкафу, открыл дверцу и задумчиво уставился на вещи.

Сегодня он не хотел выглядеть, будто «идёт на похороны», как пошутил бы Илья. Руслан перебрал несколько футболок, остановился на белой с какой-то надписью, и надел её поверх тёмно-серой кофты. Натянул свободные чёрные штаны, затянул ремень, сунул ноги в те же чёрные вансы. Он посмотрел на себя в зеркало - уже не так «траурно», как обычно. Вроде бы.

***

Тущенцов переступил порог своего дома, закрыл дверь на ключ и быстро прошагал по лестнице вниз. Когда он открыл скрипучую подъездную дверь, то замер - на лавочке сидел он.

Кашин. Сидел, курил.

Руслан замер на мгновение, чувствуя, как сердце пропускает удар. Чего он тут делает? Зачем он здесь у его подъезда в такую рань? Может, ждет кого..

Даня чуть прищурился, разглядывая его, и почти сразу узнал. Как будто и не сомневался. Видимо, ждал всё-таки его.

- О, а я думал до обеда дрыхнуть будешь мертвецом. - усмехнулся рыжий, поднимаясь с лавочки и затушив уже вторую сигарету о её край. - короче, пошли гулять. Нам с тобой явно есть че перетереть.

Он улыбнулся одной стороной губ - снова эта самодовольная и уверенная ухмылка. Она сходила с его лица лишь во время гнева, кажется, да и то не факт.

- Я вообще-то с Ильёй собирался идти. - Сказал Руслан, замявшись на мгновение. Почему-то не хотелось отказывать. Он сам не понимал причину этого, но внутри что-то подсказывало, что нужно согласиться. - и в честь какого праздника ты такой добрый? Ты ж меня прирезать недавно хотел. - сказал он с вызовом, но голос скорее прозвучал любопытно, чем зло.

Даня кашлянул, тем самым давая себе время придумать отмазку.

- Да брось, а. - мажнул он рукой. - Я тебя вообще-то на стойкость проверял. Выдержишь ты или не выдержишь. Ну ты вроде.. - он запнулся на долю секунды, словно совсем не хотел говорит то, что собирался. - ну, нормальный. Не слабак, короче.

Руслан удивлённо поднял брови. Уже вторая похвала от него, если это можно так назвать. Ну расщедрился прямо.

- Ну.. Ладно. - сказал он, а рука уже сама полезла в карман штанов. - щас.

Он достал телефон, быстро набрал сообщение Илье: «сорр, сегодня не могу, дела. Завтра встретимся. XP». Нажал «отправить» и убрал телефон обратно в карман. Он не знал, зачем меняет Илью на своего врага. Мог ведь отказаться, но поздно, он уже отказался.

Данила подошёл ближе и, подтолкнув Руслана за собой, будто они были старыми друзьями, пошёл по тротуару.

- и куда мы идём? - Спросил Руслан, глядя на него с любопытством.

- Бля.. - пробурчал под нос рыжий. Снова тот взгляд.. Нет-нет. Да и он действительно не подумал о маршруте.

- Чё? - наклонил голову Руслан.

- А? - Данила снова вернулся в реальность. - Да не, ниче, задумался.

Иногда можно же соврать. Особенно, если ложь идет во благо. Они дошли до старой пятиэтажки.

- Погнали на крышу? - спросил Даня, но скорее из приличия. В голосе звучало утверждение.

Руслан заметно напрягся, отвёл взгляд в сторону, остановился у скамейки. В голове за секунду пронеслись десятки мыслей: «Что, если он столкнёт меня? Никто не докажет, что это был он, ведь почти никого нету. А что, если он просто заманил меня, чтобы избить и бросить мёрзнуть? Это всё ловушка, да?»

- Ты чего? - Даня пихнул его рукой, подгоняя. - Пошли давай, не ссы.

- Да иду я. - выдохнул Рус, прогоняя паранойю.

Он быстрым шагом последовал за Кашиным в подъезд. Пока они поднимались, он думал о том, а что если он действительно хочет просто поговорить? Вдруг, его защита вчера в гаражах была не случайной?

- Че ты, высоты боишься? - не оборачиваясь, спросил Даня.

- Ага, конечно. - с дерзостью и очевидным сарказмом ответил рус и ускорил шаг.

Они поднялись на пятый этаж. Дальше была только лестница, ведущая наверх, к люку на крышу.

- Зачем ты меня вообще позвал? - спросил Руслан, слегка наклонив голову по привычке. - А как же твои кенты? Ты же с ними всегда?

Даня запнулся на мгновение, и тущенцов заметил, как он на секунду задумался.

- Они заняты. - коротко ответил, но в голосе была слышна какая-то недоговорённость.

Даня первым делом полез по лестнице на крышу, ловко перехватывая руками железные палки. На время остановившись, он толкнул люк, и яркое голубое небо открылось над ними, заливая всё пространство своим светом. Кашин выбрался на крышу и повернулся к Руслану, подзывая к себе.

Второй выдохнул, пересиливая страх, и поднялся за ним. Когда он оказался наверху, ветер ударил в лицо, разметая его волосы. Он сделал шаг вперёд, чувствуя, как колотится сердце.

Нил же уже устроился на краю крыши, свесив ноги вниз. Он вытащил пачку сигарет, с лёгкостью достал одну, зажал её между губ и поднёс зажигалку. Затянулся, выпустил дым. Он курил самые обычные сигареты без всяких вкусов. По его мнению, сигареты с каким-либо вкусом курят либо бабы, либо педики, а настоящие мужики курят крепкие простые сигареты.

- Хули встал? Садись. - сказал он и, чуть помедлив, протянул пачку с последней сигаретой Руслану. - Будешь?

Руслан кивнул, взял сигарету и сел рядом. Ноги свесились в пустоту и он ощутил лёгкое головокружение. Рядом сидел Даня. Странно, но он больше не чувствовал паранойи или злости, было почти спокойно.

Сейчас он сидит на крыше со своим главным врагом, курит сигарету, которую ему дал он, и смотрит куда-то вдаль. Даже неделю назад он бы в это не поверил. Может быть, Нил не такой уж и плохой? Может, это вынужденная мера?

- Ты.. это. - начал Даня, прокашлявшись. - Короче.. Извиняй за то, что было. Ок?

Руслан на момент замер. Он не ожидал услышать извинения от того, кто избивал его, угрожал. Странно, но было даже приятно получить эти слова.

- ладно. - он ответил довольно неуверенно, но ясно.

Оба замолчали. Сидели, смотрели на серве крыши и слушали, как ветер играет с волосами, как редко проезжают машины.

***

они просидели на крыше до часу дня. Солнце уже начало припекать, когда рыжий парень поднялся.

- пора, наверное. - сказал тот, и Руслан почувствовал, что ему не хочется уходить.

Они спустились вниз.

- Ну. - сказал даня, когда они оказались на улице, протянул ему руку, чтобы попрощаться. - давай, покеда.

Руслан пожал её, почувствовав по телу какую-то дрожь, то ли освежающего ветра, то ли от.. Впрочем, не суть. Он чувствовал себя довольно-таки легко, свободно. После этой встречи в нем явно что-то поменялось. На том и разошлись

// тгк со спойлерами и прочей инфой: @chujoe_leto
// тт: @emogopmm