Это было словно во сне / Deepins

10:40

После закупки продуктов, которые мы с таким энтузиазмом выбирали, будто собирались пережить не две недели отпуска, а внезапный конец света, мы наконец добрались до квартиры.

Первое впечатление оказалось неожиданно приятным. Светлая, уютная, с высокими окнами и почти в самом центре города — именно такой вариант мы и искали. Конечно, можно было выбрать что-нибудь подешевле, но мы дружно решили, что экономия хороша ровно до того момента, пока не приходится каждый вечер возвращаться в место, где хочется закрыть глаза, задержать дыхание и мысленно попрощаться с человечеством.

Мы разобрали вещи, распределили полки в шкафах (каждая, разумеется, уверяла, что ей нужно меньше всего места, а потом занимала половину), освоились и наконец почувствовали себя немного дома.

Девочки уже успели принять душ и приготовить что-то съедобное — что само по себе было почти чудом, учитывая наше состояние после дороги и кулинарные способности Кати, которые ограничивались завариванием дошика. Поэтому очередь последней принимать все водные процедуры досталась мне.

Когда я закончила и вышла из ванной с полотенцем на голове, больше похожая на человека, который проиграл битву с феном, чем на путешественницу, я направилась на кухню.

И остановилась в дверях. На столе красовались тарелки с пастой и бокалы с вином. Причём выглядело всё настолько уютно и правильно, что на секунду я даже забыла, что мы приехали всего несколько часов назад.

— Так... — произнесла я, переводя взгляд с еды на них.

Катя подняла глаза.

— Что?

— Мы только приехали.

— И? — спокойно спросила она.

Я посмотрела на часы.

— Сейчас одиннадцать утра.

— И?— Вика невозмутимо подняла бокал.

— Мы уже пьём?

Она задумалась ровно на секунду, будто действительно рассматривала сложный философский вопрос.

— Есть минусы?

Я тоже задумалась. Честно говоря, аргументация была железной.

— Нет.

— Тогда какие-то вопросы?

Я оглядела стол, бокалы, довольные лица подруг и остатки своей силы воли.

— Тоже нет.

Я села за стол. Потому что спорить с женщинами, которые уже приготовили пасту, открыли вино и при этом ещё умудрились выглядеть совершенно убедительно, было занятием совершенно бесполезным. К тому же... отпуск официально начался.

Мы успели поесть, привести себя в порядок и даже снять несколько видео в тикток. В основном, конечно, благодаря Кате. У неё был редкий талант: превращать любое пространство в съёмочную площадку. Ей не требовались ни идеальный интерьер, ни профессиональный свет, ни хотя бы отсутствие случайных предметов в кадре. Для неё всё было частью атмосферы. Даже балкон. Даже если на заднем фоне мирно сушились полотенца.

— Чем займёмся? — спросила Катя, удобно устроившись на диване и развалившись так, будто уже неделю отдыхала, а не несколько часов назад приехала.

Вика в это время сидела в телефоне и с невероятной скоростью что-то печатала. Я знала этот взгляд. Так выглядел человек, который одновременно присутствует в разговоре, отвечает в пяти чатах, читает новости и, скорее всего, уже успел проверить, где мы будем через два дня.

— Предлагаю вечером куда-нибудь сходить. — сказала она, не отрываясь от экрана.

— В бар? — предположила Катя.

— Или в клуб.

Я посмотрела на них.

— Сами пойдём?

— Пока сами, — спокойно ответила Вика. — А там посмотрим.

Она пожала плечами.

— Москва большая. Вдруг кого-нибудь найдём.

— Очень уверенно звучит, — заметила я.

— А что? — блондинка наконец подняла взгляд от телефона. — Мы приехали отдыхать.

Я усмехнулась.

— Главное, чтобы Москва после нашего приезда тоже смогла отдохнуть.

Катя рассмеялась и откинулась на спинку дивана.

— Согласна. Но что-то мне подсказывает, что у неё не будет такой возможности.

19:00

Самое смешное в сборах — это то, что сами сборы занимают максимум час. Час, мать его, когда ты уже выглядишь как человек, который контролирует свою жизнь, а не как существо, случайно выползшее из-под одеяла. Но подготовка... О, подготовка — это отдельный вид психологического испытания. Она начинается минимум за три часа до выхода и включает в себя обязательные этапы: лежание в телефоне с видом человека, который «просто на минутку», бессмысленное хождение по комнате и философские разговоры о том, какой именно образ спасёт нас сегодня от позора.

Мы, конечно же, честно собирались начать в семь. Ха. Наивные маленькие идиотки.

Первые полчаса мы просто лежали в телефонах. Каждая с лицом человека, который якобы занят важными делами, хотя на самом деле смотрит видео, как какой-то парень строит дом из глины где-то в лесу. Потом ещё минут двадцать ушло на обсуждение великого вопроса: «А что вообще будем делать?» Потому что без этого невозможно. Нельзя просто взять и начать краситься. Нет. Сначала нужно провести собрание совета директоров по выживанию.

И только потом начался настоящий хаос. В какой-то момент каждая из нас уже сидела с каким-нибудь косметическим предметом во рту (Важное уточнение для пошлых: хуй не является косметическим предметом. Хотя... Смотря у кого спросить.)

В какой-то момент я зашла в комнату и застыла. Передо мной открылась картина, достойная отдельной серии подросткового сериала, где главные героини слишком красивые для нормальной жизни, но слишком хаотичные, чтобы кто-то им доверил даже полить цветок. Вика сидела на кровати с маской на лице и выглядела так, будто либо готовится к вечеринке, либо собирается провести древний ритуал вызова идеальной кожи.

Катя одновременно красилась, искала потерянную косметику и ругалась на весь мир, потому что у неё не получалось идеально подвести бровь.

А вокруг... Вокруг был полный пиздец. Вещи валялись везде. На кровати, на полу, на стуле, который уже давно перестал быть стулом и официально стал складом одежды. Комната выглядела так, будто нас ограбили, но грабители в последний момент передумали и решили оставить всё как есть, потому что даже им стало страшно.

— Кто-нибудь может мне объяснить, почему комната выглядит так, будто нас только что обокрали? — спросила я, оглядывая этот творческий апокалипсис.

Вика даже не открыла глаза.

— Потому что мы создаём идеальный образ, — абсолютно серьёзно сказала она.

Я посмотрела на неё. Потом на Катю. Потом снова на гору вещей, которая подозрительно напоминала место преступления.

— По-моему, выглядит так, будто идеальный образ создаёт нас... но в какой-то момент он понял, что мы безнадёжны, и попытался сбежать.

Катя посмотрела на меня через зеркало.

— Не драматизируй.

— Я? Драматизирую? Мы выглядим как три девочки, которых бросили стилисты и здравый смысл.

Вика наконец сняла маску и улыбнулась.

— Зато красиво.

Через сорок минут я уже сидела на стуле, смирившись со своей судьбой, а Виктория стояла за моей спиной с видом человека, который либо сейчас сделает мне идеальную причёску, либо случайно создаст новую форму жизни. Её руки уверенно перебирали мои волосы, а в другой руке находился горячий инструмент, который выглядел слишком опасно для такой мирной вещи, как обычные сборы.

— Если хочешь остаться с волосами — не двигайся.

Я замерла. Абсолютно. Настолько, что, кажется, даже мои мысли начали ходить на цыпочках. Потому что одно дело — доверить человеку свою внешность. И совсем другое — сидеть неподвижно, пока кто-то держит возле твоей головы штуку, способную превратить красивую укладку в маленькую трагедию с запахом палёных надежд. Я старалась даже дышать аккуратнее. Мало ли. Вдруг одно неловкое движение — и вместо красивой причёски я получу новый стиль: «девушка, которая проиграла битву с плойкой».

— Я чувствую себя жертвой эксперимента. — осторожно сказала я.

— Не дёргайся.

Я нахмурилась.

— Это не ответ.

Виктория даже не остановилась.

— Это предупреждение.

В комнате повисла тишина. Я решила не спорить. Потому что, во-первых, волосы мне были дороги. А во-вторых, умирать ради принципа, пока тебе делают укладку, звучало как самый тупой способ попасть в новости. Так что я просто сидела. Тихо. Смирно. Я была человеком, который осознал: иногда лучший способ выжить — не задавать лишних вопросов тому, кто держит у твоей головы горячий металлический предмет.

20:00

После укладки начался следующий уровень этого безумного квеста. Выбор одежды. И, если честно, иногда мне кажется, что человечество зря придумало столько вариантов одежды. Жизнь была бы намного проще, если бы существовал один универсальный наряд: красивый, удобный и подходящий под всё. Но нет. Нам почему-то нужны двадцать семь платьев, сорок три топа и вечное ощущение, что «надеть нечего».

Комната постепенно превращалась в место преступления против порядка. На кровати лежали платья. На полу — юбки. На стуле образовалась гора из вещей, которая, кажется, уже начала развивать собственное сознание. Обувь была разбросана так, будто кто-то пытался сбежать из квартиры и бросил попытки на полпути.

В центре этого хаоса стояла Катя. Она смотрела на весь этот ужас с выражением человека, которого жизнь поставила перед слишком сложным выбором.

— Блять, может, мне просто в штору завернуться? — простонала она, перебирая одежду. — Я вообще не понимаю, что надеть.

Я медленно посмотрела на неё. На секунду представила нас: три девушки идут на вечеринку, одна в красивом платье, вторая с идеальной укладкой, а Катя гордо шагает в шторе, как будто это новый дизайнерский тренд.

— Учитывая залог за квартиру, лучше не надо.

Она нахмурилась.

— Почему?

— Потому что если хозяйка увидит, что у неё пропала штора, нам придется продавать органы.

Катя посмотрела на меня с подозрением.

— Какие?

Я пожала плечами.

— Твои, например.

— Жестоко.

— Зато эффективно.

— Ты вообще умеешь поддерживать друзей?

— Конечно. Я поддерживаю вас морально. Иногда — угрозами.

После этого Катя ещё минут пять смотрела на меня так, будто пыталась решить, обидеться ей или признать, что я права. В итоге победила одежда.