Запах асфальта

«Когда враг становится союзником, правда оборачивается войной»

Тишина.

Она была оглушительной. Физически давила на уши, на мозг. Сначала - крик Стаса. Потом - глухой удар. И... ничего.

Я замерла, вжавшись в холодный бетонный пол. Руки были связаны за спиной, голова гудела, а в ушах всё ещё стоял звон от электрошокера. Похолодели пальцы. По спине пробежал ледяной мурашек.

Где я?

Я попыталась пошевелиться. Тело слушалось с трудом - мышцы затекли, в висках пульсировала боль. Но я была жива. Это было главное.

Я приоткрыла глаза. Полумрак. Пахло маслом, пылью и сыростью. Где-то в углу капала вода. Металлический запах страха витал в воздухе.

- Ты очнулась, - раздался тихий голос.

Я повернула голову. Антон сидел в нескольких метрах от меня, прислонившись спиной к стене. На его лице - следы удара. Но в глазах - холодная, спокойная собранность. Он был ранен, но не сломлен. Что он здесь делает? Неужто пришел меня спасать?

- Где мы? - прошептала я, чувствуя, как пересохло в горле.

- Гараж. Боковое здание мотодрома. - Он говорил тихо, но чётко. - Дракула приказал нас сюда доставить. Походу допрос будет.

Я попыталась сесть ровнее, но руки не слушались. Антон перехватил мой взгляд.

- Не дёргайся. Сейчас не время.

- А когда время? - я усмехнулась, но усмешка вышла горькой. - Когда нас убьют?

Он не ответил. Но в его глазах мелькнуло что-то - не страх, а расчёт. Он что-то знал. Или догадывался.

Дверь гаража с грохотом распахнулась. В проёме стоял Дракула.

***

Он вошёл медленно, с той самой бархатной походкой, которая всегда вызывала у меня желание ударить его. В руках он держал телефон, который только что убрал в карман. На его лице не было привычной улыбки. Только холодная, просчитывающая маска.

- Ну что, мои непрошеные гости, - начал он, и голос его прозвучал в гулком пространстве гаража. - Нам нужно познакомиться поближе. Мне - чтобы понять, кого мне придётся утилизировать. Вам... ну, вам это уже вряд ли поможет.

Я молчала. Смотрела на него, чувствуя, как внутри закипает ярость. Он подошёл ближе, остановился прямо передо мной.

- Давайте начнём с простого. Имена? - он наклонился, глядя мне прямо в глаза. - Ты, пчелка, как зовут ту, что так лихо влетела в моё гнездо? Кто скрывается под маской той, которую я хотел сделать своей звездой?

- Иди к чёрту, - выплюнула я.

Он усмехнулся. Не обиделся. Даже не удивился.

- Не хочешь говоррить? Понимаю. Гордость. - Он перевёл взгляд на Антона. - А ты, герой-спасатель? Тоже будешь молчать, как партизан на допросе?

Антон промолчал, уставившись в пол. Но я заметила, как его пальцы сжались в кулак. Он что-то задумал.

- Как скучно, - Дракула вздохнул с преувеличенной досадой. - Ладно, давайте попробуем по-другому. Вы пришли ко мне с вопросами о самолёте. Очень специфический интерес. Значит, вы не случайные гости. Вы кого-то ищете. Или... что более вероятно, кто-то вас направил.

Он присел на корточки передо мной, чтобы быть на одном уровне.

- Кто? - спросил он просто. - Кто стоит за вами? Чьи вы щупальца?

Я отвела взгляд. Но я чувствовала, как он смотрит на меня, и знала - он ждёт, что я скажу что-то. Что я сломаюсь.

- Никто не стоит, - сказала я тихо. - Я сама пришла. Сама искала.

Он усмехнулся.

- И что ты искала, девочка?

Я подняла на него глаза.

- Правду о том, кто убил моего отца.

Он замер. На секунду - всего на секунду - его лицо потеряло маску. Потом он выпрямился.

- Твой отец... - он посмотрел на меня долгим взглядом. - Ты дочь Скворцова?

- Ты знал.

- Знал. - он кивнул. - И знаю, кто его убил. Но я не скажу тебе. Потому что если я скажу - мне конец. А я ещё не готов умирать.

В этот момент зазвонил его телефон. Он достал его, посмотрел на экран, и я заметила, как его пальцы дрогнули. На лице мелькнула тень того, чего я не ожидала увидеть. Страх.

Он отошёл в угол гаража, прижал трубку к уху. Я не слышала, что говорили на том конце, но видела, как меняется его лицо. Как исчезает самоуверенность, как появляется что-то холодное и острое. Он слушал, молчал, а потом тихо сказал: «Принял» - и сбросил вызов.

Он стоял, глядя в стену, и молчал долго. Так долго, что я начала думать, что он забыл о нас. А когда он повернулся, я увидела в его глазах то, чего там раньше не было. Бешенство. И решение.

- Мы бежим, - сказал он.

Мы не поняли. Антон поднял голову, нахмурившись, и я почувствовала, как воздух в гараже накаляется.

- Что? - выдохнула я.

- Те, кто стоит за взрывом, - Дракула подошёл к нам и резким движением ножа перерезал верёвки. - Те, кто приказал убить твоего отца, только что приказали убить меня. И вас - заодно.

Он перевёл взгляд с меня на Антона.

- У нас есть минуты. Может, меньше. Они уже едут сюда. Я знаю, где выход. И я знаю, кто их послал.

- Почему мы должны тебе верить? - спросил Антон, поднимаясь. Его голос был твёрдым, но я видела, что он уже просчитывает варианты.

- Потому что у вас нет выбора, - отрезал Дракула. - И потому что я - единственный, кто знает, как отсюда выбраться живым.

Он повернулся к дальней стене гаража, отодвинул груду старых покрышек. Под ними скрывался люк в полу.

- Технический тоннель. Выведет за пределы мотодрома.

В этот момент снаружи донеслись звуки - хлопки дверей, быстрые шаги. Голоса. Приглушённые, но чёткие.

- Слишком поздно, - прошептал Антон, сжимая кулаки. - Они уже здесь.

Дракула выхватил пистолет и рывком открыл люк. Одновременно с этим главная дверь гаража с грохотом распахнулась. В проёме вырисовывались силуэты людей в чёрном.

- Стоять! Никому не двигаться!

Я первая прыгнула в чёрную дыру люка. Антон - за мной. Дракула, не раздумывая, швырнул в сторону нападавших гранату. Светошумовую.

Ослепительная вспышка, оглушительный рёв! Враги на мгновение застыли, дезориентированные. Этой секунды хватило. Дракула спрыгнул в люк и с силой захлопнул его.

***

Мы бежали.

Тоннель был узким, тёмным, пахло сыростью и машинным маслом. Я чувствовала, как сердце колотится где-то в горле, как ноги наливаются свинцом. Сзади - глухие удары. Кто-то бил по люку.

- Они уже знают про этот тоннель, - бросил Дракула, не сбавляя шага. - У нас меньше минуты.

- Кто они? - выдохнула я, едва поспевая.

- Люди того, кого вы так хотите найти, - ответил он. - Того, кто отдал приказ на взрыв. А теперь решил замести следы. Все следы.

Мы выскочили из тоннеля в холодную ночь. Ветер обжёг лицо. И тут же оглушительный вой сирен обрушился на нас.

Мигалки полицейских машин заливали всё вокруг мерцающим синим светом. У главного входа вспыхнула перестрелка - короткие, яростные очереди.

Дракула резко развернулся и схватил меня за плечо. Его пальцы впились в кожу почти до боли.

- Слушай меня. Теперь он охотится и за вами. До конца. Он не оставит вас в живых. Вы знаете слишком много, просто задав тот вопрос.

- Что нам делать? - спросил Антон, вставая между мной и Дракулой.

- Выжить, - ответил он, не отводя от меня взгляда. - И найти его, пока он не нашёл нас. У меня есть информация. То, что я собирал против него на чёрный день. Но мне нужно время.

Он перевёл взгляд с Антона на меня.

- Вы хотели правды? Теперь вы в самой её гуще.

Он указал на пролом в заборе в стороне от основного хаоса.

- Бегите.

- А кто это? Скажи хоть имя, - выдавила я.

- Я с вами свяжусь, - бросил он, - Теперь мы с вами на одной стороне барикады.

Он развернулся и исчез в темноте, словно его и не было.

Я стояла, всё ещё чувствуя жгучие следы его пальцев на плече. Воздух пах порохом. Антон осторожно тронул мою руку.

- Жень... Всё в порядке?

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

Нет, ничего не было в порядке. Враг стал союзником. Правда, которую мы искали, оказалась смертельно опасной. Мы вошли в чужую войну, даже не понимая её масштабов.

Я посмотрела на Антона. В его глазах я увидела ту же мысль: мы перешли черту, и назад пути уже не было.

- Пойдём, - выдохнула я. - Надо найти Киру и Ника.

Мы побежали через поле, оставляя за спиной шум мотодрома, крики и вой сирен. Впереди была только ночь и хрупкая, опасная надежда на союз с дьяволом.

***

Я бежала, чувствуя, как лёгкие горят, как мышцы наливаются тяжестью. Но внутри горело другое - ярость. И страх. И странное, почти забытое чувство, которое я не решалась назвать. Надежда.

Мы выжили. Мы выбрались. Но это только начало.

Я сжала кулаки и побежала быстрее.

***

Стас вжался в кресло, наблюдая, как на экранах один за другим вспыхивают полицейские каналы. Мотодром. Штурм. Вооружённое столкновение.

- Ник! Кира! - голос Стаса прозвучал как хлыст, холодный и режущий. - Немедленно уходите. Отходите на заранее подготовленные позиции. Сейчас.

- Но Женя и Антон... - начало доноситься из наушника, но он грубо прервал.

- Приказ! Я не вижу их статуса. Связь прервана. Маячок Жени активен, но я не знаю, в чьих он руках. Вы - мои единственные работающие глаза и уши. Уходите. Сейчас.

Стас перевёл дух, пальцы пролетали по клавиатуре, выдёргивая из хаоса единственную нить - координаты маячка Жени.

- Ник, новые координаты. Идите туда. Осторожно, как мы договаривались. Проверить периметр. Если это ловушка... отходите и ждите моего сигнала. Если они там... - он замолчал, сглотнув ком в горле. - Действуйте по обстановке. Кира, ты с Ником. Пожалуйста, без истерик. Хорошо?

- Понял, - ровно ответил Ник.

- Да... поняла, - тихо, но уже собраннее, отозвалась Кира.

Стас откинулся в кресле, сжимая виски пальцами. Он был слеп. Он не знал, живы ли они, ранены, в плену.

- Держитесь там, - прошептал он в пустоту, глядя на мерцающую точку маячка Жени. - Хотя бы до завтра.

***

Тишина в заброшенном здании была густой, звенящей, нарушаемой лишь редкими каплями влаги, просачивающейся сквозь трещины в потолке, и нашим неровным дыханием. Я сидел, прислонившись спиной к холодной, шершавой бетонной стене, и чувствовал, как дрожь, исходящая от Жени, передаётся мне через плечо, к которому она прижалась. Моя толстовка висела на ней мешком, скрывая хрупкие плечи.

- Как думаешь, Ник и Кира в безопасности? - её голос был тихим, выдохнутым, словно последней каплей сил, вытянутой из самой глубины.

Я хочу сказать «да». Я хочу, чтобы это было правдой. Но я не знаю.

- Думаю, да, - наконец выдохнул я, и слова прозвучали хрипло, пропахшими дымом и страхом. - Стас наверняка засёк по камерам намечающейся заварушки и предупредил их об отходе.

Она лишь коротко кивнула, уткнувшись подбородком в колени. Её молчание было тяжелее любых слов. В нём читались и страх за друзей, и усталость от бесконечной беготни, и горечь от того, что снова оказалась в ловушке.

- Не переживай, - прошептал я, снова пытаясь найти нужные слова. Я медленно, почти невесомо, положил руку ей на голову, ощущая под пальцами мягкие пряди волос. - У нас остался твой маячок. Так что нас быстро найдут Ник с Кирой. А пока... просто будем ждать.

«Будем ждать» - что может быть ужаснее в этой ледяной темноте?

Я поднялся и подошёл к запылённому оконному проёму, заложенному обломками кирпича. Сквозь щели пробивался бледный свет уличного фонаря, окрашивая летящие в воздухе пылинки в призрачное серебро. Где-то вдали, на мотодроме, всё ещё слышались приглушённые, искажённые расстоянием крики. Мир снаружи бушевал, а здесь, внутри, время текло словно застывший мед.

***

- Ник, ты слышишь? - голос Стаса в наушнике был сдавленным, полным статичного напряжения.

- Да, слышу, - откликнулся Ник, крепче сжимая руль. Пальцы сами собой проверили, заперты ли двери. Старая, ничем не примечательная иномарка, на которой они приехали, была их единственным козырем - способом слиться с ночью и бесшумно уйти, если пахнет жареным.

- Отлично. Вы скоро будете возле заброшенной постройки. Когда будете приближаться, будьте осторожны. Мы не знаем, что там может быть. И кто...

- Хорошо, я тебя понял.

Связь прервалась. Ник сбросил газ, и машина почти бесшумно покатилась по грунтовке. В салоне было тихо, лишь мягкий шёпот двигателя и прерывистое дыхание Киры, сидевшей на пассажирском сиденье. Она смотрела в тёмное стекло, но взгляд её был пустым, обращённым внутрь себя. Она была напугана - до дрожи, до озноба, - но изо всех сил старалась этого не показывать. А Ник видел. Видел по её бледным, сжатым в тонкую ниточку губам, по тому, как её пальцы бессознательно мнут край куртки.

Ник притормозил, зарулив за плотную тень разросшегося кустарника, и заглушил двигатель. Тишина накатила сразу, оглушительная.

- Всё будет хорошо, слышишь? - он повернулся к ней. Её глаза в полумраке были огромными, полными немого вопроса. - Мы найдём их.

- А что если... - её голос сорвался на полуслове, стал тише. - А что если там не Женя с Антоном, а кто-нибудь другой?

В её словах был леденящий душу резон. Эта мысль, как ядовитая змея, скользнула и в сознание Ника. Ловушка. Засада. Они шли на сигнал, но кто давал его?

- Не бойся, - сказал он, и его голос прозвучал тверже, чем он чувствовал сам. - Я с тобой. Если мы не найдём их там, то сразу уйдем. Машина рядом, заведётся с полтычка. Возможно, этот Антон не глуп. И если они на свободе, то он бы точно отвёл Женю в безопасное место.

Кира медленно кивнула, делая глоток воздуха, словно перед прыжком в тёмную воду. Они вышли из машины, и Ник на ощупь проверил ключи в кармане. Они пошли вперёд, к тёмному контуру заброшки, что вырисовывался впереди, как молчаливый страж их страхов и надежд. Каждый шаг по хрустящему гравию отдавался в висках напряжённым стуком. Ник шёл первым, заслоняя её собой, каждый нерв натянут струной, вслушиваясь в тишину, готовый в любую секунду услышать не тот звук, увидеть не то движение.

А впереди, в густой тени разрушенного проёма, ждала разгадка. И от того, какая она, зависело всё.

***

После грохота мотодрома уши ещё звенели, и в этом звоне мерещились звуки. Но это был не звон. Это был приглушённый, едва уловимый шум двигателя, подходящий снаружи.

Я замер, резко подняв руку, заставляя Женю прервать её тихое, прерывистое дыхание. Она тут же поняла, её глаза расширились, вопрошая. Я жестом велел ей не двигаться и не издавать ни звука.

Кровь снова застучала в висках, смывая усталость волной адреналина. Чужой? Свои? Стас успел? Или это те, от кого мы бежали, нашли нас по следам?

Машина затихла где-то совсем близко. Двери не хлопнули. Значит, выходят осторожно. Крадутся.

«Маячок...» - пронеслось в голове. Он был нашим спасением и нашей потенциальной ловушкой.

Я пригнулся и бесшумно, ступая на носки, подобрался к тому самому запылённому оконному проёму, в который смотрел несколько минут назад. В щель между обломками кирпича был крошечный, но достаточный обзор. Сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать.

Сначала - ничего. Только знакомые очертания кустов и развалин, освещённые бледным лунным светом. А потом... движение. Две тени, низкие и быстрые, отделились от большей тени, которую я с трудом опознал как припаркованную машину. Они замерли, прислушиваясь, осматриваясь.

И в этот момент луна выскользнула из-за тучи и на мгновение осветила их лица. Ник и Кира.

Облегчение, острое и сладкое, тут же сменилось новой тревогой. Они стояли в нескольких шагах от машины, но не шли дальше. Кира что-то говорила Нику, её лицо искажалось гримасой страха. Она обхватила себя руками, будто пытаясь согреться, и отшатнулась назад, к машине, когда Ник жестом показал на заброшку.

Я не шевелился, затаившись в тени. Кричать или махать рукой было опасно - внезапный звук или движение могли спугнуть их, заставить принять нас за угрозу. Да и Кира выглядела настолько напуганной, что любой резкий сигнал мог довести её до истерики.

Заходите же, - мысленно умолял я, впиваясь взглядом в спину Ника. - Мы здесь. Мы в безопасности.

Но они не двигались с места. Кира, бледная как полотно, тихо, но отчётливо проговорила, и слова долетели до меня сквозь ночную тишину:

- Я не могу... Я не могу одна в машине... И туда... туда идти тоже боюсь...

Ник что-то ответил ей, его голос был низким и успокаивающим. Он стоял, застывший в нерешительности, разрываясь между приказом разума проверить здание и инстинктом защитить подругу.

А мы с Женей сидели в холодной темноте, всего в двадцати шагах от спасения, и не могли сделать ни звука, пока там, снаружи, решалась наша судьба.

Эта пауза длилась вечность. Я видел, как Ник, не сводя глаз с тёмного проёма, снова что-то говорит Кире. Его поза была собранной, готовой к любым неожиданностям, но во всём облике читалось раздражение - не на неё, а на ситуацию. Он понимал, что оставить её одну в машине - значит подвергнуть ещё большему риску, если вокруг кто-то есть. Но и тащить её в неизвестность, парализованную страхом, было безумием.

Внезапно он резко повернулся к машине, сделал несколько шагов. Сердце моё упало. Они уезжают. Сейчас он её усадит, и они исчезнут в ночи, а мы...

Но нет. Он не сажал её в машину. Он открыл багажник. Даже отсюда, из укрытия, я услышал глухой щелчок замка. Ник наклонился, и через мгновение в его руке блеснул металл - короткий, но надёжный монтировочный лом. Он сунул его Кире в руки, заставив её пальцы сомкнуться вокруг холодной стали. Жест был быстрым, почти грубым, но именно это, кажется, и вывело её из ступора. Она ощутимо вздрогнула, но взгляд её стал собраннее, в нём появилась точка опоры.

- Не как оружие, - его шёпот донесся до нас, резкий и чёткий. - Как уверенность. Поняла?

Она кивнула, сжимая лом так, что костяшки побелели.

Только тогда Ник снова повернулся к развалинам. Он поднял руку - не для приветствия, а жест, означающий «оставайся здесь, сзади меня». И сделал первый шаг. Затем второй. Они двигались медленно, как по минному полю, Ник - щит, прикрывающий собой дрожащую Киру с её импровизированной дубиной.

Женя за спиной у меня затаила дыхание. Я почувствовал, как её пальцы вцепились в рукав моей кофты. Мы оба смотрели, не шелохнувшись, на две фигуры, пробивающиеся сквозь бурелом и гравий к нашему укрытию. Они уже почти подошли к самому проёму, и Ник замер, пытаясь пронзить взглядом внутреннюю тьму.

Я медленно, очень медленно, чтобы не спровоцировать резкую реакцию, приподнялся из-за укрытия. Лунный свет упал на моё лицо.

- Ник, - выдохнул я, и мой голос прозвучал хрипло от долгого молчания. - Здесь мы. Только мы.

Ник резко вдохнул, его плечи на мгновение обмякли от сброшенного напряжения. За его спиной Кира ахнула, и лом с глухим стуком упал на землю.

- Жень! - её крик сорвался с губ, полный слёз и облегчения. Она рванулась вперёд, обгоняя Ника, и через секунду они с Женей уже сжимали друг друга в объятиях, тихо рыдая от пережитого ужаса.

Ник вошёл внутрь, его взгляд скользнул по мне, оценивающе, и он коротко кивнул. В этом кивке было всё: «Жив, цел. Молодец».

- Быстро собирайтесь, - его голос снова стал командным, деловым. - Эта ночная экскурсия окончена. Машина рядом.