Запах асфальта

«Иногда, чтобы понять, что ты чувствуешь, нужно, чтобы кто-то задал правильный вопрос»

Проснулась я от того, что кто-то настойчиво дёргал меня за волосы. Сквозь сон я попыталась отмахнуться, но маленькие зубки только сильнее вцепились в прядь.

- Цыган, - простонала я, не открывая глаз. - Убью. Честное слово, убью.

Котёнок довольно заурчал и дёрнул ещё раз.

Я села на кровати, чувствуя себя так, будто меня переехал грузовик. Тело ломило, голова кружилась, но градусник вчера показывал 38,2 - значит, сегодня должно быть легче. Должно. Теоретически.

- Цыган, где мои тапки?

Котёнок посмотрел на меня с невинным выражением, которое бывает только у существ, точно знающих, что они сделали что-то ужасное.

- Где тапки, я спросила?

Он моргнул и грациозно спрыгнул с кровати. Я с трудом поднялась и поплелась за ним. Картина, открывшаяся в гостиной, заставила меня замереть.

Цыган сидел посреди комнаты с моими трусами в зубах. Чёрными, кружевными, самыми любимыми. Он тряс головой, как заправский убийца, добравшийся до жертвы.

- Цыган! - заорала я. - Положи! Это не игрушка!

Котёнок, разумеется, воспринял это как приглашение к игре. Он подпрыгнул, развернулся на месте и понёсся по комнате, волоча моё бельё за собой, как трофей.

- Стоять! - я рванула за ним, споткнулась о стул и едва не рухнула. - Чтоб тебя...

В этот момент в замке повернулся ключ.

Я замерла. Ключ был только у меня и...

Дверь открылась, и на пороге появилась Кира.

- Жень, я тут подумала... мы вчера с Ником дураками были, и я хотела извини... - начала она и замолкла, уставившись на меня.

Я стояла посреди комнаты в пижаме, с дикими глазами, растрёпанными волосами, торчащими во все стороны. А вокруг меня носился рыжий комок шерсти с моими трусами в зубах.

Кира перевела взгляд с меня на котёнка, с котёнка на трусы, потом снова на меня.

И расхохоталась.

Звонко, искренне, до слёз. Она прислонилась к дверному косяку и хохотала, не в силах остановиться.

- Кира! - возмутилась я. - Прекрати!

- Не могу! - выдохнула она сквозь смех. - Женька, ты... ты... боже, я пришла извиняться, а тут такое!

- Ничего смешного! - я попыталась поймать Цыгана, но он ловко увернулся и пронёсся мимо Киры, демонстративно помахивая добычей.

- Это... это просто... - Кира сползла по стене на корточки, вытирая слёзы. - Я думала, ты обижена на нас, а у тебя тут... театр абсурда!

- Это не театр, это - Цыган, - буркнула я, наконец-то поймав наглеца и выдернув у него из зубов многострадальные трусы.

- Цыган? - переспросила Кира, всё ещё давясь смехом. - Ты назвала кота Цыганом?

- Не я! Антон назвал!

Тишина. Кира замерла, и её лицо приняло выражение, которое я очень хорошо знала - сейчас начнутся расспросы.

- Антон? - медленно переспросила она. - Кто такой Антон?

Я поняла, что сейчас вляпалась по полной. Кира смотрела на меня с таким выражением, будто я только что призналась, что у меня дома живёт ручной дракон.

- Да так... никто, - промямлила я, отводя взгляд.

- Никто? - Кира медленно поднялась с корточек, и в её глазах загорелся тот самый охотничий азарт. - Женя. Ты стоишь посреди комнаты с растрёпанными волосами, в пижаме, с котом по кличке Цыган, и хочешь сказать мне, что Антон - это никто?

- Он просто... помог.

- Помог? - Кира скрестила руки на груди. - И в чём именно заключалась его помощь?

Я вздохнула. Спорить с Кирой, когда она в таком режиме, было бесполезно.

- Я вчера заболела. Пошла в аптеку, нашла это чудо, - я кивнула на Цыгана, который уже успокоился и теперь делал вид, что он просто милый котик, а не вор международного масштаба. - А мне надо было в зоопарк к Свете. Все отказали. Стас с аллергией, Ник... ну ты знаешь.

Кира виновато опустила глаза.

- А он... он приехал. Посидел с котом, пока я ходила.

- И назвал его Цыганом, - добавила Кира.

- И назвал Цыганом, - подтвердила я.

Кира помолчала, переваривая информацию. Потом посмотрела на меня, на Цыгана, на трусы, которые я всё ещё сжимала в руке, и уголки её губ снова поползли вверх.

- Жень, - сказала она очень серьёзно. - Ты понимаешь, что это значит?

- Что?

- К тебе приехал мужик, просидел с твоим котом, придумал ему кличку, а ты даже не рассказываешь мне, кто он такой? - Она театрально прижала руку к сердцу. - Я твоя лучшая подруга! Я имею право знать!

- Он не мужик, - буркнула я. - Он... знакомый.

- Знакомый, который бросает всё и мчится к тебе по первому звонку?

- Это был не первый звонок, - возразила я. - Мы... виделись пару раз до этого.

- Где?

- На треке.

Кира присвистнула.

- Тот новенький? Который тебя чуть не обогнал?

Я кивнула.

- И вы теперь... что? Друзья? Партнёры? - Она сделала многозначительную паузу.

- Партнёры, - твёрдо сказала я. - Именно.

- По чему?

- По... одному делу. Не спрашивай. Я потом расскажу.

Кира посмотрела на меня долгим взглядом. Я видела, как в ней борются любопытство и уважение к моим границам.

- Ладно, - наконец сказала она. - Верю. Но когда всё закончится - ты сядешь и расскажешь мне всё. Без купюр.

- Договорились.

- А сейчас... - Кира хитро прищурилась. - Рассказывай, какой он. Этот твой Антон.

- Он не мой!

- Пока не твой, - поправила Кира. - Но судя по тому, как ты краснеешь при его имени, это вопрос времени.

- Я не краснею! - возмутилась я, чувствуя, как щёки предательски теплеют. И от этого злюсь ещё больше. На себя. На неё. На Антона, который тут вообще ни при чём.

- Ага, - Кира усмехнулась. - Конечно. Просто у тебя прилив жара после болезни.

- Вот именно!

Она расхохоталась, но мягко, без издевки. Подошла и обняла меня.

- Женька, ты не представляешь, как я рада, - сказала она. - Что ты не одна. Что у тебя появился кто-то, кроме нас, придурков.

- Он не... мы не...

- Знаю, знаю, - перебила она. - Просто знакомый. Который приехал по первому звонку. И назвал кота. И теперь это чудо бегает по дому с твоим бельём.

- Ладно, - Кира чмокнула меня в щёку. - Не мучайся. А сейчас давай-ка завтракать.

Я осталась стоять посреди комнаты с Цыганом на руках и её словами в голове.

***

Я усадила Цыгана на подоконник - он тут же заинтересовался воробьями за окном и перестал обращать на нас внимание. Хоть пять минут передышки.

Кира уже хозяйничала у плиты, ловко орудуя чайником и заварником.

- Садись, - скомандовала она, кивая на стул. - Сейчас будем пить чай и ты мне расскажешь про Антона. Хотя бы то, что можно.

- А если я не хочу? - жалобно спросила я, падая на стул.

- Хочешь, - уверенно заявила Кира. - Иначе бы не краснела.

Я вздохнула и сдалась. Выдала ей выжимку: трек, набережная. Без деталей, просто факты.

- Ладно, - Кира поднялась. - Давай-ка я посмотрю, что у тебя есть в холодильнике. Судя по тому, что кот ворует твоё бельё, кормишь ты его плохо.

- Я вообще его первый день кормлю! - возмутилась я.

- Тем более. Сиди, больная. Я сама всё найду.

Она открыла холодильник и замерла.

- Жень.

- Что?

- Ты когда успела купить столько еды?

Я заглянула через её плечо. Холодильник ломился от продуктов - курица, овощи, сыр, фрукты. Я и забыла, что вчера набрала полный пакет после зоопарка.

- Вчера, - пожала плечами. - Думала, Антон голодный.

Кира обернулась ко мне.

- То есть ты, с температурой 38, пошла в магазин и купила еды, потому что думала, что мужик, который сидит с твоим котом, может проголодаться?

- Ну... да. - Я снова почувствовала, как щёки заливает краской. - И что? Он же мне помог. Неудобно было, чтобы он голодный сидел.

- Неудобно, - повторила Кира. - Жень. Ты вообще в курсе, что больные люди о себе думают, а не о том, удобно ли гостю?

- Он не гость! Он... - я запнулась. Кто он? Партнёр? Знакомый? Человек, который просто оказался рядом?

Кира закрыла холодильник и медленно повернулась ко мне.

- Женя.

- Что?

- Я ничего не говорю. Я просто спрашиваю: ты сама-то поняла, почему ты о нём думаешь?

- Я не думаю!

- Ага. - Она села напротив, подперев щёку рукой. - Тогда почему ты объясняешь мне свои поступки, которые касаются только тебя и твоего кота? Почему тебе важно, чтобы я поняла, что ты не специально, что просто так получилось?

Я открыла рот и снова закрыла. Потому что она была права. Зачем я оправдываюсь? Зачем мне важно, чтобы Кира не подумала ничего лишнего? Чтобы сама себе не пришлось признаваться в этом лишнем?

- Не знаю, - честно сказала я.

- Вот и я не знаю, - улыбнулась Кира. - Но думаю, тебе стоит за собой понаблюдать. Просто понаблюдать. Без выводов. Без оценок. Просто замечать: о чём ты думаешь, когда остаёшься одна. Кто приходит в голову первым. И почему.

- Ты сейчас как психолог.

- Я сейчас как подруга, - поправила Кира. - Которая видит, что ты запуталась. И не хочет, чтобы ты делала глупости.

Я кивнула. Спорить не хотелось. Да и не с чем.

- А теперь иди умойся, - скомандовала Кира. - Мы сегодня будем смотреть дурацкие комедии, есть вредную еду и не думать ни о каких Антонах.

- А если я буду думать?

- Значит, будешь думать, но молча, - подмигнула Кира. - Я подушку дам, чтобы в неё кричать.

Я рассмеялась и пошла умываться.

Пока я чистила зубы, до меня долетали обрывки разговора Киры с Цыганом:

- Ты смотри, парень, если обидишь мою подругу - я тебя лишу всех трусов в доме. Понял?

Цыган возмущённо мяукнул.

- То-то же.

Я посмотрела на своё отражение в зеркале. Глаза красные, под глазами круги, волосы торчат в разные стороны. И улыбка. Глупая, беспричинная улыбка, которую я никак не могу стереть с лица.

Почему я улыбаюсь? Потому что Кира здесь? Потому что Цыган наконец то угомонился? Или потому что вчера на этой кухне сидел человек, которому я зачем то купила пол холодильника еды?

- Прекрати, сказала я своему отражению. - Просто прекрати.

Отражение не слушалось. Оно продолжало улыбаться.

Я вздохнула и пошла смотреть дурацкие комедии. И улыбалась. Чёрт бы побрал эту улыбку.